Всего за 109 руб. Купить полную версию
1990 г. Гибель рок-музыканта Виктора Цоя
«Перемен требуют наши сердца! Перемен требуют наши глаза!» — пел практически без исключения весь Советский Союз на рубеже 1980 — 1990-х годов. Рок-группа «Кино» и ее лидер Виктор Цой стали для многих голосом и символом той эпохи. Шла горбачевская перестройка. Жизнь людей менялась в неизвестную до той поры сторону. Снимались многие запреты, становилось все меньше тем, закрытых для публичного обсуждения. Творчество Цоя оказалось удивительным и убедительным отражением тревог и надежд огромной массы советских людей, особенно молодежи.
О чем только не пела группа «Кино»! И о войне, и о рутине, и о самолете с серебристым крылом, «что взлетая, оставляет земле лишь тень». Вот только об автомобилях песен у них практически не было. Хотя сам Виктор Цой был автомобилистом и машину водил не хуже других. А песен об этом не писалось. Видимо, особой страсти к автомобильной теме он не питал. Виктор не мог знать, что его имя очень скоро станут вспоминать не только в связи с его творчеством, но и в связи с автомобильной катастрофой, в которую он попадет на самом гребне популярности.
Летом 1990 года Виктор Цой со своим пятилетним сыном Сашей поехал отдыхать. С местом отдыха долго определяться не пришлось: он выбрал Латвию. Латвия хоть и стремилась в ту пору к независимости, однако официально являлась одной из республик СССР. Не существовало границы, таможенных постов, не нужны были визы и прочее, что необходимо в наши дни. Конкретным местом стал курортный поселок Плиеньциемс. Он располагается в живописной местности на берегу Балтийского моря. От остальных поселков побережья Рижского залива Плиеньциемс отличается тем, что он защищен от морских ветров огромной дюной. Виктор снимал здесь дачу.
Цою определенно нравилось это место. Там можно было отвлечься от городской суеты, подышать волшебным морским воздухом, набраться сил перед новым концертным сезоном. Ну а местные красоты располагали к творчеству. Море, дюны, сосны на морском берегу создавали то настроение и те образы, которые диктовали рок-музыканту строки будущих песен. Правда, услышать их поклонникам так никогда не будет суждено. Но тогда, ближе к середине августа 1990 года, никто не мог предположить, что Цой закончит свой жизненный путь так рано. Не мог знать об этом и он сам. Никаких тревожных предчувствий, которые ему приписывают охотники за сенсациями, у него не было. Он просто отдыхал, веселился, радовался жизни и тому, что у него есть сын.
1990 год был пиком популярности Виктора Цоя как рок-музыканта. Его песни с извечными темами борьбы добра и зла, душевных переживаний были понятны практически всем. Их любили и поклонники рок-н-ролла, и те, кто предпочитал року попсу, блатные песни, эстраду и так далее. Два последних года его жизни складывались весьма удачно: колоссальная популярность, съемки в фильмах, много гастролей, в том числе и зарубежных, деньги, любовь. На осень 1990 года у Виктора Цоя и его группы были запланированы гастроли в Японии.
Мы не знаем, думал ли музыкант обо всем этом предрассветной порой 15 августа 1990 года. Тогда ни свет ни заря он встал с постели, убедился, спит ли его сын Саша, взял удочки, прикормку, сел в свой «Москвич-2141» и укатил в противоположную сторону. Туда, где «лес глухой стеной». Виктору рассказывали, что в лесу есть озеро, где можно хорошо порыбачить. Он решил не терять времени и проверить это место лично. Мало ли что могут наговорить рыбаки! Верить рыбацким языкам надо все-таки осторожно, а то ведь они в своих байках любят смешать правду и вымысел.
Прибыв к лесному озеру, Цой осмотрелся. Место было живописное, склоняло к раздумью. Однако он, невзирая на красоты природы, в первую очередь забросил несколько удочек, надеясь на богатый улов. А уж затем, сидя над ними, он погрузился в медитацию, свойственную любому рыбаку, следящему за поплавком. На другом берегу примостился еще один любитель утреннего клева. Однако и у одного и другого дело особо не задалось. Видимо, не тот день и не тот час был ими выбран. Когда стало ясно, что с рыбой полный швах, Виктор смотал удочки и поспешил в обратный путь. Он обещал Саше сильно не задерживаться и вернуться к обеду. Сын, оставшись один, мог чего-нибудь испугаться. От идеи взять Сашу с собой на рыбалку музыкант накануне отказался — не хотел, чтобы сбивался режим дня мальчика. Как вскоре оказалось, этим решением он спас сына если не от гибели, то от серьезных травм уж точно…
Махнув рукой незнакомому рыбаку, Цой уселся в машину и немедленно отправился в обратный путь. Проехав несколько километров по лесной дороге, он вырулил на трассу Слока — Талсы и взял курс на Плиеньциемс. Время близилось к полудню. Погода стояла солнечная. Было очень душно. Парило, будто вот-вот начнется гроза. Правда, грозовых облаков на небе видно не было. Шансы искупать «Москвич» под балтийским дождем казались мизерными. Виктор прибавил скорости. Сначала до 100, а затем и до 130 километров в час — благо состояние дороги и автомобиль позволяли это сделать.
«Москвич-2141» в то время считался прорывом в советском автомобилестроении. Это был автомобиль третьей группы малого класса с кузовом типа хетчбэк. Модель выпускалась с 1986 года и привлекала советских автолюбителей своей несхожестью с прежними моделями других отечественных легковушек. Для него были характерны вместительные салон и багажное отделение, которое увеличивалось за счет складывания заднего сиденья. Также данная модель отличалась эффективным отоплением салона и легким рулевым управлением.
Многие автомобилисты отметили для себя и такие качества «Москвича-2141», как хорошая управляемость на высоких скоростях и проходимость по заснеженным и загрязненным дорогам. Имелись, безусловно, и недостатки — например, узлы и агрегаты, применявшиеся на этой модели, были несовершенны. Правда, данное обстоятельство искупалось высокой ремонтопригодностью машины в целом. Для автомобиля, выпускаемого в СССР, это было огромным достижением.
Если брать все потребительские характеристики в общем, то «Москвич-2141» можно было с большой уверенностью обозначить понятием «семейный автомобиль». Приобретая его, Виктор Цой учитывал и это обстоятельство, а не только гнался за тогдашней модой. Правда, дела семейные, как и полагается рок-звезде, выглядели у него весьма своеобразно. Когда сыну было два года, Виктор ушел от своей супруги Марьяны. Ушел к другой женщине, официально не расторгая брака. Однако Сашу он все равно любил. И не зря на дачу к Балтийскому побережью они уехали именно на «семейном автомобиле».
Также привлекали Цоя и динамические характеристики автомобиля. Да, на «Москвичах-2141» не устанавливались собственные двигатели, а использовались моторы других производителей. Однако благодаря им автомобиль мог разгоняться до 100 километров в час за 16,5 секунды. Рок-музыкант, никогда не воспевавший скорость в своих песнях, любил ее в реальности.
Итак, Цой мчался на своем «Москвиче» по трассе со скоростью до 130 километров в час, приближаясь к мосту через речушку Тейтупе. В нескольких десятках километров ему навстречу двигался автобус «Икарус». За рулем автобуса находился Янис Фибикс — немолодой уже человек, водитель со стажем. На трассе Слока — Талсы он оказался не случайно.
Для Яниса день 15 августа был почти обычным трудовым днем. Рано утром он уже был на работе в автобусном парке. После выполнения всех формальностей, связанных с отправкой автобуса в рейс, он выехал по определенному маршруту на улицы Талсы. Задачей водителя было собрать и отвезти пассажиров в Рижский аэропорт. Задача не отличалась особой сложностью, да и Фибикс выполнял подобные ей неоднократно. Он успешно отвез желающих в аэропорт. Задерживаться смысла не было. Не потому, что строго соблюдал временные рамки, предписанные путевым листом, — он спешил домой из-за события, которое и делало тот день не совсем обычным. Этим событием было двадцатилетие его супружеской жизни.
Правда, вначале Янис немного сомневался: не зарулить ли из аэропорта в Ригу, чтобы купить цветы и подарок жене? Но вскоре отмел такие мысли, так как не хотел давать лишний крюк. Поехал в Плиеньциемс, сделал необходимые покупки и уж оттуда направился в Талсы. Спустя много лет под грузом газетных обвинений он впал в мистику: «Мне как будто кто-то мешал ехать. Как будто где-то свыше кто-то решил, что в то место мне надо попасть, чтобы все это случилось». Естественно, ничего мистического в его выборе пути не было. Присутствовала логика и здравый смысл, диктовавшие необходимость скорее добраться до дома.
По официальным данным, авария произошла в полдень. «Москвич» столкнулся с «Икарусом». Вот как об этом говорилось в оперативной сводке Латвийской государственной автоинспекции: «Столкновение автомобиля «Москвич-2141» белого цвета с московскими номерами (цифры неразборчивы из-за повреждений номерных знаков) с рейсовым автобусом «Икарус-280» произошло в 12 часов 15 августа на 35-м километре трассы Слока — Талсы у поворота на Тукумс. Автомобиль «М-2141» двигался по трассе со скоростью не менее 130 км/ч, и водитель — гражданин Цой Виктор Робертович — не справился с управлением. Смерть Цоя В. Р. наступила мгновенно, водитель автобуса не пострадал».