Всего за 239.9 руб. Купить полную версию
– Он у вас сейчас?
– Нет. Мы давно с ним не встречались, перезванивались только. Вот и сегодня утром он позвонил и сказал, что вы все знаете… – вздохнула Оля. – Ну, а раз так, то нам надо встретиться. До вечера, договорились?
– Договорились, – сказала Лара и нажала кнопку отбоя.
Еще пять минут назад она умирала, а теперь Лару обуяла жажда деятельности. Встреча с соперницей… О, от этой встречи отказаться невозможно!
Лара поднялась с кухонного дивана и побрела в сторону ванной. Все тело болело, в голове стучали молоточки, в желудке плескалась кислота, рот пересох… «Как же я пойду? – ужаснулась Лара. – Как из дома смогу выйти? Но я должна!»
Она включила свет в ванной и ахнула.
Лара сама себя не узнала.
На нее смотрела утопленница. Труп. Сине-зелено-серое лицо, черные круги под глазами. Бескровные губы. Желтые белки у глаз, веки воспаленно-красные. Волосы – спутанная мочалка. Лара прикоснулась к голове и поморщилась – там, под волосами, пульсировали шишки.
Она подняла руку, закатала рукав – на предплечье вспух аккуратный овальный рубец. Это она сама себя укусила…
«Все равно надо идти! – сказала самой себе Лара. – Я хочу ее увидеть… Оленьку!»
Лара налила ванну с морской солью… Сидела в ней двадцать минут. Потом вылезла, морщась и постанывая, высушила, вытянула феном волосы. Сварила кофе. Заставила себя съесть один крекер – больше, увы, не смогла…
Принялась гримировать лицо. Тональный крем, консилером – под глазами, замазывая черноту…
Через некоторое время на Лару смотрела уже не утопленница, не труп, а просто немолодая, терзаемая какой-то тяжелой болезнью женщина. Уже неплохо!
За сорок минут до встречи Лара вышла из дома.
Опять был ранний вечер, опять такой же теплый, с разлитым в воздухе обещанием счастья… Пришлось ехать на метро – вся Москва стояла в вечерних пробках.
Пока Лара тряслась в вагоне, несколько раз чуть не упала – так у нее кружилась голова, звенело в висках. Но она доехала до нужной станции и вышла в город уже почти уверенно. Встреча с соперницей бодрила Лару, вбрасывала в кровь адреналин.
Вот и кафе… Кажется, то самое, с сувенирной лавкой на втором этаже.
Лара остановилась у ступеней, перевела дыхание. Она еще ни перед одним свиданием не волновалась так…
Толкнула рукой стеклянную дверь и вошла внутрь. Несколько столиков были заняты – в основном пары, за одним большая семья – мама, папа, дети… А за крайним столиком, в углу, сидела молодая длинноволосая девушка.
Девушка вскинула на Лару внимательные светло-серые глаза и замерла. Она…
Лара направилась к столику в углу.
Пока шла, тоже с мучительным вниманием, напряженно, пристрастно разглядывала девицу. И чем дольше Лара глядела на Оленьку, тем хуже ей становилось…
Только теперь, видя свою соперницу, Лара поняла, почему Саша предпочел ей Оленьку.
– Вы? – не слыша собственного голоса, пробормотала Лара, подойдя к столику.
– Лариса? Я Оля. Прошу, садитесь, – девица плавным движением руки указала на соседний стул. – Или вы будете что-нибудь заказывать?
– Пожалуй, закажу… – Лара подошла к раздаче (в кафе было самообслуживание). Взяла себе какой-то зеленый компот и пророщенные зерна чего-то там в томатном соусе.
Как Лара вернулась к столику, не уронив по дороге поднос с посудой – отдельная история…
– Что это за кафе такое странное? Ни мяса, ни рыбы… Одни стручки какие-то с ботвой! – пробормотала Лара.
– Это вегетарианское кафе.
– А-а…
Лара осторожно пригубила компот, и ее чуть не стошнило. У компота был какой-то странный вкус – не сладкий, а травянисто-горький, ядреный. Вкус сельдерея. Лара решительно не помнила, что именно она брала – схватила первые попавшиеся блюда…
– Вот вы какая, – тихо произнесла Оля. Вернее – Оленька. Нежное, юное создание. Ангел…
– Какая? – хрипло спросила Лара.
– Таинственная.
– Да и вы тоже… загадка! – пробормотала Лара.
Интерес соперницы к ней был не удивителен. Женщины не могут не сравнивать себя между собой. Вечный вопрос: кто лучше – я или она?…
Лара тоже глядела на Оленьку, и чем дольше глядела, тем хуже ей становилось.
Еще в самые первые мгновения этой встречи Лара поняла, что соперница ее – молоденькая и хорошенькая.
А дальнейшее наблюдение только подтвердило и усилило это впечатление.
Правда, фигуру и рост Оленьки Лара не могла разглядеть как следует, во всех подробностях – во-первых, Оленька сидела, а во-вторых, девушка была укутана в широкую шаль, пашмину, что ли… Но и того, что видно, оказалось достаточно.
Тонкие руки, тонкая длинная шея, пальцы – словно у скрипачки, изящные, необыкновенно красивые. Узкие, прямые плечи. Оленька хоть и сидела, но все равно совершала какие-то телодвижения – то наклонялась то в одну сторону, то другую, то тянулась за чашкой – и каждый ее жест был воплощением гармонии, грации.
– Вы не балерина ли? – вырвалось у Лары.
– Что? А, нет… Но я танцевала в детстве, представьте себе! – польщенно улыбнулась Оленька.
У Оленьки, как уже упоминалось, волосы были светлыми, длинными. И глаза тоже светлые, светло-серые. Маленький прямой нос. Розовые губы. Лицо, его нижняя часть – не овал, а квадрат скорее, – но эта нижняя, широкая часть делала сразу внешность Оленьки небанальной, не конфетно-сиропной – как, например, лицо девушки с конфетной обложки…
Хотя, в общем, обычное лицо. Но это тихая, спокойная прелесть, необыкновенное достоинство, способность не смущаться, не тушеваться и всегда быть естественной и невозмутимой…
Кстати, Оленька совершенно не пользовалась косметикой, и это была «фишка» девушки, судя по всему. С таким ровным, матовым тоном кожи, такими свежими губами (ни тонального крема, ни прозрачного блеска – ни-че-го!) – макияж и не нужен был ей вовсе, хотя во всех телепередачах о красоте ведущие и кричали о том, что девушка в любом случае должна хоть ресницы себе с помощью туши приподнять, хоть еще что…
И еще этот безмятежный, прямой, внимательный взгляд…
Оленька была восхитительна. Одна одним своим видом дала понять Ларе, почему Саша выбрал именно ее.
«Но она-то, Оленька… Она что, не знала, что Саша уже женат? – подумала Лара, сжимая в руках вилку и безрезультатно тыкая в стручки на тарелке. – Это ведь нехорошо, даже отвратительно – связываться с человеком, который несвободен, у которого есть семья!»
– Вы знали, что Александр женат? – озвучила свою мысль Лара.
– Да, – сразу же отозвалась Оленька. И в этом ее спокойствии, честности Лара вдруг узнала своего мужа. Да, они чем-то неуловимо похожи – Саша и эта Оленька. И это тоже так ужасно… От этого только больней ощущаешь свое несовершенство!
– И вам не стыдно? – сдавленно произнесла Лара.
Оленька ответила не сразу. Она перед тем долго, внимательно и даже с какой-то жадностью смотрела в глаза Ларе. Пожалуй, с азартом и торжеством смотрела!
Это уж совсем невыносимо было…
– Нет, мне не стыдно, – призналась Оленька.
Лара еще сильнее сжала вилку в руке и вдруг представила, что будет, если она сейчас эту самую вилку воткнет Оленьке в лицо.
Визг, крик, кровь… И тогда сотрется с безупречного свеженького личика вся эта безмятежная наглость…
Лара вдруг почувствовала, что улыбается. «Да, да, я ее изувечу сейчас… Гадина! Какая же она гадина!»
– Почему? – спросила Лара, сознательно решив оттянуть свою месть. Можно же поиграть с этой Оленькой – точно кошка с мышкой… Потом-то уж с этой дрянью не поговоришь!
– Потому что я люблю его. Не знаю, любит ли Саша меня, но я – люблю его. Он настолько необыкновенный, светлый человек, что… других таких мужчин больше на свете нет, понимаете? – звонко произнесла Оленька.
«Понимаю. Саша – лучше всех в мире. Понимаю…»
– Вы, наверное, бог знает что обо мне думаете… – энергично продолжила Оленька. – Что я такая-сякая, разлучница, негодяйка. Но его же нельзя не любить! – вдруг убежденно, страстно воскликнула девушка.
– И что теперь? Вы поженитесь? – облизнув губы, все тем же сдавленным, невыразительным голосом произнесла Лара. Она прикидывала в этот момент, куда лучше ударить вилкой – в глаз или щеку? Лучше, конечно, нанести Оленьке сразу несколько ударов – быстро, стремительно, дабы урон был непоправим. Посадят Лару за это? Да не жалко, пускай сажают… Подумаешь. У нее ведь и так ничего нет – ни мужа, ни ребенка, ни работы.
– Господи, да откуда ж я знаю? – удивленно, даже весело воскликнула Оленька. – Он мне предложения не делал! И вообще, вы, Лара, как-то неправильно, извращенно все представляете…
– А как надо? – спросила Лара, не слыша собственного голоса. «Сейчас. Нет, через минуту… Пусть говорит пока!»
– Мы с Сашей с самого начала были как друзья! Это было удивительно. Судьба, – впервые за время встречи Оленька опустила глаза. – Мы с ним говорили много, в кафе сидели… смеялись как сумасшедшие. Мы были с ним как дети. Веселые, раскрепощенные, счастливые. У Саши времени только мало – мы редко встречались. Я уже говорила – в основном перезванивались… В последний раз вот месяц назад тоже в кафе сидели. Он ко мне столько раз собирался приехать, но эта его работа… Так ничего и не получалось. Мне от него ничего не надо. Чего-то требовать, просить – не буду, – улыбаясь, но вместе с тем очень серьезно, даже жестко произнесла Оленька. – Разведетесь вы с ним или не разведетесь… Женимся мы с ним или нет… Неважно. Я в любом случае желаю ему счастья. Я не хочу стать ему обузой.