Всего за 409 руб. Купить полную версию
Администрация концертного зала попыталась усовестить разгневанную певицу, но в ответ на это Русланова позволила себе хулиганскую выходку, заявив: «Вы мне срываете мои концерты, так я вам сорву ваш». Как писал автор заметки:
«И, вымещая на аудитории свое раздражение против администратора, Русланова вышла на сцену с хмурым лицом, не стараясь скрывать своего дурного настроения, небрежно спела две песни и величественно удалилась…».
Стоит отметить, что никакого наказания за этот инцидент Русланова не понесла. А вскоре началась война и подобные инциденты никем уже не вспоминались. Общество сплотилось, причем в единое целое слились и власть, и народ, и «красная буржуазия». Та же Русланова деньги от концертов (кстати, и от «левых» тоже, которые в годы войны практиковались даже чаще, чем в мирное время, о чем сама певица поведает через несколько лет во время своего ареста) тратила не на картины и бриллианты, а отдавала на создание ракетных расчетов «Катюша», и те утюжили фашистов на передовой. Кроме этого, певица была активной участницей концертных бригад и часто выезжала на фронт, где своими песнями поддерживала бойцов (боевое крещение она приняла под Ельней осенью 1941 года на огневых позициях артиллеристов). Впрочем, в Советском Союзе не было артистов, кто в годы войны не прошел бы через концертные бригады.
Об одном из своих самых необычных концертов рассказывала позднее сама певица: «Однажды я пела в палате для единственного слушателя. Узнав о приезде артистов, тяжело раненный воин-разведчик попросил навестить его. Я присела у изголовья. На моих коленях лежала забинтованная голова. Юноша, часто впадая в забытье, не отрываясь смотрел на меня и слушал, как я тихонько пела ему песни — о степи, о лесе, о девушке, которая ждет возлюбленного… Так я просидела почти половину ночи. Вошел врач, распорядился отправить раненого в операционную. Я встала. Хирург понял мой вопросительный взгляд. «Безнадежно. Но попробуем…» Две санитарки заботливо уложили бойца на носилки. Раненый очнулся, повернул голову, превозмогая, видимо, страшную боль, в мою сторону, нашел силы улыбнуться. Мне показалось, он не выживет. Но как я обрадовалась, получив позже «треугольник», в котором этот мой слушатель сообщил, что победил смерть, награжден орденом Ленина и продолжает бороться с врагом».
Герой-разведчик прошел всю войну, уцелел и долгие годы сохранял с Руслановой теплые отношения. Она так и звала его — сынок.
Активная концертная деятельность Руслановой на фронте и в тылу не осталась не замеченной «наверху». 28 июня 1942 года певице присвоили звание заслуженной артистки РСФСР. В том же году Русланова развелась с Михаилом Гаркави и вышла замуж в очередной раз, причем опять весьма удачно: за известного военного, однополчанина будущего маршала Г. Жукова генерала Владимира Крюкова. Тот, как и Гаркави, родился в том же году Петуха (1897), только под другим созвездием — Близнецов (15 июня).
Крюков был известным военачальником. Он начал свою воинскую карьеру в 20-е годы и в следующем десятилетии дослужился до должности командира 20-го Сальского кавалерийского полка 4-й кавдивизии, которой командовал Г. Жуков. На момент знакомства с Руслановой (а судьба свела их вместе летом 42-го) Крюков командовал 2-м кавалерийским корпусом вместо убитого в бою генерала Л. Доватора. В то время Крюков уже два года был вдовцом: в 1940 году его жена отравилась, после того как ей сообщили, что ее мужа арестовали органы НКВД. Слух оказался ложным, однако это выяснилось слишком поздно. На руках у Крюкова осталась пятилетняя дочь. И вот в мае 1942 года во 2-м гвардейском корпусе, которым командовал Крюков, с концертами выступала Русланова. Тогда-то они и познакомились. А в июле уже расписались. Как рассказывала позднее сама певица, генерал покорил ее тем, что нашел на складе старинные дамские туфли на французском каблуке и преподнес их ей. «Он этим своим вниманием меня и взял, — признавалась певица. — А туфли что? Тьфу! Я такие домработнице не отдала бы».
Читаем в гороскопе: «Женщина-Скорпион — Мужчина-Близнецы: Союз, затягивающий обоих партнеров в воронку страстей и глубоких, часто драматических, переживаний. Близнецу будет не хватать легкости и свободы в отношениях. А критический склад ума Скорпиона хотя и будет импонировать Близнецам первое время, станет вызывать внутренний протест и стремление к поиску точки опоры в жизни. Для Скорпиона же этот контакт часто может оказаться поверхностным и мало понятным, что заставит многое изменить в себе или подчиниться своему партнеру».
Отметим, что в этом браке сошлись две сильные личности и, кто кому подчинялся, сказать с уверенностью трудно. Скорее всего, в этом вопросе супруги находили взаимный компромисс.
Между тем популярность Руслановой на фронте была поистине феноменальной. Подобной славы она, как артистка, наверное, не переживала больше нигде и никогда. Ее песни «Валенки», «Степь да степь кругом», «Катюша», «По диким степям Забайкалья» слушались и распевались на всех фронтах. Триумфальным оказался и концерт Руслановой у стен поверженного Рейхстага в мае 1945 года — она пела вместе с ансамблем донских казаков под управлением Михаила Туганова. Однако после этого минуло всего лишь чуть больше трех лет, и Русланова была арестована и отправлена в тюрьму. Что же случилось?
После войны Русланова не изменила своим привычкам — продолжала «барствовать». В этом не было бы, наверное, ничего предосудительного, если бы не одно «но»: подавляющая часть советских людей жили впроголодь после страшной войны. А «красные буржуи» никаких бед и забот не знали. У той же Руслановой помимо роскошной квартиры в центре Москвы, было еще две других в разных частях города, две дачи, четыре автомобиля, антикварная мебель, более 130 полотен известных русских художников и многое другое. Спала певица на огромной (6 квадратных метров) кровати из карельской березы, которая ранее хранилась в Зимнем дворце и принадлежала… императрице Екатерине Великой. О том, как это ложе оказалось в квартире певицы, расскажет чуть позже ее знакомая — певица Е. Амерханова:
«Я жила в Ленинграде и однажды на аукционе купила кровать карельской березы. Принадлежала она когда-то императрице Екатерине Великой. Громадная — шесть квадратных метров. Спинка в виде тумбы, от нее вниз — широкие наклонные стенки, а сверху — горка. Кровать изумительная! И вот вскоре это царское ложе захотела у меня купить Клавдия Шульженко. Ее муж, дирижер Коралли, принес 500 рублей аванса, а спустя пару недель вдруг отказывается:
— Верни залог, мы у тебя кровать не покупаем.
— Ты что, — говорю, — с ума сошел? Кто так делает? — и пошла советоваться к своему коммерческому директору.
Тот мне говорит:
— Не будь дурой, не отдавай. Уговор есть уговор, да и прошло уже две недели.
— Что же, мне Клаву своим врагом сделать? Ты ведь знаешь Володьку, он одессит, кровь южная, с ним лучше не связываться.
И действительно, Коралли потом стал говорить, что сорвет мои гастроли и вообще не даст работать в филармонии. Я не выдержала:
— Знаешь что, Володя, ищи мне сам покупателя на эту кровать.
Он позвонил в Москву Руслановой: «Лидия Андреевна, я знаю, вы любите интересные вещи. Тут одна наша артистка продает царскую кровать из Зимнего дворца за две тысячи».
Та сразу же загорелась. Вскоре приехала с концертами в Ленинград, кстати, эти концерты вел мой муж. Потом пришла к нам, увидела кровать и ахнула. И муж ее, генерал, командир кавалерийского корпуса Владимир Крюков, говорит:
— Я попрошу о маленьком одолжении. Я все оплачу, дам солдат, машину для перевозки. А вы уж возьмите на себя все хлопоты по отправке.
Я так и сделала и в конце концов привезла кровать в Москву, на квартиру сестер генерала на улице Воровского (за 19-м почтовым отделением)…»
Не успела война закончиться, как вскоре отдельные ее герои стали попадать в немилость к власти. Так произошло и с четой Крюков — Русланова. Причина лежала в политической плоскости — в противостоянии МГБ и военных. Последние после войны превратились в весьма влиятельную силу, которая стала претендовать на усиление своих властных полномочий. Но МГБ возвышение его конкурента было невыгодно. Так на свет родилось «трофейное дело». Суть его состояла в том, что многие военачальники сразу после войны стали присваивать себе немецкое трофейное имущество. Дело доходило до вопиющих фактов: в Союз шли целые составы с трофеями, которые потом присваивались военными — от генералов до их адъютантов. Говорят, что очень часто этим «дележом» занимались жены некоторых военачальников, которые лично отбирали вещи в зависимости от их стоимости. Вполне вероятно, среди этих жен была и Русланова.
18 сентября 1948 года в связи с «трофейным делом» в Москве был арестован Крюков, а спустя неделю (25 сентября) была заключена под стражу и Лидия Русланова. Заметим, что это был ее «именной» год Крысы, в котором «серой» обычно сопутствует удача. Но от Руслановой она тогда отвернулась. Видимо, слишком много грехов за ней накопилось, что даже звезды на небе не смогли ее выручить.