Встряхнулась и мысленно постучалась головой о дерево. Это что, я сейчас пожалела Чудовище, чуть не придушившее меня? Ксюха, ты сама псих. Крышечка от потрясающего дня ещё не поехала?
- Эй, ну правда! - продолжал уверять меня Максим. - Тим в жизни никого не обидит. Просто довели...
- Угу, - глубокомысленно согласилась я и вытащила из сумочки складную расчёску.
- Прости, - сдался парень. Открыл заднюю дверь и жестом предложил располагаться. Я отрицательно помотала головой. Ещё чего не хватало! Не сяду я в одну машину с Морозовым. Сомневаюсь, что Максим оставит своего дружка здесь и соблаговолит довести меня до дома. Нет уж! Мне надо расслабиться. Выпить тоже не помешает. Хотя бы простой воды, а то в горле першит. И самый близкий источник животворящей влаги - это "Сдвиг".
Прикинула, сколько придётся добираться туда на своих двоих, укомплектованных в высокие каблуки, и пожалела, что отпустила таксиста. Вздохнула, собрала волосы в низкий хвост и всё-таки села на заднее сидение. Устала я. Морально. Сутки с Морозовым выматывают лучше года в армии. Странное сравнение, но в голову ничего более подходящего не приходило.
Сидя боком, вытянула ноги, уложила голову на подголовник и прикрыла глаза. Пара минут тишины не помешают, потом встану и пойду в клуб. Не так на самом деле здесь и далеко, доковыляю как-нибудь.
Хлопнула дверь, машина чуть дёрнулась, я не обратила внимания. Максим, видимо, устал стоять и тоже залез в салон.
- Надеюсь, произошедшее никак не повлияет на нашу лабораторную...
Я испуганно распахнула глаза и подскочила. Ударилась головой о потолок и, придерживая макушку рукой, дикой кошкой зашипела на Морозова, который вполоборота сидел на переднем пассажирском сидении.
Мельком оглянулась. Максим стоял на противоположной стороне дороги, смотрел в сторону клуба и словно не замечал происходящего в машине.
Захотелось выругаться, но услужливая память сразу подкинула воспоминание о том, чем закончилось прошлая попытка послать Морозова. Ладонь непроизвольно осторожно потёрла горло, глаза Тимофея превратились в два кусочка льда.
- Прости, - не сводя с моей шеи завороженного взгляда, прошептал парень. Резко отвернулся, откинулся на кресло и начал пальцами растирать верхнюю часть лица.
Я предпочла промолчать. Вылезла из "Порша", стянула с багажника плащ, сунула в его в карман сумочки и поплелась в сторону "Сдвига".
- Оксана! - окликнул Смольный. Я не обратила на него внимания. Хватит с меня их общества.
- Оксана! Да подожди же ты! - парень бегом догнал меня и пошёл рядом. - Слушай, давай подвезём куда надо. Ты только скажи.
- Отвали, - безэмоционально попросила я. Максим послушался. Остановился, хмыкнул и больше не тревожил, а я облегчённо вздохнув, взяла плащ в другую руку и медленно пошла дальше. Нужно было надеть кроссовки и джинсы. Дура ты, Ксюха, ох, дура. Размалеванная, расфуфыренная дура, жалеющая, что не вышла в люди в образе забитой ботанички.
Рядом затормозила машина.
- Оксан, садись давай! - из окна высунулась улыбающаяся голова Смольного. Я даже не посмотрела в сторону "Порша", сжала кулаки и с упорством танка пёрла вперед.
Машина несколько минут ехала рядом, потом чуть отстала и время от времени пугала меня неожиданным сигналом клаксона. Это они так пытаются привлечь внимание? Достали! Дайте побыть одной!
Хлопнула дверь, и я спиной почувствовала чей-то взгляд. Долго гадать чей, не стала. И так понятно: если Смольный ведёт машину, значит, за мной по пятам следует Чудовище.
- Ксюша, садись в машину, - мягко, почти ласково попросил Морозов. Первым моим желанием было кинуться на обочину и затеряться в подлеске, но деревья уже кончились, осталось поле с жидкой растительностью. Второй мыслью стало развернуться и отходить его сумочкой по дурной голове, но я опять вспомнила его бешеный взгляд и пальцы на моей шее. Снова помимо воли потёрла горло.
- Родионова, пожалуйста, не делай глупостей. Сядь в машину, и мы отвезём тебя домой.
Остановившись, смерила Морозова тяжёлым взглядом, в котором читалось всё, что я думаю и о нём и о его предложении, и пошла дальше. Вроде помогло. Снова хлопнула дверь, и меня оставили в покое. По крайней мере, настойчивых предложений подвезти больше не поступало. Вздохнула свободно. Наконец-то, я уж думала, они никогда не успокоятся.
Но не тут-то было!
"Порш" внезапно зарычал, обогнал меня и перегородил дорогу. Открылась задняя левая дверь, из которой выбрался Морозов и по-джентельменски пригласил меня внутрь.
- Пожалуйста.
И не понятно чего в этом слове было больше: мольбы или угрозы. Ледяные глаза однозначно выражали последнее.
Я долгую минуту смотрела куда-то на уровне шеи парня. Потом прикрыла глаза, выдохнула, как перед прыжком в воду, и забралась в салон. Тимофей всё это время терпеливо придерживал дверь и не отрывал от меня взгляда. Я буквально ощущала, как Морозов раздирает меня им на кусочки. Зачем, спрашивается, тогда села?
Потому что дура. Ты, Ксюха, это выяснила. И больше никогда - слышишь? - никогда не поведёшься на своё любопытство!
Тимофей аккуратно закрыл за мной дверь и, вернувшись на переднее пассажирское кресло, назвал мой адрес.
- Нет! В "Сдвиг". - Твёрдо потребовала я и указала на виднеющуюся отсюда вывеску.
Парни переглянулись, Макс пожал плечами, Тимофей несколько секунд буравил меня взглядом, потом кивнул.
- Понял, - печально вздохнул Смольный. - В клуб так в клуб. И опять мне не обломится ничего...
К чему относилась последняя фраза, я не поняла, да и не хотелось. Главное то, что машина плавно тронулась с места. Я отвернулась к окну и отстранилась от мира и сидящих впереди парней. Почему-то сразу же вспомнилось, что они забыли свой дурацкий мячик на детской площадке...
Максим припарковался почти у самого входа в клуб. Я нервно теребила рукав плаща и, как только машина остановилась, выбралась на улицу.
Вдохнув полной грудью, поспешила скрыться в недрах клуба. Почти одновременно хлопнули две двери, и я резко остановилась. В этой части стоянки в данный момент кроме нас никого не наблюдалось, так что можно было не сомневаться в источнике звука.
Обернулась. Оба парня вылезли из машины и, судя по всему, собирались проследовать за мной. Сейчас, правда, стояли смирно, вопросительно глядя на меня.
- Спасибо, дальше я сама.
Короткая пауза: Максим теперь вопросительно смотрел на друга, Морозов же снова не сводил глаз с меня.
- Клуб большой, - пожал он плечами, и спокойно пройдя мимо, первым исчез внутри.
- Не волнуйся, не подойдёт, - ободряюще улыбнулся Смольный и поспешил за другом. Я осталась стоять снаружи, раздумывая: не вызвать ли такси и поехать домой? День всё же был тяжёлым. Но бывали и тяжелее.
Встряхнула головой, в очередной раз обозвала себя дурой и зашла в гостеприимно распахнутые двери "Сдвига".
Никакой охраны на входе - местным это не было нужно. Секьюрити сидели в отдельной комнатке и обычно резались в карты, выползая в помещения клуба в одном единственном случае: когда начиналась драка. А происходило это довольно часто, так что без работы ребята не оставались. Однако для драк сейчас было ещё слишком рано: вся культурная программа мордобоя начиналась не раньше полуночи. Меня к этому времени сегодня здесь не будет. Зайду, выпью чего-нибудь, часик отдохну и поеду домой. Несмотря на заявления Максима, что Чудовище ко мне больше не подойдёт, всё равно было как-то не по себе.
Вошла в холл и сразу же утонула в дурманящем аромате ванили. Играла классическая музыка, и весь стиль "прихожей" клуба напоминал скорее фойе какого-нибудь театра, чем неформального клуба. Здесь даже бабушка-гардеробщица была одета в строгое платье и всем видом выражала высокую культуру. М-да, неформалы разные бывают...
Я сдала плащ, оставив сумочку при себе. Если что - отдам на хранение Шершню, в миру Анька. Она же бессменный администратор клуба, с которой я успела сдружиться. Вообще-то, благодаря неугомонному характеру я перезнакомилась со всем персоналом клуба, но с этой миниатюрной, но бойкой блондинкой мне было... У меня никогда не было настоящих подруг, мне либо завидовали, либо презирали, либо таскались за мной хвостиками в надежде войти в свиту. Да, признаюсь, в школе ботаничку из себя не изображала и была "первой леди" класса. Больше мне подобного не хочется. А Анька была проста как пять копеек, не стеснялась выражать свои эмоции, порой совсем некультурным русским, и была душой любой компании. Меня она тоже приняла как родную, а потом познакомила со всеми.