Всего за 239.9 руб. Купить полную версию
— Что это? — показал я рукой.
— Не знаю. Похоже… не знаю, на что похоже. Барелеф какой-то.
— Барельеф. Надо говорить барельеф. Придется лезть смотреть.
— Полезли. Может, найдем людей или что-то похожее.
Примерно прикинув направление, спустились со скалы. Снизу изображение видно не было, пришлось идти в примерном направлении. Спугнув еще раз коз и парочку существ — копий земных крыс, только с маленьким хвостом и размером с лисицу — добрели до начала скал. Первым сигналом, что это человеческое творение, стала большущая каменная ваза, практически потерявшая свои очертания под воздействием времени и расколотая пополам. Дальше едва угадывающиеся в камне ступени и большая трещина, которую пришлось перепрыгивать и… и почти стертое, едва различимое изображение на скале. С первого взгляда смахивающее на земного Будду. То же круглое лицо, высокая шапка или корона, борода кольцами. Стоп. У Будды вроде борода не такая, или ее совсем нет?
— Не Будда. Точно не он, — высказался я вслух.
— Не Будда, — подтвердила Гертруда. — Похоже на шумерские или вавилонские изображения.
— Вот и нашли следы людей. А за кустами, кажется, пещера, — я, наставив револьвер, осторожно раздвинул кусты. Но это оказалось просто большой выемкой в скале, больше и шире той, в которой мы ночевали, причём явно нерукотворного происхождения. Внутри сидела одинокая, среднего размера ящерица, вполне мирного вида, которая не захотела делить пещерку с нами и заорала дурным голосом так, что я чуть было не пальнул, а Герда взвизгнула. Воспользовавшись нашей секундной паникой, ящерица благополучно сбежала.
— Тьфу ты, зараза… Можно при желании переночевать, хотя я за ночевку внизу.
— Согласна. Тут воды близко нет.
— Ну, а ты что думаешь про все это?
— Исходя из того способа, каким мы сюда попали, можно предположить, что подобные временные или пространственные порталы или аномалии случались ранее и еще будут случаться, соответственно люди могли сюда попасть и тысячу лет назад. Конечно это только теоретическая выкладка, но это изображение может быть творением людей, попавших в этот мир гораздо раньше нас, — тоном знатока продекламировала Герда. — Слишком земные черты лица.
— Ты у меня настоящий профессор. Тебе очень пошла бы указка в руках, зачесанные в гульку волосы и очки со строгим костюмом. Я бы с удовольствием сдавал тебе сессию.
— Я не у тебя. Я сама по себе и подозреваю, что ты под внешней грубостью и вульгарностью скрываешь стремление к подчинённому положению у властной, сильной женщины. Не скрывай свои желания. Хочешь, я тебя отшлепаю, могу и выпороть. У меня руки уже давно чешутся.
— Откуда ты так русский язык знаешь? Шпиенка? Похожа. Но извращенка — это точно. Смотри, добазаришься. Выдеру и не посмотрю на возможные политические последствия и дипломатические скандалы. Ничего полезного здесь нет. Алтарь или храм это — неизвестно, но толку нам от этого никакого. Это что у тебя такое? — я с изумлением увидел, как Герда выудила из рюкзака телефон и собирается фотографировать изображение. — Как он у тебя не промок? И почему я о нем до сих пор не знал?
— Телефон военного образца. Непромокаемый и антиударный. Докладывать мне о нем незачем, связи нет, и заряда чуть-чуть осталось. Покажи его тебе, так ты затеешь фотографироваться на фоне побежденных ящеров и всякие другие глупости. Или приспособишь его в качестве грузила на удочку. У мужчин всегда немного воспаленная фантазия. А вот это действительно важное дело, — безапелляционно заявила Герда.
— А пулемета точно в сумке нет?
— Нет. Не обижайся, я сама как-то про телефон забыла. Да и ни к чему он здесь. Я проголодалась. Давай поедим вкусной рыбки, которую я поймала…
— А я приготовил. Давай, только сначала осмотрим все на предмет змеюк.
Удобно расположившись на камне, поделили припасы, причем я благородно умудрился всучить Герде лучшие кусочки, и мы принялись за еду. Мясо и рыба показались неимоверно вкусными, хотя и потеряли свой товарный вид.
— Как ты думаешь, куда они подевались? — спросила Герда, бережно откусывая кусочек рыбы. Она вообще ела аккуратно, можно даже сказать — чопорно. С очень прямой спиной, не спеша, так, будто вместо вяленого мяса вкушала филе-миньон или что-то в этом роде. В детстве у меня был дружок, Витька Ротмистров, и я несколько раз обедал у него. Вот точно так же ела его мать, которую во дворе очень не любили, называя дворянской сволочью.
— Не знаю. Вымерли, скорее всего. Если они попали сюда, как мы, то вряд ли в большом количестве. Недостаточно для поддержания устойчивой популяции. Если вообще так про людей можно сказать. Вообще это большой вопрос, кто жизнеспособней в первобытных условиях — древние люди или мы.
— Ели говорить о совсем первобытных людях, то, скорее всего, они. Они же в свою среду обитания попадут. А если… — Герда немного задумалась. — Если из средних веков… то тоже они. В отличие от тебя, лук сделать из куска дерева для них не проблема.
— Поверхностное суждение. Незрелое. Мы, конечно. Я имею в виду тебя и себя. Ты эстонско-немецкая Валькирия. Дева битвы. И я наполовину тигр, наполовину пещерный человек, ужас и гроза всех чудовищ и монстров. Я могу движением брови вызывать молнии и град.
— Если вдуматься, то из всего, что ты сейчас наговорил, правда только про меня и то, что ты пещерный человек. Думай лучше, что нам дальше делать.
12.07.2005 года по земному летоисчислению. Время неизвестно. Место неизвестно
— Да… пользы нам от этого артефакта никакой, зря сюда лезли, — я покрутился вокруг, надеясь высмотреть вокруг что-либо полезное.
— Ты недооцениваешь эту находку. Это очень полезно… только не для нас, в данной ситуации. Становись на колени, — вдруг заявила Герда и повелительно показала себе под ноги.
— Спятила? — я покрутил пальцем у виска. Порой совсем не знаю, что ожидать от норовливой эстонки. Например, как сейчас.
— Стать на колени перед дамой, для тебя проблема? — совсем ненатурально изумилась Герда.
— С дамами мы уже определились. Когда наденешь юбку и передник, когда начнешь заниматься хозяйством, когда, как примерная женщина, будешь ждать меня с охоты и готовить вкусную еду, вот тогда и поговорим.
— Хрен тебе. Раскатал губу. Свой мужской шовинизм можешь засунуть себе в зад. Сначала стань примерным мужчиной. Говорю, становись на колени, я сяду тебе на шею…
— Герда, ты что, ягод объелась? Не ешь всякую гадость, можешь не только галюны словить, как сейчас, например, но и диарею.
— Очень смешно, — скривилась презрительно Герда. — Тупой мужской юмор. Научись слушать, валенок. Я сяду тебе на шею, ты поднимешь меня на уступ скалы, я залезу еще немного повыше и осмотрю окрестности. И нам не придется все здесь обшаривать. Понятно? Я еще могу на руках изобразить. Может, ты информацию только мануально воспринимаешь. Как ты еще в институт поступил?
— Университет. Все, можешь дальше тему не развивать, — я встал на одно колено перед эстонкой.
— На оба колена.
— Иди к черту.
— Ладно.
Герда ловко вскарабкалась ко мне на шею и торжествующе скомандовала:
— Поехали. Наконец-то моя мечта сбылась.
— Сброшу на хрен…
— Тише, тише. Только до уступа. Пошутила я, — поспешила успокоить меня девушка и даже погладила по голове, но потом поинтересовалась: — Максим, признайся… тебе же комфортно когда я у тебя на шее. Признайся, не стесняйся. Ты же всегда хотел, чтобы тобой управляла властная, сильная женщина. Я могу тебя еще ласково наказы… ай, ай… не буду больше, не буду…
— Сброшу, сказал. Ну что ты за зараза? Принимаешь мою доброту за слабость. Лезь, а то сброшу.
Девушка зацепилась руками за карниз, без видимых усилий подтянулась и исчезла с виду.
— Ну, что там?
— Жди, мой верный конь…
— На хрен брошу тебя здесь.
— Ладно, ладно. Ослик… все, лови меня. — Герда сползла пониже и вдруг спрыгнула прямо мне в руки. А когда я ее поймал, как бы невзначай крепко прижалась. Автоматически я прижал ее к себе… как вдруг она неуловимо быстро, сжав пальцы левой руки в клюв, ударила меня чуть пониже ключицы. Плечо прострелила резкая боль, и я невольно отпустил девушку.
— Ты что делаешь, зараза! — я чуть не двинул Герду. Даже попытался замахнуться… правда рука не очень действовала.
— Кто тебе дал право предпринимать в отношении меня действия сексуального характера? — прошипела, как кошка, эстонка, но потом расхохоталась и сказала: — Пошли. Я кое-что увидела.
— Дура. Прибью… — я поплелся вслед за девушкой. — Сама же прижалась, а я виноват.