Пальцы судорожно принимаются искать шест, когда Габриэль понимает, что мальчишка этот из Потейдии. Только вчера он улыбался ей, поднося кувшин с молоком. Она не может оставить его здесь!
Рука, опустившаяся на плечо, останавливает Габриэль в тот самый момент, когда девушка уже готова, презрев опасность, ринуться вниз.
– Нельзя, – негромко говорит невесть откуда взявшаяся Зена, и глаза ее пусты. Габриэль знает, что Королева Воинов просто отстраняет себя от всего, что видит. Не испытывает жалости, не роняет слезы, дышит ровно и размеренно.
– Кто они? И откуда? – стиснув зубы, бормочет Габриэль, дождавшись, пока Зена ляжет рядом с ней, скрываясь от чужих глаз.
– Армия Ареса, – Зена говорит это столь спокойно, что ее подруга не сразу понимает, о чем речь. А поняв, вспыхивает, как тот самый маков цвет, что валяется сейчас растоптанным.
– Арес? Что он здесь забыл?
Зена не смотрит на Габриэль, отдавая все внимание мельтешению внизу.
– Арес всегда где-то что-то забывает, – отзывается воительница, едва бард теряет всякую надежду на ответ. – Будет битва.
– Но с кем? – Габриэль растеряна, она видит, как насильник отпускает мальчишку, и тот, подтягивая портки, ковыляет прочь, не оглядываясь. Пару мгновений девушка ждет, что солдат метнет в спину своей жертве кинжал, но этого не происходит.
Кажется, Зена тоже этого ждала.
– С кем? – повторяет Габриэль свой вопрос. Королева Воинов поворачивается к ней, синие глаза на мгновение вспыхивают скукой.
– Не все ли равно? – пожимает она плечами, и доспехи чуть бряцают. – На твоем месте меня больше волновало бы то, что лагерь армия Ареса разбила неподалеку от Потейдии.
Она права, и Габриэль понимает это. Руки снова принимаются искать шест, но он забыт дома, и, наверное, соседская ребятня уже давно стащила его для своих игр.
Они лежат еще какое-то время, наблюдая за солдатами, и Зена говорит о том, что в шлемах у них, видимо, какое-то приспособление, чтобы легко дышалось в маках. Габриэль все равно, она рассеянно кивает и думает, кому принести жертвы, чтобы защитить деревню. Прозрение приходит не сразу.
Афина. Сестра Ареса и самый искусный его враг. Враг, которого божественный вояка отказывается понимать. Отзовется ли она на мольбу о помощи?
В Потейдии нет храма Афине – крестьяне молятся Посейдону, и Габриэль дрожит, когда льет терпкое красное вино на землю за пределами деревни. Губы ее шевелятся, произнося имя богини.
Нет ни грома, ни молнии, ни чего-либо еще, когда мудрая дочь Зевса выходит из пустоты и становится рядом с замершей девушкой. Золотокудрая, закованная в доспехи, невысокая и светлоглазая, Афина нетерпеливо смотрит на Габриэль; возле нее призрачным пламенем роится сила. Слова не идут на язык, сказительница может только с трудом подняться с колен.
– Арес, – говорит она, и яростным огнем вспыхивают глаза Афины. Она надвигается на Габриэль, сила ее захватывает девушку в горячие объятия.
– Зена виновата, – губы Афины едва шевелятся, а кажется, будто она кричит, глушит своим криком. – Он бродит за ней вот уже десять лет. А теперь твои родные погибнут, девица.
Она говорит много, неспешно, обстоятельно, и Габриэль становится понятно: Афина давно знает. И ничего не сделает, потому что ей все равно.
Зена не верит богам. Она не раз говорила своей спутнице, что олимпийцы живут лишь в свое удовольствие, что им нет дела до людских радостей и горестей.
Афина щурится, договаривая последнее слово, выдыхает и добавляет небрежно:
– Арес все равно получит своего Завоевателя.
Прошлое плохо тем, что то и дело напоминает о себе.
Богиня растворяется в воздухе золотой пылью.
Габриэль упрямо встряхивает головой.
Нет.
Воспоминание об Афине уходит, настоящее вновь заявляет о себе.
– Я с тобой, – твердо говорит Габриэль, хватая шест. Геродот и Гекуба бросаются вперед, становятся на пути дочери, не пуская, не позволяя.
Зена с улыбкой смотрит поверх их голов, ничего не говорит и уходит, оставляя дверь приоткрытой.
Габриэль знает, что Зена пойдет на тот холм. А потом на поле. И там, среди сонных трав, примет бой. Потому что, как бы Арес того ни хотел, Завоеватель не вернется. А Зена не позволит его солдатам войти в Потейдию.
У Габриэль слишком богатая фантазия. На глаза наворачиваются слезы, когда она представляет тот страшный бой, что непременно случится. Поэтому она отталкивает родителей и сестру и мчится прочь из дома, следом за Зеной.
Девушка нагоняет Королеву Воинов перед самым выходом из деревни и заступает ей дорогу. Молча мотает головой, чувствуя, как встает в горле ком.
Зена осторожно заправляет ей за ухо светлую прядь.
– Ты не пойдешь, – мягко говорит воительница, и взгляд у нее в этот момент тверже стали. Синего почти не осталось, и только безбрежный серый океан, холодный и неприветливый, вглядывается в Габриэль точно так же, как она вглядывается в него.
Ветер бросает Габриэль волосы в лицо.
– Если я выживу, то увидимся завтра, – легко говорит Зена, и на губах ее играет улыбка.
Почти искренняя.
Если. Всегда это «если».
Габриэль плачет. Закрывает лицо руками, растирает слезы по щекам и хочет не смотреть на ту дорогу, которая запетляет-запутает Королеву Воинов, уводя ее на смерть.
Габриэль не верит в победу. Она видела войско, она пыталась сосчитать солдат, она знает, что клинки их заточены Гефестом, а доспехи невозможно пробить. Как будет Зена сражаться с камнем? Со скалой? С морем, заживающим после каждого удара?
– Ты ведь не веришь, что Арес победит?
Зена говорит это, а у самой – пустые глаза. Далекие. Словно она видит уже совсем не то, что видят живые.
Габриэль страшно. Она не может выразить словами, что чувствует.
И тогда она делает то, за что, несомненно, будет проклята.
Маленькая сказительница из нелепой деревушки отчаянно и горячо целует Королеву Воинов, склоняет ее к себе, обнимая за плечи, и ловит губами губы, одновременно пытаясь что-то шептать. У поцелуя вкус слез и дорожной пыли, а еще – солнца.
Зена медлит, а затем обнимает Габриэль, прижимает к себе и отвечает на поцелуй.
Кто-то смотрит на них, Габриэль спиной чувствует прожигающий взгляд. Если бы она могла связно думать в этот момент, то непременно решила бы, что это Арес, наконец, завистливо спустился с Олимпа и дышит ей в затылок, напоминая о себе. Но поцелуй отнимает все силы и разум, поэтому Габриэль не думает ни о чем.
Зена целует ее, уже сама, собирает губами соленые слезы.
– Сегодня будет хороший день, – говорит она, и вот теперь ее глаза живы.
Габриэль рада, что Арес увидит Зену такой. Быть может, он посмотрит на нее, поймает взгляд и прочтет в нем все то, что однажды неминуемо должен понять.
Сказительница не верит в победу. Но она верит в Зену. А это очень много.
И поэтому Габриэль остается стоять на дороге, опираясь на шест, следя за женщиной, которая всегда возвращается.
Здравый смысл, который боги дали лошади
Здравый смысл, который боги дали лошадиАвтор: T.Novan
Перевод: Akrill
Оригинал: The Sense the Gods Gave a Horse
Пейринг/Персонажи: Зена/Габриэль/Арго
Категория: сабтекст
Жанр: драма, юмор
Рейтинг: PG-13
Краткое содержание: Люди влюбляются, мечтают, желают, боятся, решаются… Но как это сказывается на их лошадях, и что лошади об этом думают?
Ты стоишь рядом со мной и проводишь щеткой по одному и тому же месту снова и снова. Я оглядываюсь назад – о боги, ты опять думаешь о ней. Если я не предприму что-нибудь, у меня в этом месте дырка будет. Так что я переступаю на месте задними ногами. «Ладно, это приятно, Королева, о, да, именно тут. Как приятно, действительно приятно, ах, я счастливая, счастливая лошадь. Нет... нет, погоди. О, нет, не возвращайся снова к этому месту». Я переступаю на месте передними ногами, но это не приносит результата. «Ну, Королева, ты сама напросилась». Шлеп!
– Эй, Арго, следи за своим хвостом. Я вообще-то тут стою, знаешь ли.
«Да, я-то знаю. А ты разве не замечаешь, что уже плешь мне на этом месте протерла? Просто пододвинь свою чертову руку немного левее, пожалуйста». Я снова оглядываюсь назад. «Блин, тебя что, совсем переклинило?» Я смотрю на лагерь. «Да, да... она симпатичная, но не за счет моей шкуры. Ты не против?» Снова передвигаю задние ноги.
– Арго, стой смирно, – Зена опять подходит к моему крупу. Ну, по крайней мере, я заставила ее передвинуть руку на другое место.
«О, да, как приятно. Это замечательно. Новое захватывающее приключение – как ухаживать за своей лошадью, не проливая крови, своей или ее». Я снова смотрю на Габриэль. «Ну, цвет ее одежды тоже хорош. На сей раз ты сделала хороший выбор. Помнишь ту вульгарную энергичную брюнетку, с которой ты встречалась? Она мне абсолютно не нравилась. А эта дает мне яблоки и сладкий овес. И в целом она не слишком плоха для человека. Хотя она слишком много болтает. Эй, эй, ты вернулась к этому месту снова. Прекрати». Шлеп!