Поселягин Владимир Геннадьевич - Ганфайтер стр 9.

Озадаченно почесывая затылок, я слушал местного священника падре Гомеса.

— Разве об этом не все мормоны знают? — спросил он слегка недоуменно. Мои наводящие вопросы его удивляли.

— Да. Мы были в одной деревушке, там отец и прошел обряд, ну и я за ним тоже. А насчет бракосочетания я не в курсе, не собирался ли знаете, — отмахнулся я на его подозрительные взгляды.

Падре такой ответ устроил, поэтому он мне ответил:

— Я точно не знаю, но как мне объяснял один из мормонов, это один из трёх обрядом, и называется он 'храмовым браком'.

Я еще более усиленно зачесал затылок. Вот ей богу помогло.

— То есть вы хотите сказать, что обряд должен проводить священник мормон?

— Я и сейчас это говорю, — пожал тот плечами.

— Ну и ладненько, — ответил я и, поблагодарив за консультацию, довольный вышел из церкви.

Вернувшись в гостиницу, я сделал виноватое выражение лица, и сказал Мэри, когда увидел ее в моей, теперь уже нашей комнате:

— Я не нашел священника который будет нас венчать, — виновато разведя руками сказал я.

— Ничего, — улыбнулась Мэри, — мы уже позаботились об этом, священник ждет нас внизу. Комнату готовят, алтарь завезли, зеркала вешают.

Оставив меня с открытым ртом посередине комнаты, она выскользнула в коридор, убежав за водой для умывания.

'Верно говорят, 'меня без меня женили'. А я еще идиот хотел гражданским браком пожить', — ошарашено подумал я, начиная подозревать, что моя должность хозяина дома, под угрозой.

— Ну в чём ты одет? — всплеснула руками делавшая прическу Агнесс. Осмотрев себя, я был вынужден признать, что одежда не подобает скорой церемонии.

В результате пришлось сбегать в магазин готового платья, и подобрать себе по росту костюм. Один такой был, но только один, и что меня сильно печалило, он был не моего любимого цвета, а коричневого, но выбирать было не из чего.

-.. пока нас не разлучит смерть, — говорили мы с Агнесс ритуальную фразу глядя на свои изображения в зеркалах. Мэри, теперь уже моя жена стояла в стороне со слезами на глазах. На церемонии было не так уж и много народу. Майор Томпсон, сержант Андерс, Ребекка с мужем, и еще пара человек, которые предпринимали в нашей судьбе хоть какую‑то помощь.

И только много лет спустя я узнал, что все это было спланировано девушками от начала до конца, но тогда мне было уже все равно, и я только посмеялся на признание Агнесс. Но сейчас я не знал, и серьезно воспринимал эту церемонию, считая себя на вершине счастья.

После свадьбы прошло два дня. Я понемногу оживал и рана все меньше давала о себе знать. Но так как мне нечего было делать, я решил воспользоваться свободным временем и обучиться в разных направлениях. Первым делом я пришел в небольшой частный магазинчик мистера Лойса, который продавал оружие переселенцам и охотникам.

Так как у меня был переизбыток оружия, и должен сказать, что качество его было не очень, то я решил продавать его Лойсу, да заодно подучиться в ознакомлении всех образцов оружия на Диком Западе. С Сэмом Виткинкинсом я договорился на обучение в ухаживание за лошадьми. И с майором Томпсоном на использование его стрельбища для тренировок.

О банде Веселого Джека, с той перестрелки у ворот, когда был ранен сержант, ничего не было слышно, но я чувствовал что это неспроста, и я еще повстречаюсь с ними. В общем, проводил я время с толком, даже последние шесть дней учился верховой езде.

Три недели пролетели как одно мгновение, пока к форту не подошёл очередной караван переселенцев.

— Знаешь, жаль, искренне жаль, — сказал майор, держа мою руку.

— Да, хорошо было у вас, но сами понимаете пора, — ответил я.

За последнее время мы успели скорешиться с майором, в основном из‑за стрельбы из револьверов. Честно сказать, стрелок он классный, но до меня пока еще не дотягивал, хотя очень старался. Про меня майор говорил 'прирожденный стрелок', да и я чувствовал как всё легче и легче мне обращаться с 'кольтом'.

Помахав всем, кто нас провожал, я вскочил на передок нашего фургона и, плюхнувшись рядом с Мэри, тронул поводья. Мулы, постоянно шевеля длинными ушами, дернулись и потащили повозку к лагерю переселенцев стоявших у стен форта.

Со старшиной каравана я уже договорился, внёс часть денег проводнику, и по разбивке каравана занимал в нем самое последнее место.

— А, это вы, мистер Маккена, — поприветствовал меня проводник каравана Том Крейс.

— Что‑то вы рано, караван пойдет дальше только после отдыха, через два дня.

— Ничего мистер Крейс, нам еще нужно с людьми познакомиться. Всё‑таки нам с ними еще много что пережить придется, — сказал я, загоняя фургон на выделенное мне место, в кольце безопасности состоящее из фургонов.

Что мне нравилось в купленном фургоне так это опускающиеся борта. Не те оббитые железом, а простые деревянные. То есть, спать мы будем на земле на специальных закупленных матрасах, а опустив эти борта, и забив колышки, фургон будет фактически не преступен для штурма, тем более и отверстия для стрельбы были прорезаны в бортах. Что было удобно так это то, что борта были раздельными, чтобы их можно было опускать между осей, и скреплять внизу между собой.

Поставив фургон, которого я под настроение назвал 'Трансформер', на назначенное мне старшиной место и, расседлав мулов, отвёл их вместе с лошадьми, которые были привязаны позади фургона, к общему табуну. Когда я вернулся, жены уже начали готовить скорый ужин. Несколько минут полюбовавшись ими, я занялся 'Трансом'.

Опустив борта, и забив молотком колышки, чтобы фургон нельзя было сдвинуть с места и оттащить, стал готовить спальное место. Помня о змеях, я купил аркан в магазине мистера Гейзера из лошадиных волос, и разложил его кругом вокруг 'Транса'. После чего достав рулоны с матрасами, и почистив землю от камней и других неровностей помощью лопаты, расстелил их. Всё, дальше моя работа закончилась, белье и одеяла это забота жен. Мы уже выезжали пару раз в прерии под охраной солдат и теперь знали, что, кому делать, так что подготовка не заняла у нас много времени.

Познакомившись с семьей Мак — Грегоров, фургон которых стоял перед нами, я накинул веревки, скрепляющие между собой наши фургоны на специальные скобы, и уже завязывал узел, как меня кто‑то окликнул:

— Добрый день, мистер Маккена.

Обернувшись, я увидел рядом собой добродушного дядюшку с седой бородой и фетровой шляпой, который так и просился на фотографии вместо Деда Мороза.

— Да, это я. Чем могу помочь?

Вежливость присуща многим людям, я тоже не был лишен этой особенности.

— Я Крис Кельмах, из Виргинской общины мормонов. Можно мне с вами поговорить наедине?

'Этому ещё что от меня надо?' — озадачился я и, завязав последний узел, поправил ремень с висящими на нём кобурами с 'кольтами, последовал за ним'.

Семья Мак — Грегоров, с интересом провожали нас взглядами. Жёны быстро познакомились с женой Стена, и сейчас живо что‑то обсуждали, изредка кидая на меня тревожные взгляды. Сам Стен помогавший мне скреплять фургоны, то есть стоял рядом и советовал, как это делать, тоже с интересом наблюдал за нами, качая в руках трёхлетнюю дочурку.

Отойдя метров на сто от стоянки переселенцев, к которым теперь относился и я, мы остановились и посмотрели друг на друга.

Уже догадываясь, о чём будет предстоящий разговор, я вопросительно приподнял правую бровь.

— Кхм, мистер Макенна …. Можно я буду называть вас Джон?

— Да не проблема, можно, — согласился я.

Еще раз смущенно прочистив горло, Кельмах спросил у меня:

— Вы Джон, насколько я слышал из рассказов солдат, мормон?

— Не совсем, но я вас слушаю, — неопределенно ответил я.

— Кхм, и вы женаты на обеих девушках, и провели обряд брака по нашим канонам, я прав?

— В точку, — кивнул я.

Мне уж стал надоедать это разговор, и я откровенно заскучал.

— Однако выносите оружие и… убиваете людей…

— Мистер Кельмах, давайте сразу расставим все точки над и… Я не мормон, да я с отцом провёл обряд посвящения, но по вере я атеист, и на все религии мне плевать с большой колокольни. Вашей верой я воспользовался только для одного, чтобы сыграть свадьбу с моими женами, больше мне ваша веру не нужна. Более того, кроме того что у вас разрешено многоженство, о вашей религия я не знаю НИЧЕГО, и узнавать не собираюсь.

— Но как же так? Ведь священные узы брака были попраны…

— Слушай дед… Послушаете, мистер Кельмах на ваше мнение мне начхать, как и на вашу религию… — откровенно говоря, мне уже надоел этот разговор, и я сразу решил прекратить его побыстрее не разводя политесов, а говоря прямо в лоб. — Поэтому я надеюсь, что дальнейшие наши отношения будут ровными, без эксцессов. Вы не лезете в мои дела, я не лезу в ваши. О кей?