Всего за 179 руб. Купить полную версию
- Его зовут Джон Берк, он бухгалтер в "Лас-Алидас ламбер компани".
- Я немного знаю его, - заметил Селби, - совершенно случайно.
- Я тоже разговаривал с ним пару раз, - сказал Брэндон. - Он показался мне безобидным простаком.
- У меня сложилось впечатление, - продолжал Селби, - что это совершенно бесцветный индивидуум, который никогда не будет ничем иным, кроме как винтиком в машине. Очки с толстыми стеклами, искажающими глаза, и забавные маленькие усики - вот все, что я о нем помню.
- Ну, я собираюсь дать возможность Крэнделлу самому поведать тебе эту историю, - сказал шериф. - Я старался заставить его почувствовать себя как дома, показал ему весь свой штат, коллекцию оружия, которое фигурировало в убийствах, китайские трубки для опиума, наше новое оборудование для дактилоскопии, материалы, над которыми работает Терри, отобранное оружие, бомбы со слезоточивым газом, которые начальство раздобыло для нас, и вообще попытался дать ему понять, что рассматриваю его как налогоплательщика и, следовательно, как одного из моих боссов. Думаю, это произвело на него хорошее впечатление. Я попросил его подождать несколько минут, пока я пойду и посмотрю, не занят ли ты, - хотел предупредить тебя, прежде чем его впустить. Мне кажется, если ты будешь вести себя с ним, как я, его отношение к нам изменится и у нас может появиться несколько настоящих и полезных друзей там, на южной стороне реки.
Селби усмехнулся.
- Благодарю за совет, Рекс. Ты правильно рассуждаешь, я - за то же, и не только в отношении Крэнделла, но и всякого, кто придет с любого конца округа.
Ведь мы служащие округа, и нам надо следить, чтобы все налогоплательщики чувствовали, что мы их действительно представляем.
Шериф Брэндон с облегчением вздохнул:
- Спасибо, Дуг. Я надеялся, что ты именно так отнесешься к делу. Я сейчас вернусь.
Он вышел быстрой походкой и несколько минут спустя вернулся с высоким плотным человеком лет пятидесяти.
Марк Крэнделл обладал определенным благородством несмотря на то, что его манеры и речь казались совершенно простыми. У него уже поседели виски и уголки рта слегка опустились, однако походка была молодой, быстрой и энергичной. Он держался прямо, а его рукопожатие было теплым и крепким.
- Привет, Селби! - произнес он, пожимая руку окружного прокурора.
- Рад, что вы зашли навестить меня, - вежливо сказал Селби. - Вы, кажется, не часто приезжаете сюда?
- Только тогда, когда не могу не приехать, - ответил Крэнделл и затем, как бы желая смягчить резкость своих слов, быстро добавил: - Все мои дела в Лас-Алидасе. Конечно, я часто езжу в Лос-Анджелес. Но и эти поездки стараюсь по возможности сократить.
- Садитесь, - предложил Селби. - Как насчет сигареты?
- Нет, спасибо. Я курю свои. Не хотите ли и вы, ребята?
Шериф Брэндон сказал:
- Я возьму, а Селби, можно сказать, женился на своей трубке.
- О, из вежливости иногда и я могу выкурить сигарету, - сказал прокурор, доставая из бокового кармана свою старую вересковую трубку. Он открыл специальную, сохраняющую влажность коробку с табаком, сунул туда трубку и наполнил ее влажной душистой смесью.
Несколько минут мужчины молча курили.
Спустя некоторое время Селби спросил:
- Как идут дела в Лас-Алидасе?
- Довольно хорошо, - ответил Крэнделл. - Конечно, у нас не те дела, что у вас здесь, ребята. У нас другие возможности, да и нет городов, из которых мы могли бы что-нибудь вытянуть. Зато есть то, что всех нас сближает, - гражданская активность. Я приехал сюда сегодня поговорить с шерифом о том затруднительном положении, в котором очутился. Он посчитал, что нам лучше обсудить дело вместе с вами.
- Буду рад сделать все, что смогу, - заверил его Селби.
Крэнделл сказал:
- Десять лет назад у меня было маклерское дело в Чикаго. Моим главным бухгалтером был Джон Берк.
Мне он казался рассудительным, прилежным, трудолюбивым и честным. Я никогда не был человеком, который занимается чем-то, не приносящим дохода. Поэтому, когда рынок зашатался, я бросил маклерское дело и ликвидировал свои вклады. И хотя я верил, что лучшие времена еще вернутся, я не позволил надежде влиять на мое отношение к бизнесу. В результате я постепенно отдалился от больших промышленных центров и, наконец, решил вложить капитал в садоводство.
Я выбрал Лас-Алидас и никогда не раскаивался в этом.
Люди в городке дружелюбные и надежные. Могу заверить вас, мистер Селби, там совершенно особые отношения между людьми, совсем не такие, как в крупных городах.
Селби кивнул в знак согласия.
- Около шести месяцев назад, - продолжал Крэнделл, - я случайно встретил Джона Берка на улице в Лос-Анджелесе. Он был без работы, и ему не везло. Я привез его с собой в Лас-Алидас и поговорил о нем с Джорджем Лоулером, управляющим "Лас-Алидас ламбер компани". Я знал, что он был недоволен своим счетоводом и бухгалтером и собирался их заменить. Они дали Берку испытательный срок и остались им очень довольны. Он оказался исключительно хорошим работником. Я был только рад поручиться за его честность.
Уже после того как он получил работу, Берк рассказал мне, что женат и имеет ребенка. Так я впервые узнал, что у него есть семья. Берк объяснил, что не хотел рассказывать о своей жене, прежде чем найдет работу, потому что она и ребенок получали пособие по безработице, и ему было стыдно признаться, что он неспособен содержать их. Не забывайте, этот человек уже совершенно отчаялся, когда я встретил его в Лос-Анджелесе. Очевидно, он уже был на грани нервного расстройства.
- Вы помогли ему избежать этого, - вставил Брэндон.
Крэнделл кивком поблагодарил шерифа.
- Во вторник, - продолжал он, - я поехал в Лос-Анджелес посоветоваться с моими маклерами по вопросу, слишком важному и деликатному, чтобы обсуждать его по телефону.
Я был в кабинете младшего партнера, Альфреда Милтерна, когда ему понадобились данные весьма конфиденциального характера. Когда он открыл дверь, чтобы выйти в коридор, я мельком увидел Джона Берка, выходившего из другой комнаты, и услышал, как Милтерн сказал ему: "Доброе утро, мистер Браун, вы всем довольны?" И Берк ответил: "Все прекрасно, благодарю вас…" - или что-то в этом роде. Не могу вспомнить точно его слова. Я был совершенно ошарашен, потому что, судя по обращению с ним Милтерна, я понял, что Берк считается у них важным клиентом.
К счастью, у меня было несколько минут, чтобы все обдумать, пока Милтерн отсутствовал. Когда он возвратился, я сказал как бы между прочим: "Браун передал вам все свои дела?" "Вы имеете в виду Эллисона Брауна?" - спросил он. "Да, - сказал я, - тот человек, с которым вы только что говорили в коридоре".
"Вы знаете его?" - удивился он. "Я знаю его уже больше пяти лет", - ответил я. "Может быть, вы могли бы рассказать нам что-нибудь о нем?", - спросил Милтерн, а я засмеялся и сказал: "Не раньше, чем вы ответите на мой вопрос. Прежде чем сообщить какую-либо информацию, я хочу знать, какое он имеет к вам отношение". После чего Милтерн сказал: "Он очень странный парень. Я полагаю, он живет где-то в ваших краях, но никогда не пользуется телефоном или почтой, всегда приезжает сам. Мне бы хотелось знать о нем побольше. Он живет в Лас-Алидасе?"
- И что же вы ответили? - спросил Рекс Брэндон.
- По счастью, - улыбнулся Крэнделл, - Милтерн был заинтересован во мне как в клиенте. Вот почему я с достоинством ответил: "В данных обстоятельствах я хотел бы иметь разрешение мистера Брауна, прежде чем сообщать о нем что-либо. Думаю, вам лучше обратиться к нему самому".
- И как же отреагировал Милтерн? - спросил Селби.
- Он ничего больше не сказал. Однако я понял, что мистер Браун считается у них ценным клиентом. Я узнал, что суммы его сделок достигают довольно больших размеров. Отлично зная, что Берк живет нажалованье и что это я рекомендовал его на ответственный пост, я почувствовал беспокойство.
Возвратившись в Лас-Алидас во вторник вечером, я позвонил Берку домой. Трубку подняла миссис Берк и сказала, что у ее мужа грипп, он лежит в постели. Сейчас ему уже лучше, но температура все еще держится, и она считает, ему необходим полный покой. Я намекнул, что хотел бы увидеться с ним. Она тактично, но твердо отказала мне, повторив, что прием посетителей пока еще вреден для его здоровья, так как он склонен излишне нервничать, а ему нужно спокойно отдыхать.
Естественно, мне ничего не оставалось, как выразить свое сочувствие, пожелать скорого выздоровления и положить трубку.
Крэнделл посмотрел на своих слушателей с тревожной озабоченностью.
- Что вы думаете об этом? - спросил он.
Брэндон взглянул на Селби, затем перевел взгляд на Крэнделла.
- Вы убеждены, что точно его узнали? - спросил он.
Крэнделл ответил уверенно:
- Ошибка исключена. Я видел этого человека и слышал его голос. В маклерской конторе был Джон Берк.
Откровенно говоря, джентльмены, я не знаю, что делать. Есть, конечно, вероятность, что жена Берка получила деньги в наследство, а Берк просто не поставил меня в известность. Он скрытный парень. Вспомните, как он скрывал существование жены и ребенка. Я пытался выбросить этот случай из головы, но не смог. И вот я подумал, джентльмены, не могли бы вы сделать вид, будто расследуете какое-нибудь преступление, и… ну и провести нечто вроде проверки? Между прочим, есть еще одно дело… мне очень не хочется упоминать о нем… Однако это одна из причин, заставивших меня приехать сюда, поэтому я расскажу вам…
- Что же это? - спросил Брэндон.