Бандиты больше не смеялись, они надрывно кашляли, разворачивали взбесившихся лошадей, беспорядочно скачущих по склону и норовящих сбросить своих седоков. Некоторым животным это удалось, и сброшенные, задыхаясь и кашляя, бежали назад, где попадали под удары безжалостной нагайки.
– Сейчас бы их догнать... – осторожно протянул Тулос, выразительно поглядывая на молчащего командира, и получил в ответ презрительный взгляд.
– Тебе покашлять хочется? Так Сахит может тебе и тут перца дать... или чем он там их угощал?
– В Шархеме перец на базаре хороший, свежий, – задумчиво протянул один из воинов, и все покосились в сторону Малихи, невозмутимо разряжавшей арбалет.
– В следующий раз куплю целый мешок, – злорадно наблюдая за бандитами, пообещал другой.
– Не забудь угадать, чтобы ветер дул в нужную сторону, – сообразил кто-то, и все снова посмотрели на скачущего к ним Сахита с обмотанным тряпкой лицом.
– Нужно Хаума и Вайча послать лошадей ловить, – едко предложил кто-то, – у них должок... и к перцу они привычные.
– Они свое получат, как доберемся до места, – отрезал Лаис, – а эти лошади нам не нужны. Они все ворованные... не думаю, что господин за такое похвалит.
На самом деле его не настолько заботил вопрос, чьими эти лошади были раньше, сколько хотелось побыстрее увести отсюда обоз, пока бандиты не пришли в себя и не вернулись, чтобы отомстить. Трудно не понять, какую теперь они испытывают ненависть к его отряду, ему самому и шустрому Сахиту в особенности. А как известно всем, всадники, едущие налегке, движутся намного быстрее груженых телег, поэтому можно не сомневаться, что, прокашлявшись и отмыв коней, бандиты обязательно пустятся в погоню.
Вселяет надежду только одно, дорога до того села, куда он намеревался отправить женщин, почти прямая, и обогнать отряд, чтобы устроить засаду, бандитам будет нелегко. А нападать еще раз с подветренной стороны им вряд ли захочется. Скорее всего, они попытаются объехать село и встретить жертв на пути к следующему городку, но об этом Лаис решил пока не думать.
Сейчас он приказал пропустить повозку со служанками вперед, за ней поставил телеги, а всех воинов отправил замыкающими, кроме двоих дозорных.
К обеду они без происшествий добрались до села, и в этот раз Лаис выбрал для отдыха не постоялый двор, расположенный на окраине, а харчевню в самом центре. Однако, подъезжая к ней, с досадой обнаружил, что они тут не первые. Стояли вереницей вдоль дороги повозки, шустрые парнишки поили в глубине двора коней, под навесами на низких топчанах обедали и отдыхали путники.
– Господин, – объявил выскочивший им навстречу хозяин, безошибочно опознав в Гарте командира, – мест нет.
– Я хорошо плачу, – холодно отрезал Лаис, отлично знавший, что именно эти волшебные слова и мечтает услышать трактирщик, – мы только пообедаем. Мне нужна комната для женщин.
Разумеется, все сразу нашлось: и комнаты, из которых спешно выставили постояльцев, и теплая вода, и обед. Выбравшихся из повозки женщин и Кора немедленно проводили в заднюю часть дома, а для воинов слуги хозяина накрыли длинный стол в обеденном зале. И пока охранники и возчики выпрягали и устраивали лошадей, на этом столе появились миски с горячим бульоном, в котором плавали внушительные куски мяса, жареные куры, горка плоских хлебцев и блюда с овощами.
– Для вас накрыли стол в комнате, – доложил командиру сияющий хозяин.
– Спасибо, – усмехнулся Лаис и, насмешливо глядя трактирщику в глаза, тихо, но твердо предупредил, – и запомни мое правило! Я плачу очень хорошо, но если мои люди выпьют здесь хоть глоток вина или бузы, обед будет за твой счет! И мне все равно, откуда это вино возьмется – из твоих подвалов или его принесет разносчик из соседней лавки.
– Понятно, господин, – сразу перестал сиять трактирщик и очень резво куда-то рванул.
– Прости, командир, что вмешиваюсь в твои дела...
– Не боишься получить кинжал в бок, подкрадываешься как тарантул? – Лаис резко повернулся и уставился на незаметно подобравшегося Сахита.
– Я увернусь, – невозмутимо ответил тот, – можно дать совет?
– Идем в мою комнату, – разговаривать на серьезные темы посреди зала Гарт не собирался.
А в том, что проводник подошел не с каким-то пустяком, он не сомневался даже на миг.
За эти два дня командир не раз мысленно возвращался к сожженному письму Тмирны и постепенно осознал неверность своих первоначальных выводов. Зря он сердился на Малиху за бесшабашность, никогда бы вдова не сумела добраться до посредников и Тейлаха, если настоятельница была категорически против этого. Ведь ясно, что сестры Тишины встретились, и раз так, значит и проводник устроился на службу не случайно. Вот откуда его взяла Тмирна – пока непонятно, но выяснить это нет никакой возможности. Пока отряд в дороге – поговорить с Сахитом так, чтобы им никто не помешал и не подслушал, вряд ли удасться.
– Лаис... – вынырнул откуда-то Тулос и застыл в нерешительности.
Он уже столько раз натыкался за эти дни на упорную холодность и презрительные взгляды командира, что давно сообразил о причине такого отношения. Но не мог ничего объяснить или изменить.
– В чем дело?
– Я хотел спросить... тут рядом лавка, может, докупить продуктов?
По заминке в его вопросе можно было понять, спрашивать воин собирался вовсе не о провизии, но командир не желал ни о чем догадываться, как и делать шпиону какие-либо уступки.
– После обеда решим, – со ставшей обычной холодностью процедил Лаис и помощник, стиснув зубы, повернулся, чтоб уйти, но внезапно вмешался Сахит.
– Нужно его тоже позвать... в твою комнату.
Кого другого за такое самоуправство ждал бы строгий окрик, и сейчас Лаис тоже вскинулся, осадить наглеца, но встретил его невозмутимый взгляд и вспомнил свои слова насчет простого обращения.
– Хорошо... только за твой сегодняшний поступок... Тулос, иди с нами!
И едва пройдя в свою комнату и дождавшись, пока они закроют узкую дверку, обернулся к проводнику лицом.
– О чем ты хотел мне рассказать?
– Я думаю, мы сделаем большую глупость, если отправимся в путь после обеда, – с той же наглой невозмутимостью заявил вор, – нам нужно идти с тем обозом, который стоит у двора, а они идут рано утром.
– Почему? – поднял бровь Гарт, удивляясь не столько совпадению их мыслей, сколько скорости, с какой этот человек успевал узнать интересующие его сведения.
– Ждут двух торговцев, которые договорились заранее, но запаздывают. Прислали гонца, говорит, вчера дожди переправу задержали, а ночью они не пошли. Будут тут только вечером, – пространно ответил Сахит, точно догадавшись, о чем спрашивает командир.
– Кто ведет обоз?
– Торговец из Сюна. Он тут часто ходит и наемники у него постоянные. До Дилы можем вместе идти, мы же в ту сторону?
– Почти, – неохотно буркнул Лаис и взглянул на помощника, проверить, как он отреагировал на такое предложение.
Судя по тому, что возражать не пытается, согласен и он. Но заставить его высказаться – неплохая мысль, если Тулос сам начнет настаивать на присоединении к обозу, то не станет доносить Тейлаху.
– Тул, какое твое мнение?
– Он прав, – хмуро выдавил помощник, – там наемники опытные, и на такие большие обозы банды не нападают.
– Но я пообещал трактирщику, что мы уйдем... да и телеги стоят у дороги, там их на ночь оставлять нельзя.
– Я пройду по селу, найду, кто дом сдаст, – предложил настойчивый проводник, – а Тулос пусть с обозником договаривается.
– Ладно, так и сделаем. Идите, – помолчав, решил Лаис, хотя ему очень хотелось задать Сахиту несколько вопросов – вовсе не про обозы и бандитов.
Глава тринадцатая
– Можно, я с тобой посижу? – проводник, как обычно, возник внезапно, и командир демонстративно звякнул кинжалом, давая понять, что в следующий раз пустит его в ход без предупреждения.
Однако слуга не обратил на предупреждение никакого внимания, бросил на песок кусок кошмы и опустился на него с кошачьей грацией.
– Сиди, не жалко, – внешне равнодушно кивнул Лаис и пошевелил прутиком догорающие угли.
Ему выпала для дежурства самая глухая пора, когда спит все вокруг, кроме нечисти и злодеев. Конечно, Лаис, как командир, мог бы отказаться от караулов, но он не делал так никогда раньше и не собирался делать теперь. И посты для охраны всегда выбирал себе самые трудные, и никогда не требовал поблажки при выборе времени. Наоборот, старался немного раньше заступить на пост и немного больше дать поспать следующему охраннику.
Вот уже три дня, как отряд идет вместе с торговым обозом, и скорость его продвижения почти вполовину медленнее прежней. Зато спокойнее воинам и намного меньше сил тратится на организацию и охрану стоянок. У торговцев известны заранее и многократно проверены и устроены все места ночевок. При их выборе ничего не забыто: ни колодцы или ручьи, ни дрова для костров, ни места где можно пасти ночью лошадей.