- С-скотина! - прошипел Олег. - Ну скажи, чем тебе, урод, нитки помешали?
Врач прямо таки излучал раздражение. Он всё время забывал, что нынешние его пациенты считаются условно разумными существами либо неразумными вовсе. Ожидать от них понимания и сотрудничества не приходилось.
Олег затянул резиновый жгут на руке контролера, взял у напарника шприц и ввёл иглу в набухшую вену. Он слегка потянул поршень на себя, и в шприц потекла густая вишнёвая кровь. Боль оживила мутанта, он дёрнулся и попытался тяпнуть мучителя за руку.
- Отвали нахрен! - ругнулся Олег и треснул мутанта по морде.
- Может, зафиксируем контролера? - спросил Игорь, напуганный неуместной активностью их "пациент".
- Не надо. Видишь, он еле шевелится.
- Ага, руку чуть не прокусил.
- Да ладно, дела житейские...
Олег положил наполненный кровью шприц на лоток и принял из рук ассистента второй - с антибиотиком. Не вынимая иглы из вены, врач присоеденил к ней шприц и ввёл лекарство.
- А как мы будем ставить капельницу? - изумился Игорёк. - Он же иглу на фик вырвет!
- Не буду я никакую капельницу ставить, - ответил Олег. - В мутанта с утра влили литр физраствора и хватит с него.
- Олег! - Гарик был в ужасе. - Вахмистров выделил специально для контролера пять флаконов гемодеза!
- С гемодезом у нас напряжёнка, его я припрячу для тех мутантов, которые могут выжить. А эта скотина всё равно сдохнет. И вообще, запомни первое правило военно-полевой хирургии: Спасать надо тех, кого можно спасти и не тратить ресурсы на остальных.
- Мы не на войне.
- Да какая разница?
Олег вынул иглу из вены. Накладывать повязку на локоть, как это делают в обычных процедурных кабинетах, он не стал - мутант всё равно сорвёт, как сорвал повязку с живота.
- Олег! - испуганно воскликнул Игорь, указав на провода, болтающиеся у напарника за спиной.
Провода связывали блок питания на поясе скафандра с прибором, защищавшим мозг аспиранта от пси-поля контролера. Возившийся с мутантом Олег случайно выдернул их из разъёмов.
- Да наплевать, - Олег беззаботно махнул рукой. - Эти зверюшки столько раз пытались меня приручить, что на пси-контроль я уже не реагирую. Пошли отсюда.
В коридоре вивария темно и жутко. Перед гермодверью мерзко мигает перегорающая лампа. Со второго этажа доносится вой беснующихся псевдособак и лязг железа. "Бум-бум-бум"! - от шагов псевдогиганта дрожит пол. За решеткой стоят оцепенелые кровососы.
- Интересные всё-таки существа, - Гарик склонился к решетке вольера с хищниками.
- От решетки отойди!
- Что? - не расслышал Гарик.
Стоявший ближе к двери кровосос мгновенно ожил. Раз! - его лапа мелькнула в воздухе, не достав полсантиметра до аспиранта. Гарик отшатнулся, потерял равновесие и шлёпнулся на пятую точку.
- Тяжёлые у нас пациенты, - заметил Олег, поднимая перепуганного напарника. - Чуть зазевался, и тобой уже пообедали.
У гермодвери Олег нажал кнопку вызова и помахал рукой укреплённой под потолком телекамере.
- Алё! Есть кто живой?
Динамик хрипнул, из него раздался голос дежурного.
- Сколько окон на фасаде главного корпуса?
- Не знаю. Открывай дверь!
Сказать по правде, никому ещё в голову не пришло сосчитать окна на институтских корпусах, чтобы правильно ответить на контрольный вопрос при выходе из вивария. Дежурный оценивал не ответ, а сам факт внятного речеговорения, поскольку сотрудник, взятый мутантом под контроль, не мог связать двух слов. Метод, конечно, примитивный, но действенный, никто из зомбированных виварий не покинул.
- Замок открыт, выходи, - огласил вердикт дежурный.
Олег выдохнул с облегчением. Он отлично знал, для чего в гермодверь врезана амбразура от БТРа. Хорошо, если из неё вылетит дротик с транквилизатором. А ведь могут и из "калашникова" врезать, если дежурный окажется паникёром.
Олег провернул штурвал и с трудом отворил тяжёлую бронягу гермодвери. Аспиранты вошли в тамбур и заперли за собой гермодверь. Таковы правила: Вторая гермодверь тамбура не откроется, пока первая не заперта. На выходе из тамбура аспирантов встретил дозиметрист и забрал карандаши индивидуальных дозиметров.
- Сколько набрали? - спросил Олег.
- Норма, - буркнул дозиметрист.
В виварии искусственно поддерживался высокий радиоактивный фон, необходимый для существования мутантов. Набранные сотрудниками дозы радиации учитывались в журнале, но сам журнал почему-то считался секретным. Ещё никому из работавших в виварии сотрудников не удалось заполучить его.
У выхода из санпропускника аспирантов встретил Вахмистров, рослый, массивный и неуклюжий, как медведь. Профессора волновал единственный вопрос:
- Что с контролером?
- Сдохнет, - без предисловий отчитался Олег. - У него перитонит. Кишки в гное плавают. Я, конечно, могу его ещё раз прооперировать но...
Профессорский кулак с размаху впечатался в стену.
- У мразь!
За дурной нрав Вахмистрова прозвали Чёрным Полковником, хотя до перевода в Институт он успел дослужиться лишь до майора медицинской службы.
- Контролера надо забить прямо сейчас, - Олег привык к вспышкам своего научного руководителя и отвечал совершенно спокойно. - Тогда у нас будет хотя бы относительно сохранный труп для вскрытия. Если протянем неделю - монстр сгниёт заживо.
- Так, поговори мне ещё!
Майора от армии и профессора от медицины можно понять. Из Чернобыльской зоны отчуждения за всё время её существования в Россию удалось вывезти только трёх контролеров. И вот, один из них умирает от шального ранения.
- Ладно ребята, проехали, - Вахмистров быстро взял себя в руки. - Объясняю ситуацию: Контролер чрезвычайно важен для Института. И для вас, - профессор грозно глянул на аспирантов. - Потому как, если он сдохнет, можете попрощаться с диссертациями.
Гарик пропустил угрозу научрука мимо ушей. Ему то что, зарубят тему с контролером - батя даст другую. Зато Олег встревожился не на шутку, потому что за него бегать и просить никто не будет.
- Можно попробовать ввести ему "субстанцию Р", - предложил он.
Пресловутую субстанцию, лекарство, для которого ещё даже название не придумали, получали в радиологическом корпусе института с помощью доставленных из Зоны артефактов. Она являлась мощнейшим иммуномодулятором и многократно усиливала действие антибиотиков. Проблема заключалась в том, что радиологи получали субстанцию в мизерных количествах и толком не испытали её даже на кроликах. Вещество было крайне нестойким, его требовалось вводить сразу, не отходя от реактора. Тем не менее, Вахмистрову идея понравилась.
- Молодец, Самойлов. Хвалю за креатив. Радиологов я беру на себя, а ты организуешь перевозку контролера. Действуй!
Легко сказать: "Организуешь перевозку". Для мутантов в Институте держали специальный КАМАЗ с изолированным контейнером-клеткой, достаточно прочным, чтобы выдержать натиск псевдогиганта. Машина доставляла мутантов с аэродрома прямиком в виварий, где они погибали в ходе экспериментов либо от своих собственных болячек. Использовали её и для перевозок между институтским корпусами.
Через час Вахмистров обнаружил своих аспирантов в лаборантской вивария. Гарик, спокойный и добродушный как слон, курил развалившись на стуле. Олег пристроился на подоконнике и вид у него был как у висельника, которому отказали в помиловании.
- Как дела? - голос Чёрного Полковника не сулил парням ничего хорошего.
- Никак.
- Нету машины! - Гарик изобразил на лице выражение искренней скорби. - Угнали в Чкаловск, забирать с аэродрома какую-то тварь.
- А охрана? - Вахмистров повернулся к Олегу. - Самойлов, ты в штабе батальона был?
- В штабе, Семён Николаевич, меня послали на три буквы. Без заявки самого директора они к контролеру близко не подойдут.
Вахмистров побагровел. Казалось, ещё минута, и он лопнет как перезревший помидор.
- Чтоб через час контролер был в радиологии! - Чёрный Полковник вылетел прочь, треснув напоследок дверью.
- Что будем делать? - трагическая мина мгновенно сошла с Гарикова лица. Ситуация явно забавляла его.
- Вешаться, - мрачно ответил Олег. - Сперва тебя повешу, потом сам...
- Меня то за что?
- За компанию. Одному скучно. Хотя... - внезапная идея озарила аспиранта. Он схватил оставленную Вахмистровым папку с бумагами. - Все пропуска и разрешения у нас есть. Сейчас накалываем контролера морфином, чтоб он пальцем шевельнуть не мог, бросаем его на каталку и везём в радиологию. Без спецмашины и без охраны.
- Олег!
- Чё?
- А если морфин не подействует? Монстр же зомбанёт кого ни будь по пути, ей Богу зомбанёт!