Она сродни мне. Только на ее вопросы есть ответы. Там, глубоко под землей. И если я не помогу ей их вытащить, не поможет никто. Ибо люди разучились мечтать.
— Я вам помогу. У вас есть какие-нибудь материалы по поводу храма?
Согласие далась легко. Как-то неестественно легко.
— Есть, — кивнула Изалинда. Она протянула мне объемистую папку, которую все время держала в руках.
— Я обязательно посмотрю, — заверил я археолога. Она пригладила волосы и поднялась со своего места.
— Надеюсь, вы со мной свяжетесь?
— Обязательно. Если ваши координаты есть в системе поиска.
— Не беспокойтесь, есть.
— Тогда до встречи, Изалинда. Увидимся!
Она кивнула, развернулась и скрылась в полумраке зала. Я закрыл глаза, прикоснулся к папке, словно убеждая себя в ее реальности, и тоже поднялся. Меня ждал дом. С распростертыми объятьями. И зеленая жижа вместо кровати. Галлюцинации и бред вместо настоящего, крепкого сна. Боги, даруйте мне спасение!
Улица встретила меня подрагивающим сиянием золотистого купола и тихими огнями ночных гравилатов. Немного постояв без движения и наслаждаясь чистым спокойствием верхнего уровня, я направился к стоянке машин.
Пять минут путешествия по пустынным пешеходным улицам, и веселые фосфорические лампы стоянки начали подмигивать мне из темноты. Дверь на площадку, как всегда была закрыта лазерной сеткой. Я приложил палец к допотопному автомату, стоящему неподалеку, деньги с моего счета перевелись в непонятные глубины денежной системы страны, и дверь плавно отползла в сторону. Я пробрался внутрь ближайшего транспортного средства, ввел в компьютер адрес дома и блаженно откинулся на спинку. Глаза закрывались сами собой. Ничего поделать я не мог. Сопротивление было бесполезно. Сейчас меня полностью поглотит мир кошмаров, которые и мои, и чужие в один и тот же момент.
Гравилат загудел аннигиляционными двигателями, сожрал порцию антивещества и рванул вперед по скоростной трассе. Стрелка спидометра замерла в районе 1000 км/ч, но я этого уже не видел…
…Небеса разверзлись. Дождь нудно стучал по тяжелым широким листьям джунглей, набивал непонятные мелодии по крыше вездехода и весело барабанил по куполу защитного доспеха. Человек сощуренным взглядом окинул разорвавшееся небо, рукой в стальной перчатке провел по цветкам папоротника, усмехнулся чему-то про себя и залез в вездеход.
— Ну? — встретил его усталый голос.
— Никак, — ответил вошедший, стаскивая с головы легкий шлем с прикрепленной к нему камерой. — Все точно также.
Шлем, на котором была изображена странная эмблема — нечто вроде песочных часов, вписанных в круг, с грохотом обрушился на пол.
— Жалко. Знаешь, я начинаю ненавидеть этот мир.
— Поверь, мне он тоже не очень нравится.
Человек, сидящий в водительском кресле тряхнул гривой странных серых волос и взглянул на приборы. В их приглушенном свете глаза блеснули ярким оранжевым оттенком. Зрачок, невероятно узкий, почти отсутствующий, загорелся алым. Он некоторое время помолчал, а затем произнес:
— Но нам надо выполнить задание. Учитель не для того сжигал свою энергию, чтобы мы просто так тут прохлаждались.
— Зачем ему вообще этот мир? От него нет никакой пользы. Банальная планетка из средней полосы. Ни одного разумного существа, жуткие ядовитые растения, джунгли, болота, болота и еще раз болота! Кровососущие насекомые, громадные рептилии, по размерам обогнавшие драконов с Сэнии, страшные летающие ящеры… Что он в нем нашел?