Всего за 89 руб. Купить полную версию
Лучше спрятаться, лучшеукрытьсяонине
сумели бы и в лесной глуши, подлиствойдеревьев.Толькосомнениеили
ревнивый страх потерять любимогомоглибыоткрытьЖеневьеве,чтоона
навсегда отдала себя Коломбану в обстановке душевной пустоты и скуки,где
мрак был соучастником.
Однако во взгляде, брошенном Женевьевой на Коломбана,Денизазаметила
зарождающееся беспокойство. И она предупредительно ответила:
- Когда любишь, всегда друг друга поймешь.
Между темБодюнеукоснительнонадзиралзастолом.Онраспределил
ломтики сыра и потребовал, в честь родственников, второйдесерт-банку
смородинного варенья; такая щедрость,видимо,изумилаКоломбана.Пепе,
который до сих пор был умником, при появлении варенья изменилсебе.Жан,
увлеченныйразговоромобраке,пристальнорассматривалдвоюродную
сестрицу: он находил ее слишком вялой, слишком бледной ивглубинедуши
думал, что она похожа на белого черноухого кролика с красными глазами.
- Довольно болтать, дадим место другим! -заключилнаконецсуконщик,
подавая знак встать из-застола.-Инойразяможнопозволитьсебе
что-нибудь необычное, но все хорошо в меру.
Теперь за стол уселись г-жа Бодю, второй приказчик и продавщица. Дениза
опять осталась одна; она села подле двери, ожидая, когда дядя освободится,
чтобы проводить ее к Венсару.Пепеигралуееног.Жансновазанял
наблюдательный пост на пороге. И почти целый час девушка присматривалась к
тому,чтопроисходитвокруг.Изредкавходилипокупатели:появилась
какая-то дама, затем еще две. Лавка хранила ароматстарины,полумрак,в
котором всяпрежняяторговля,бесхитростнаяидобродушная,казалось,
оплакивала свое запустение. Но"Дамскоесчастье",витриныкоторогона
другой стороне улицывиднелисьвоткрытуюдверь,приводилоДенизув
восторг. Небобылооблачно,воздухпослетеплогодождясталмягче,
несмотря нахолодноевремягода;вэтотбледный,словнонасыщенный
солнечной пылью день большой магазин такикишеллюдьми:торговляшла
полным ходом.
УДенизыбылотакоеощущение,точноонасмотритнамашину,
содрогающуюся под высоким давлением от недр своих до самых витрин.Сейчас
перед нею были уже не те холодные выставки, которые она видела утром;они
казались согретыми и словнотрепещущимиотвнутреннеговолнения.Люди
разглядывалиих,женщиныостанавливались,толпилисьпередокнами,
возбужденные от желаний. И ткани оживали под действием страстей,кипевших
наулице;кружевачутьколыхались,таинственноскрываязасвоими
ниспадающими складками недра магазина; даже толстые четырехугольныештуки
сукна дышали соблазном; пальто на оживших манекенахпринималивсеболее
округлые формы, а роскошное бархатное манто, гибкое и теплое,вздувалось,
точно покоясь на женских плечах,облегаяволнующуюсягрудь,трепещущие
бедра.