Всего за 209.9 руб. Купить полную версию
– А почему вы так смотрите, он вам понравился?
– Интересное лицо. К тому же я, кажется, видела его здесь…
– Возможно, он на днях был проездом в Москве.
– А чем он занимается?
– Он ученый, биолог.
– Совсем не похож на ученого.
– Правда, он похож на киношного русского мафиози, особенно с этой щетиной. Но он чудный человек.
– А его графиня?
– Из трех невесток самая приемлемая.
– Красивая?
– Нет, но довольно миловидная и умная.
– А детей у них нет?
– Нет. Не получаются у них дети. Но они не страдают, насколько я понимаю. Они хорошо живут.
– Слава богу.
– Фаина, душенька, а почему же вы не замужем?
– Была. Даже дважды. А потом полюбила одного человека, но безответно… Я на что-то все-таки надеялась, а он возьми и влюбись без памяти в другую… Я видела, как он мучается, что-то там не срасталось у них, какие-то непонятки… Ну я и сделала ему подарок. Купила билет в Мюнхен, к ней. И послала на работу, анонимно. А он решил, что это она таким образом зовет его, и полетел… И у них сладилось… А я уехала к отцу в Италию. И собралась выйти замуж… Но вовремя поняла, что это не мой человек. И вернулась в Москву.
– И сейчас у вас никого нет?
– Нет. Мне не до того сейчас. Рано или поздно я встречу своего человека… А нет, значит, не судьба.
– Что за чепуха! Вы такая красоточка… Какие ресницы, а кожа… С ума сойти, какая кожа, да и вообще… Я убеждена, скоро вы встретите своего мужчину!
С того вечера мы с Марией Ипполитовной подружились. Я частенько пила у нее чай, а в выходные приглашала ее в какой-нибудь ресторанчик или кафе пообедать. Самой мне готовить было некогда, да и лень, а старушка очень любила эти наши вылазки. Она была великолепно образованна, остра на язык и очень забавно недоумевала по поводу современных нравов. Частенько огорошивала меня вопросами:
– Дружочек, скажите мне, я вот прочла за сравнительно короткий срок несколько книг каких-то милых молодых дам с хорошими лицами, я видела их по телевизору, а моя подруга работает в издательстве, которое это печатает. Мне стало интересно. И знаете, что я вынесла из этого небольшого пласта современной литературы? Что главное счастье в этой жизни – сумка «Биркин». Что это за сумка такая, можете мне объяснить?
– О, это не сумка, это символ. За этими сумками многолетние очереди… Их носит английская королева.
– И сколько это счастье стоит?
– Даже сказать страшно.
– И все же?
– Примерно тридцать пять тысяч евро.
– Что? Это шутка?
– Нет, истинная правда.
– Обалдеть! Другого слова я не подберу. Но это же неприлично… И дамы, которые этим владеют, называются светскими? Что же это за высший свет? Я не понимаю!
И вдруг меня осенило.
– Мария Ипполитовна, у меня возникла одна идея, может быть, авантюрная…
– Обожаю авантюрные идеи!
– А что, если в нашем журнале создать новую колонку – «Недоумения истинной леди»? Вы бы не согласились?
– Вести колонку? – ахнула она.
– Ну да! У вас все время возникают какие-то недоумения, вот и пишите о них. Вы же владеете пером, столько лет работали литературным переводчиком, да и я помогу? Это будет бомба! Насколько мне известно, ни у кого нет ничего подобного.
– Фаина! Это же так интересно! – она зарделась, глаза засверкали.
– То есть вы в принципе согласны?
– Да! Да! Только не надо «истинной»! В этом слове слишком много назидания. Нет, лучше назвать так: «Недоумения престарелой дамы».
– Нет, все-таки «леди» лучше. И вы правы. «Недоумения престарелой леди». Блеск! Я вас обожаю!
– Думаете, у нас получится?
– Уверена! Это будет свежо, забавно, прелесть просто.
– И вы полагаете, ваше начальство на это пойдет?
– Я очень надеюсь. Но давайте не откладывать в долгий ящик. Напишите две странички о чем хотите, можно начать хоть с этих долбаных сумок.
– А вам хотелось бы иметь такую сумку?
– Да боже меня упаси.
– А если бы богатый поклонник вам такую подарил?
– Я бы сочла, что он дурак и фанфарон. Такие деньги тратить на черт знает что. Лучше бы подарил новую машину.
– О! Фаина, я уже хочу писать! Да, и еще вопрос?
– Я сама вам скажу: за это будут платить. Сколько, я пока не знаю, но не вовсе гроши.
– Тогда поедемте скорее домой. И я возьмусь за дело. Но пока вы не прочтете мой опус, ничего вашему начальству не говорите!
– Конечно, не волнуйтесь, Мария Ипполитовна.
Буквально на другой день Мария Ипполитовна вызвала меня к себе.
– Душенька, я тут накропала, прочтите и не судите слишком строго, это первый блин.
Блин оказался просто великолепным. Мягкая ирония, блестящий слог, уморительно смешной подход к теме.
– Мария Ипполитовна, это блеск!
– Вы шутите?
– Какие шутки? Я просто в восторге! Надо будет сделать фотографию, слегка ретрушную…
– Какую? – не поняла старая леди.
– В стиле ретро.
– Зачем? Я и так воплощение этого стиля, – улыбнулась Мария Ипполитовна. – И вот еще что… «Недоумения престарелой леди» звучит тяжеловато. Лучше просто «старой». «Недоумения старой леди».
– Да, так лучше, вы безусловно правы.
– Фаина, я понимаю, сейчас еще рано об этом говорить… Но я бы не хотела, чтобы читатели знали мое имя. Мне это уже ни к чему.
– Ваше право. Но я в лепешку расшибусь, чтобы у нас была эта колонка. Думаю, и Анита будет в восторге.
– Анита? Это та строгая дама с безупречным вкусом?
– Да. Я сию минуту ей позвоню.
– Но сегодня воскресенье.
– Тем лучше.
– Только вы идите говорить к себе, не надо в моем присутствии. И имейте в виду, если ничего не выйдет, я не расстроюсь. Вернее, не слишком расстроюсь, по крайней мере обещаю не помереть от расстройства.
Я не стала спорить и побежала к себе, мне тоже не терпелось поделиться с Анитой. Она крайне удивилась моему звонку и даже слегка испугалась. Я звонила ей по выходным только в крайнем случае.
– Фаинчик? Что случилось?
– Анита, прости, но это срочно. Я придумала новую колонку…
Я все ей рассказала. И прочла текст, написанный Марией Ипполитовной.
– Ты можешь прислать мне это по мылу? Хотя нет, привези просто завтра в редакцию. Я приеду на полчаса раньше, ты тоже, обсудим. По-моему, мысль хорошая. Во всяком случае свежая. Ну и я еще подумаю, что тут можно убавить-прибавить.
«Убавить-прибавить» – любимое выражение Аниты, но употребляет его она, только если настроена позитивно.
Я позвонила в дверь соседки.
– Ну что? – она моментально открыла мне, как будто дежурила у двери.
Я передала ей разговор с Анитой.
– Неужели получится?
– Уверена.
– Вот так, легко и просто?
– Да, такое случается иногда в жизни.
– Фаина, если получится, я закачу вам феерический ужин!
– Да уж, я надеюсь, – засмеялась я. – Должна же я попробовать ваши знаменитые пирожные. А то все только слышу!
– Непременно, непременно, дружочек. А скажите, как часто надо писать эти колонки?
– Раз в месяц.
– О! Это не страшно. Фаина, я в восторге!
Пробежав глазами текст, Анита широко улыбнулась.
– Фаинчик, ты гений!
– Это не я писала.
– Но идея-то твоя, и она поистине гениальна. Сейчас, когда гламур в прежнем понимании приказал долго жить, это именно то, что надо!
– Но ведь придется какую-то колонку убрать.
– Я бы с восторгом пожертвовала своей, но я главный редактор…
– Я бы убрала медицинскую. Ей у нас не место.
– Ты всегда была против нее, но…
– Анита, я считаю, это несерьезно. Медицина в нашем журнале, а тем более в кризис.
– При чем тут кризис?
– При том, что все советы нашего доктора уж больно дорого стоят.
Анита задумчиво смотрела на меня.
– Пожалуй, ты права…
Сказать по правде, я терпеть не могла доктора, который вел колонку в нашем журнале. На редкость противный и самовлюбленный тип. К тому же уверенный в своей мужской неотразимости. Я как-то попросила у него совета, у меня болело горло. И он почему-то испугался… А потом посоветовал неимоверно дорогое лекарство фирмы, которую представляет. Нет уж, спасибо, я обошлась добрым старым фалиминтом. Но ему с тех пор не верю.
– Знаешь, я подумала, пожалуй, мы можем оставить доктора и впендюрить новую колонку. Конечно, Валерик душу из нас вынет, но ничего, не впервой.
– Тебе виднее.
Анита не любит портить отношения с влиятельными людьми, а за этим чертовым эскулапом стояли весьма важные персоны.
– Не расстраивайся, Фаинчик, я за эту старушку буду стоять насмерть.
– Ну и отлично!
Из Рима вернулись тетя Соня с дядей Юликом, посвежевшие, отдохнувшие.
– Ах, деточка, Карлотта все еще сердится на тебя, – доложила тетя Соня, когда я пришла к ним на ужин. – Виталик посмеивается только, а она не на шутку взъярилась, даже странно. Наверное, у нее был какой-то свой интерес в этом браке.
– Господи, какой? Кто я такая? Что у меня есть?
– Тем не менее… Мне так показалось.
– Мне, кстати, тоже, – заметил обычно очень молчаливый дядя Юлик.