Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
– Лиза, – донесся до нее голос Беаты, – Лиза!
– Что? Простите, я задумалась…
– Лиза, вы каждый день свободны?
– То есть?
– Ну, скажем, если вы мне понадобитесь дня через два, я могу на вас рассчитывать? Вы никого постоянно не обслуживаете?
– Да нет, я всего второй день этим занимаюсь.
– Отлично! Дайте ваш телефон, я вам буду звонить накануне, если можно. Разумеется, если придется где-то ждать больше часа, вы вполне можете кого-то еще подвезти, главное, чтобы вы успели к назначенному времени. Вас такие условия устроят?
– В принципе да. Только по вечерам я работать не могу.
– А по вечерам и не нужно. – Беата полезла в сумочку и вытащила сто пятьдесят баксов: – Вот, как обещала, вы меня очень выручили. К тому же приятно иметь дело с интеллигентным человеком. Ни лишних комментариев, ни вопросов. Спасибо. Вы дадите мне ваш телефон?
Лиза хотела вытащить свою визитку, но передумала. Зачем Беате знать ее былую должность, фамилию? Хватит и номера телефона.
Высадив Беату возле кирпичной башни в Протопоповском переулке, Лиза поехала в сторону Рижского рынка, но на подъезде к Банному у нее зазвонил мобильник.
– Алло!
– Лизок, ты? – узнала она голос Инны, главного бухгалтера.
– Инка, привет!
– Лиза, вы будете смеяться, Розочка тоже умерла. Меня выгнали пинком под зад!
– Шутишь!
– Хорошенькие шуточки! Ей-богу! Лизка, ты что делаешь?
– Еду! – Куда?
– Да так, по делу одному…
– А дело долгое?
– Да нет вроде. А что?
– Приезжай ко мне, пообщаться надо! Посидим, водочки дернем, а, Лиза?
– Я же за рулем!
– Ладно, тогда чайку выпьем, пообедаем, наконец! Что-то я ни с кем другим не могу выговориться, мы ж товарищи по несчастью… Лиза, пожалуйста, приезжай!
Тут Лиза заметила голосующую женщину с большим букетом и тортом.
– Через часок-полтора буду! – Она притормозила: – Вам куда?
Добираясь до Инны, Лиза заработала еще триста двадцать рублей. Ее разбирал азарт, но голова уже кружилась от голода, к тому же она обещала Инне приехать, а Лиза была человеком в высшей степени обязательным. Не жадничай, сказала она себе, всех денег все равно не заработаешь. Ничего, по дороге домой кого-нибудь еще подвезу.
Инна рвала и метала.
– Нет, ты подумай, какой гад и какой хам! – захлебывалась она, гремя сковородками. – Я в этой компании с самого начала, от девочки из бухгалтерии до финансового директора выросла.
– А разве твоя должность так называется? – удивилась Лиза. – Я всегда думала, что просто главный бухгалтер…
– Раньше так было, а этот как пришел, стал именовать финансовым директором, звучит и вправду лучше, а теперь вот оказалось, это не для меня! Прекрати хватать куски, сейчас обед будет!
– Да я с голоду умру!
– Не умрешь! – жестко бросила Инна. – Я в эту чертову компанию всю жизнь свою, можно сказать, вгрохала, а он… Лизка, ты помнишь, как мы начинали? Какой энтузиазм, какой азарт, а теперь… С тех пор как Матвеич ушел на РТР, все стало рушиться… Но я не думала, что дойдет до такого… А эта жаба сидит в кресле, пыжится, рубаха на пузе не сходится… Меня всегда тошнило, когда я с ним разговаривала… Идиот!
– Ну вообще-то он не идиот, просто не на своем месте сидит.
– А зачем тогда садился не на свое место, если не идиот? Скажи, ты хочешь борщ или грибной суп?
– А у тебя что, есть и то и другое? – поразилась Лиза.
– Ага, я на нервной почве все время готовлю…
– А ест кто?
– Сама и ем… Ужас просто, я скоро ни в одну шмотку не влезу! Ну соседки иногда заглядывают. Так что ты будешь?
– Лучше грибной! Бабушка грибной теперь не варит!
– Почему?
– Боится радиации. А у тебя с чем? С лапшой?
– Нет, с геркулесом.
– Я с геркулесом не ела никогда, только с лапшой или с перловкой. Я в детстве суп с перловкой называла «шариковый суп»… Ой, и правда, как вкусно! С ума сойти! Инка, а что ты собираешься теперь делать?
– Отдыхать! Деньги у меня, слава богу, есть. Могу год не работать или два… Поеду куда-нибудь на Канары или Багамы… Мужика найду, а то мне уже тридцать шесть… Слушай, Лиза, а давай вместе куда-нибудь подадимся?
– Не выйдет, – вздохнула Лиза. – У меня денег нет…
– А куда ж ты их девала?
– Здрасте, я ваша тетя! Во-первых, сделала ремонт, купила машину, да и потом, я же куда меньше получала, чем ты, а у меня еще бабушка…
– Ну сколько там стоит бабушка!
– Моя бабушка стоит много! Вдобавок, она так наслаждается тем, что может себе что-то позволить на старости лет.
– Но она же вроде и сама что-то зарабатывает.
– Да что там она зарабатывает… Копейки по нынешним временам, к тому же она работает медленно, по старинке, а издательствам все нужно в пожарном порядке… Да еще и за перепечатку платит, так что одни слезы… Я ей летом шубу купила еще… Мы зашли просто так в магазин, и вдруг я смотрю, у нее глаза загорелись…
– Норка? – деловито осведомилась Инна.
– Нет, сурок.
– Это красиво.
– И ей так идет! Ну я и купила… И потом, она вечно западает на всякую телевизионную туфту..
– Магазин на диване? – засмеялась Инна. – Знаю, моя тетка тоже верит любой фигне, особенно когда ее кто-нибудь знаменитый рекламирует… Просто беда! Дядька один раз ее чуть не прибил, она какую-то машинку для массажа купила за триста баксов, а потом оказалось, что она жутко вредная, эта машинка. Да, Лизка, ты резюме-то разослала?
– Конечно, только вряд ли из этого что-то выйдет. Но я не сижу сиднем, я зарабатываю, вот сегодня, например, уже сто пятьдесят баксов срубила, и еще триста двадцать рублей, то есть все сто шестьдесят!
Инна выронила ложку в тарелку с остатками борща:
– На панель пошла?
– Ну в известном смысле, – засмеялась Лиза. – Да не бледней, для панели я стара уже, нет, я извозом занялась!
– С ума сошла! Это же опасно!
Лиза рассказала ей о правилах предосторожности, которые сама для себя установила.
– Лизка, все равно!
– Но я же не могу сидеть и ждать у моря погоды! Бабушка ничего не должна знать об увольнении. Я утром ухожу – наврала ей, что у нас ремонт, чтобы не выпендриваться, – как на работу…
– Ну и дела, – покачала головой Инна. – Но вообще ты молодец, не пала духом…
– Я пала, но я просто не могу совсем разнюниться. И ты тоже кончай мерихлюндию с кулинарным уклоном, а то скоро в дверь не пролезешь. А можно еще супчику?
– Нужно! Но имей в виду, что на второе у меня утка с яблоками…
– И с картошкой?
– Естественно!
– Тогда супу не надо! Обожаю картошку с уткой. Они вместе жарились?
– Лиза, не задавай глупых вопросов! Тебе брусничное варенье к утке дать?
– Инна, не задавай глупых вопросов, естественно, дать!
– Что ты меня передразниваешь?
– Чтобы поднять твой дух!
– Мой дух сейчас может поднять только предложение возглавить финансовую дирекцию какой-нибудь успешной телекомпании, чтобы утереть нос этому придурку!
– А предложение руки и сердца не может поднять твой дух?
– Руки и сердца? Да ты что! Разве только хороший член… Но он, как правило, не сочетается с рукой и сердцем… Либо – либо! А тогда на фиг мне нужны конечности и внутренние органы? К ним ведь еще прилагается куча всякой требухи, а в нашем возрасте рассчитывать на свежую требуху не приходится, так зачем?
– Да ну тебя, Инка, ты такая неромантичная…
– А ты видала романтичных финансистов, а? Да и вообще, романтика и телевидение – две вещи несовместные, как гений и злодейство!
– Ну почему? А Сенкевич? А Дроздов, Крылов и всякие корреспонденты в горячих точках?
– Ах боже мой, телевидение – это не эфирные люди, а мы, кухня, так сказать… Но понимаем это только мы сами.
Лиза задумчиво жевала утку. Она когда-то была весьма романтичной девушкой, потом словно бы забыла об этом, а сейчас, лишившись работы, вспомнила… Впрочем, дело не в работе, а в господине Сметанине, вероятно.
– Лиза, ты что, влюбилась?
– Да нет, не то чтобы… Просто понравился один мужик…
– Где взяла?
– Он на меня и не посмотрел ни разу…
– Значит, кретин! – решительно определила Инна.
– Не знаю… Может, и кретин… Но такое лицо…
– С лица не воду пить! А член?
– Инка, ты сдурела! Говорю же, он на меня не взглянул…
– Красавец, что ли?
– Да нет, но лицо изумительное, а глаза…
– Актер?
– Адвокат.
– Фу! Самая гадская публика… Поверь, я знаю, о чем говорю!
Инна действительно знала, о чем говорит. Два года назад ей пришлось платить адвокатам, чтобы отмазать от тюрьмы племянника, по молодости и глупости угодившего за решетку. Они брали деньги якобы на взятки судьям и прокурорам, а сколько доходило до адресатов, ведал один Бог. В результате парня все-таки продержали в Бутырках больше года, а потом дело развалилось… И неизвестно, развалилось оно само или благодаря взяткам. Инна была уверена, что само, и все ее родственники тоже.