Всего за 199 руб. Купить полную версию
Возникшие словно из воздуха официанты молниеносно накрыли стол и, коротко поклонившись, пропали, будто их и не было. Ровольт решительно протянул руку к объемистому штофу первосортного виски.
– Идиотизм, конечно, – вздохнул он, сворачивая емкости голову. – Долго ли протянут Объединенные Миры, если из-за барской истерики знатного щенка вооруженные силы теряют толкового офицера?
– У вас такое невозможно?
– У нас? Гм, как бы это точнее сформулировать… У нас происходят несколько другие вещи. Федерация – это, знаете ли, большущий бардак, в котором никто ни за что не отвечает. Давайте-ка мы с вами выпьем, старина. Пить нам, в общем-то, не за что – сказать «за все» у меня как-то язык не поворачивается, – но тем не менее.
– Тогда за вас, – усмехнулся Торвард, поднимая рюмку.
– Благодарю. – Ровольт одним махом вбил в свою глотку изрядную порцию виски, перевел дух и с аппетитом погрузился в рыбный салат.
Некоторое время они молча закусывали, наконец Королев отложил в сторону вилку и наполнил рюмки по новой.
– Скажите, господин полковник, – он замялся, покрутив в руках высокий штоф, – скажите, кто вы такой на самом деле?
Ровольт перестал жевать и, прищурясь, хитро осклабился:
– Как вы догадались, лейтенант?
– Интуиция, – пожал плечами тот. – Я, безусловно, не смею настаивать…
– Вздор. – Ровольт барственно взмахнул рукой и широко улыбнулся. – Я командир особого дивизиона дальней стратегической разведки флота.
– Вот как – ДСР?.. Впрочем, я был близок к разгадке. Дивизион спецназа, конечно?
– Да. Но вообще-то я аналитик… если точнее – историк-аналитик. Я был офицером Генерального Штаба – по линии ДСР, сами понимаете…
– Простите, но как же?..
– Вы очень правильно ставите вопрос – как же? – Ровольт криво усмехнулся и поскреб подбородок. – Да вот так. Умничал много. Я слишком интересовался Империей, особенно последним периодом ее существования – у меня был доступ в старые, давно закрытые архивы. Ну и в один прекрасный день кое-какие крупные военачальники решили, что такому замечательному теоретику, как я, самое время показать себя… э-ээ… на практике. Благо знания и навыки вполне позволяли. Вот мне и дали этот чертов дивизион. Впрочем, меня это не особенно огорчило.
– На Авроре не любят вспоминать Империю?
– Позвольте, дружище – а где, собственно, любят? Империя ведь была демократическим образованием. Да и сам Распад был инспирирован именно лордами – что они в Империи значили, эти лорды? Просто землевладельцы, и не более того.
– Я, к сожалению, мало интересовался историей, – пожал плечами Торвард.
– И правильно. Той историей, которую могли преподать вам здесь – то есть я хочу сказать, историей в том изложении, – интересоваться в самом деле не стоит. Официальная пропаганда Объединенных Миров не первое столетие вбивает чушь в пустые черепа доверчивых граждан. Чу-ушь! О прошлом либо молчат, либо плетут какую-то несусветную ахинею. Да и у нас не лучше. Чего стоит один этот штамп – «Империя хаоса и нищеты»! Слыхали?
– Слыхал. Но не подумайте, что верил в это. Во времена Империи мой род стоял очень высоко… хотя, конечно, кто сейчас знает всю правду?..
– Правду? А вы сами пораскиньте мозгами. Вы ведь офицер, вам их теперь положено иметь по чину. Посмотрите – аристократия лупит себя кулаками в грудь и вопит о культуре и порядке, который был установлен на бывших имперских мирах после Распада. И уж коль она, аристократия, сей порядок насадила – кому как не ей насаждать его и дальше!
– Любопытная тирада, – пошевелился лейтенант. – Особенно она любопытна, если учитывать, что произнес ее сиятельный лорд и коронный рыцарь в придачу.
– Бросьте, Торвард, – болезненно поморщился аврорец. – Вы же умный человек. Тем более вам-то чего бояться?
Пристальный взгляд бесцветно-серых глаз едва не просверлил Королева насквозь… он бессильно опустил голову.
– Я и сам все это знаю… особенно сейчас. Но что, черт бы меня взял, я могу сделать? Распад всему виной.
– Безусловно, Распад имел свои причины: тяжелейшая война, плюс абсолютно идиотская политика имперской метрополии в первые послевоенные годы. Но заметьте – Империя в той войне победила! Пусть с ужасными потерями, с огромным для себя уроном, но все-таки стерла в порошок негуманоидные расы в целом секторе Галактики. Это не шутки, старина. Все ведь было просто до тошноты – или они уничтожат нас, или мы уничтожим их, и война шла с предельным напряжением сил. К концу ее все мыслимые и немыслимые резервы были вылизаны дочиста. Это не наши с вами нынешние рейды. Империя имела колоссальный научно-технический потенциал – нам такой и не снился! А после Распада все покатилось…
– Да, я знаю, – кивнул Торвард, – их техника намного превосходила все, что мы имеем теперь.
– Намного – это, старина, не то слово. Скажу вам совершенно точно как специалист – ни один наш крейсер не устоял бы в поединке с имперским легким кораблем. Про средние и тяжелые нечего и говорить. Я уж молчу об уровне подготовки экипажей. В имперских ВКС встречались просто невероятные асы. Я считаю себя неплохим пилотом, но когда мне в руки случайно попал лейтенантский квалификационный тест того времени – на допуск к управлению тяжелым кораблем, – я был шокирован.
– Тест?
– Голографическая карта, – объяснил Ровольт. – Киберпространство – они очень здорово умели работать с такими штуками. В тесте обыгрывались несколько штатных – с их, конечно, точки зрения – ситуаций: эскадренный маневр, бой в строю, бой с превосходящими силами противника, действия первого пилота при получении бортом тех или иных повреждений…
– Ну и как? – поднял брови Королев.
Ровольт сокрушенно махнул рукой и наполнил обе рюмки.
– За нас… фр-р, а виски здесь ничего – пробирает до костей. Так вот: после этой находки я стал усиленно рыться в старых архивах – и нашел еще кое-что. Я… ну, скажем так: я смог изучить несколько типов имперских боевых кораблей и десантных средств предвоенного периода. Честно говоря, эта техника была довольно сложна в управлении, требовала определенных навыков и знаний. Зато с эксплуатацией у них все было гораздо проще. Имперским кораблям не требовалось частое техобслуживание, они могли годами летать без ходовых ремонтов… даже десятилетиями. Понятия внутриресурсной настройки тогда вообще не существовало – техника ремонтировалась лишь по истечении определенного разработчиками, причем очень длительного, срока. Или при получении повреждений в бою. Это мы после каждой операции подкручиваем и настраиваем все и вся, а у них благополучно вышедший из боя корабль даже не гнали на тестирование – надежность агрегатов была невероятная, самопроизвольные отказы воспринимались как нечто из ряда вон выходящее. Да, мы до этого дойдем не скоро.
Королев глотнул сока, вытащил из портсигара очередную сигарету и лениво откинулся в кресле.
– Я завидую вашей увлеченности, милорд… н-да. Знаете, даже странно будет снова увидеть Кассандану. Я три года не был дома. Последний раз – на похоронах. Просто чепуха какая-то. У вас есть семья, Барт?
– Была. – Ровольт раскурил сигарету и уставился невидящим взглядом на руки лейтенанта.
– Простите…
– Да нет, ничего. У нас было ужасное и совершенно неожиданное землетрясение, и вся усадьба Ла-Мотт… В общем, они все погибли одновременно – родители, жена, сын. Сестер и братьев у меня не было. Вы… тоже один?
– Да… мой батюшка, признаться, был большим чудаком. Этакий карикатурный лендлорд, целиком погруженный в себя и не желающий видеть, что творится вокруг. Типичный отпрыск угасающего рода.
– Следовательно, вы тоже последний? Грустно… А может быть, все к лучшему? Вы молодой, здоровый и энергичный мужчина, и если не вы, так потомки ваши вернут роду и многочисленность, и славу?
– Разве что… – улыбнулся Торвард. – Да, вы правы, может, сложится и так…
– Знаете что? – Ровольт хлопнул ладонью по столу. – Не нравится мне вся эта тоска. Давайте-ка свистнем распорядителя и затребуем девок. Не беспокойтесь, я все оплачу.