Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
– То есть? Он же любит вас без ума.
– Разлюбит. И еще вернется к жене и будет хорошим мужем и отцом.
– А вы что, не любите его?
– А я этого вообще не умею. Любить.
– Я вам не верю. Вы так защищаетесь, понимая, что он моложе вас.
– Да нет, мне хорошо с ним, он чудесный парень! Чистый, романтичный, хоть и кажется себе невесть каким циником. Он как-то освежает душу…
Инна Львовна очень внимательно посмотрела на Ариадну. И вдруг улыбнулась.
– А вы мне нравитесь, Ариадна! Я все знаю про вас. И про Андрея тоже. Погодите, дайте сказать! Я когда-то работала вместе с вашей мамой в «Огоньке».
– Да, Данила как-то обмолвился. Мама умерла несколько лет назад.
– А от чего она умерла?
– От аневризмы. Внезапно.
– Как жаль… Но я знаю и про Кондрата.
– Что вы знаете про Кондрата? – вдруг страшно напряглась Ариадна.
– Я от вашей мамы слышала. Она так убивалась, когда вы связались с ним, это в шестнадцать-то лет. Она всегда твердила: этот рокер ее бросит.
– Так и вышло. Но жизнь на этом не закончилась. А любовь…
– Данька вас приступом взял? – засмеялась Инна Львовна ласково. – Он такой, он может.
– Да. И с ходу хотел жениться. Но я ему все объяснила.
– А он обиделся, нахамил, а потом слезно просил прощения?
– Вы хорошо знаете своего сына.
– Да. И вот еще что… Я сперва думала, что он так помешался на вас еще и потому, что у вас был роман с его отцом. Там могла идти речь о мести…
– Я знаю.
– Но, поговорив сегодня с вами и поглядев на вашу невероятную красоту, я отлично поняла своего сына. Вы изумительная женщина!
– Спасибо вам!
– И вы не сердитесь на меня за этот визит?
– Да нисколько! Я даже рада.
– А может, еще чашечку кофе? Так не хочется от вас уходить. С вами как-то уютно.
– Мне с вами тоже легко! Сейчас сделаю. А может, вторую без кофеина?
– Пожалуй! Знаете, муж все талдычит, давай купим кофеварку. А я консерватор в таких делах, но теперь точно куплю!
– Я тоже не хотела, но мне ее подарили на день рождения, и я теперь ее просто обожаю.
– А вы с годами стали только лучше. Я помню вас совсем девочкой, вы как-то приходили к маме в редакцию. Красивая девочка, но в этом возрасте многие девочки хороши. А сейчас… Почему вас не снимают в кино?
– Потому что я не актриса. Совершенно.
– Ариадна, я задам вам бестактный вопрос, можно?
– Можно!
– Почему у вас не сладилось с Андреем?
– Потому что мы оба по натуре не семейные люди. Нам было хорошо вместе, мы встречались не часто, ездили вместе отдыхать, но это и все. Мы скорее были друзьями. Знаете, у французов есть такое выражение: «amitié amoureus». Влюбленная дружба.
– Да, такие отношения – это прелесть. А скажите, что вы подумали, когда я к вам заявилась?
– В первый момент испугалась, что будет скандал, – рассмеялась Ариадна. – Что вы начнете читать мне лекцию на темы морали… А вообще-то, Инна Львовна, вы зачем пришли?
Инна Львовна тоже рассмеялась.
– А черт меня знает… Может, просто любопытно было познакомиться с женщиной, от которой мой сын совсем с ума сошел. Но я рада.
– И я рада, что вы пришли и мы познакомились. Приятно сознавать, что один из потенциальных врагов вовсе не враг тебе.
– Здорово! А Даниле мы скажем про этот визит?
– А почему бы и нет? Разве в этом есть что-то плохое?
– Одно только хорошее, Ариадна! И еще вопрос: когда Данька в горячих точках, вы волнуетесь за него?
– Волнуюсь, еще как волнуюсь.
– А я почему-то всегда знаю, обойдется или нет. Вы, когда волнуетесь, звоните мне. Вот моя визитка. И в любое время!
– Ох, спасибо!
Женщины на прощание обнялись и расцеловались.
…Даниле вдруг позвонила Илона.
– Дань, как ты?
– Я хорошо! А ты?
– А я плохо.
– Что случилось?
– Ничего не случилось. Просто я скучаю.
– Ты сделала свой выбор!
– Даня, пожалуйста, давай встретимся.
– Зачем?
– Поговорить. Пожалуйста, Даня, я тебя умоляю.
В ее голосе слышались слезы, а женских слез он не выносил.
– Хорошо. Встретимся.
– Ты приедешь ко мне?
– Нет. Встретимся на нейтральной территории. Через полтора часа в кафе «Булка».
– Где это?
– На Покровке. Я там буду неподалеку. И у меня будет только один час. Пока.
Будет каяться, просить прощения, умолять вернуться. Но этот поезд уже ушел. У меня есть моя Ариадна… Когда я на днях вернулся в Москву, она мне сказала, что к ней приходила мама и они вроде как подружились. А мама сказала, что Ариадна чудо, но лучше бы я вернулся к Илоне. Женская логика!
Илона явилась минута в минуту.
– Привет!
– Привет! Выглядишь отлично, свежа как майская роза!
– Да уж посвежее некоторых!
– Ну, ты же знаешь, я равнодушен к цветам. Предпочитаю фрукты, а они лучше спелые. Вкуснее.
Илона вспыхнула. Но промолчала.
– Итак, что ты хотела мне сказать?
– Что в нашем разрыве виновата вовсе не я!
– Значит, я?
– Да! Ты воспользовался тем, что я… что у меня сдали нервы! Ты бы все равно ушел к этой старой суке…
– Еще одно слово, и я опять уйду.
– Ну так она же и правда старая! И детей иметь не может…
– А ты не хочешь.
– Я хочу! Очень хочу! Данечка, вернись, я больше не стану отговаривать тебя от твоей работы, я рожу тебе ребенка… Она же тебя не любит, я знаю! Просто пользуется тем, что ты молодой мужик…
– А мне, знаешь ли, хватает моей любви. Я ее люблю, понимаешь? И счастлив тем, что имею!
– А скажи мне… Если б я тогда не объявила тебе ультиматум, ты все равно бы ушел?
– Вряд ли… Я, если ты не заметила, человек долга. Я бы все равно думал о ней, стремился бы к ней, но скорее всего не ушел бы, тем более что она меня гнала поначалу…
– А почему ж ты все еще живешь у Феди, почему не переезжаешь к ней?
– А каким боком тебя это касается?
– Ну, это же неправильно!
А ведь она дура! Как я раньше этого не замечал? И я совершенно ее не люблю. И хорошо, что она не родила. Ребенок был бы несчастный… Я все равно от нее бы сбежал. Даже и без Ариадны.
А Илона вдруг поняла, что он смотрит на нее холодным недобрым взглядом.
– Даня, это что, бесповоротно?
– Ничего, Илонка, ты такая красоточка, найдешь себе мужа как нечего делать!
– Если так, то почему ты со мной не разводишься?
– Да некогда все. Но если очень надо, я готов в любой момент!
– Эта твоя грымза…
Данила захохотал.
– Ты чего смеешься?
– Я скажу тебе одну, вероятно, обидную вещь, но ты сама напросилась. Ты тоже красивая, но… Ты девочка начитанная, наверняка слышала эти строки Заболоцкого о красоте.
– Какие? Не помню!
– Там так ставится вопрос: «Сосуд она, в котором пустота, или огонь, мерцающий в сосуде?»
– Что ты хочешь этим сказать?
– Только то, что сколько бы ты ни называла эту женщину грымзой, но ты останешься красивым пустым сосудом, а она… она огонь, мерцающий в невероятно красивом сосуде! Засим прощай!
Он встал и ушел. У него не было чувства вины. Ни на йоту. Пусть даже Ариадна не останется со мной, но я всегда буду благодарен ей за освобождение от этой дурёхи.
Ариадна простудилась. Жар, кашель, слабость. Данилы в Москве не было. Она по телефону заказала все необходимые лекарства, температура снизилась, но слабость была такая, что хотелось только лежать, укутавшись в теплое одеяло.
Ей позвонила Грета.
– Адка, что у тебя с голосом?
– Простудилась.
– Температура есть?
– Была высокая, сейчас тридцать семь и шесть. Но абсолютно нет сил.
– А у тебя продукты есть?
– Есть что-то, но ничего не хочется.
– А где твой бравый солдат?
– В очередной командировке.
– Я сейчас к тебе приеду! И не возражай! Ты теперь не только моя подруга, но и моя героиня!
Ариадна хрипло рассмеялась. Но обрадовалась. Грета умела заботиться о больных. И действительно, через два часа она ввалилась в квартиру с множеством пакетов и пакетиков.
– Ну и видок! Краше к гроб кладут! Сейчас я за тебя возьмусь! А ты иди, ляг!
И в самом деле Грета заставила ее выпить какие-то таблетки, сунула ей в рот какую-то пастилку и наказала немедленно ее рассасывать. Принесла бульонную чашку чаю с лимоном.
– Тебе глотать больно?
– Нет, глотать не больно.
– Ты сегодня что-нибудь ела?
– Не помню.
– Хочешь, кашку сварю?
– Какую?
– Какую хочешь, у тебя там разная крупа есть.
– А манную умеешь без комочков?
– Манной кашки захотелось?
– Да. Я всегда ее любила. С вареньем. Там есть вишневое и клубничное.
– Откуда? Из магазина?
– Нет. Данилина мама прислала.
– О как! Вы с ней познакомились?
– Ага! Она пришла ко мне…
– Нет, так не бывает! – закричала Грета.
– Как не бывает?
– Я в книге написала, что мать героя приходит к героине и они не только не скандалят, а, наоборот, находят общий язык! Так и было?