Больше ничего не случилось.
Она подумала: "Что же это за люди - открывают окна только тогда, когда их ни одна живая душа не увидит?".
Она отложила бинокль и осторожно подняла телефонную трубку. Почти все телефонные линии Салема Лота были совмещенными. Два голоса, в которых она быстро узнала Харриет Дархэм и Глэдис Мэйберри, говорили о находке собаки.
Мэйбл сидела, стараясь не дышать, чтобы не выдать своего включения в линию.
11:59 вечера.
День дрожал на грани исхода. Дома спали в темноте. Только в нижнем городе бросали слабый отсвет на мостовую ночные огни похоронной конторы и Замечательного Кафе. Кое-кто не спал: Джорж Бойер, только что вернувшийся со второй смены, Вин Пурингтон, потрясенный смертью собаки больше, чем смертью жены..
На кладбище "Гармони Хилл" темная фигура задумчиво стояла в воротах, дожидаясь намеченного часа. Когда она заговорила, голос звучал мягко и тихо:
- О отец мой, снизойди ко мне! Повелитель Мух, снизойди ко мне! Я принес тебе испорченное мясо и затхлую плоть. Я принес жертву тебе. Левой рукой я принес ее. Яви знамение на этой земле, освященной твоим именем. Я жду знамения, чтобы начать труд свой.
Голос замер. Поднялся слабый ветер, принеся вздохи и шепот листьев и трав, и запах падали из придорожной канавы.
Все молчало, кроме ветра. Фигура стояла неподвижно. Потом она наклонилась - и поднялась с телом ребенка на руках.
- Я принес тебе это.
Потом было нечто невообразимое.
4. ДЭННИ ГЛИК И ДРУГИЕ (1)
После десяти Марджори Глик позвонила Петри домой. "Нет, - сказала миссис Петри, - мальчиков здесь нет. Их здесь не было. Может быть, лучше пусть ваш муж поговорит с Генри". Миссис Глик протянула трубку мужу, чувствуя под ложечкой холодок страха.
Мужчины все обсудили. Конечно, мальчики пошли через лес. Нет, ручей слишком мелкий, особенно в сухую погоду. Генри предложил идти по тропинке навстречу друг другу с сильными фонарями. Может, мальчишки нашли нору енота или курят тайком, или еще что-нибудь. Тони согласился и поблагодарил мистера Петри за беспокойство. Мистер Петри сказал, что никакого беспокойства нет. Тони положил трубку и немного успокоил перепуганную жену. Про себя он решил, что ни один из мальчишек, когда найдется, неделю не сможет сидеть.
Но прежде чем он успел выйти со двора, из-за деревьев шатаясь вышел Дэнни и свалился у задней калитки. Он был не в себе, отвечал с трудом и не всегда осмысленно. За его воротничком торчали травинки, и в волосах запуталось несколько осенних листьев.
Он сказал отцу, что они с Ральфи перешли через ручей спокойно (призрак упомянут не был). Тут Ральфи сказал, что видит чье-то лицо. Дэнни стал бояться. Он не верит в такую чепуху, как духи, но ему что-то послышалось в темноте.
Что же они сделали тогда?
Дэнни казалось, что они снова пошли, держась за руки. Он не был уверен. Ральфи хныкал про призрак. Дэнни его успокаивал. До Джойнтер-авеню оставалось шагов сто, может, меньше. И тут случилось что-то плохое.
Что? Что плохое?
Дэнни не знал.
С ним спорили, волновались, уговаривали. Дэнни только качал головой, медленно и тупо. Да, он знает, что должен вспомнить, но он не может. Честно, не может. Нет, он не помнит, чтобы падал. Просто... стало темно. Очень темно. А потом оказалось, что он лежит на тропе один. Ральфи исчез.
Перкинс Джиллеспи решил, что нет смысла обыскивать лес ночью. Он только прошелся с Гарднером, Гликом и Петри по всей дороге от одного до другого дома, но ничего не нашел.
С утра полиция штата вместе с кэмберлендской полицией стали прочесывать лес. Когда ничего не нашли, зону поиска расширили. Полиция билась четыре дня, а Глики бродили по лесу и полю, обходя ямы углежогов и зовя сына по имени в бесконечной и безрезультатной надежде.
Обыскали драгами ручей Таггарт и реку Роял. Тоже безрезультатно.
Наутро пятого дня Марджори Глик разбудила мужа в четыре утра, перепуганная до истерики. Дэнни лежал в обмороке на верхней площадке, очевидно упав по дороге в ванную. "Скорая" увезла его в больницу с первоначальным диагнозом "замедленный эмоциональный шок".
Дежурный врач по имени Горби отвел Глика в сторону:
- У вашего мальчика бывали астматические припадки?
Мистер Глик заморгал и покачал головой. Меньше чем за неделю он постарел на десять лет.
- Ревматическая лихорадка?
- У Дэнни? Нет, что вы.
- Пробу на туберкулез в этом году брали?
- Туберкулез? У моего мальчика?
- Мистер Глик, мы только стараемся выяснить...
- Марджи, Марджи, иди сюда!
Марджори Глик медленно подошла. Бледная, кое-как причесанная, она выглядела как женщина, страдающая от жестокой мигрени.
- У Дэнни брали в этом году пробу на туберкулез?
- Да, - отозвалась она без всякого выражения. - Никакой реакции.
- Он не кашлял ночью? - спросил Горби. - Не жаловался на боль в суставах или в пояснице?
- Нет.
- Не терял много крови? Из носу, со стулом или, может, просто много ссадин и царапин?
- Нет.
Горби улыбнулся и кивнул.
- Если разрешите, мы оставим его для обследования.
- Конечно, - сказал Тони. - Конечно.
- Очень замедленная реакция, - добавил доктор. - Мы хотим сделать рентген, проверить костный мозг, кровяные тельца...
Глаза Марджори Глик стали медленно расширяться.
- У Дэнни лейкемия? - прошептала она.
- Миссис Глик, едва ли это...
Но она упала в обморок.
Бен Мерс был одним из добровольцев, обыскивающих лес в поисках Ральфи Глика, но не получил за свои труды ничего, кроме репьев на руках и сенной лихорадки.
На третий день поисков он вернулся к Еве на кухню, собираясь после еды завалиться спать, чтобы вечером хоть немного написать, и обнаружил у плиты Сьюзен Нортон. Вернувшиеся в работы мужчины сидели за столом и делали вид, что разговаривают, а на самом деле строили ей глазки. Ева Миллер гладила в другой комнате.
- Привет! Что ты тут делаешь? - удивился он.
- Готовлю тебе что-нибудь пристойное, пока ты не свалился с ног.
Бен услышал, как за стеной фыркнула Ева. Уши его загорелись.
- Она хорошо готовит, - сообщил Хорек. - Я знаю, что говорю. Я следил.
- Ты так здорово следил, что у тебя скоро глаза вывалятся, - хихикнул Гровер Веррилл.
Сьюзен подала на стол.
- Не нашли? - спросила она у Бена.
- Никаких следов. Одни дрянные комары и чертовы колючки.
- Как ты думаешь, Бен, что с ним случилось?
- Бог знает. Может, кто-то подкрался к брату, стукнул его по голове и уволок ребенка.
- Ты думаешь, он мертв?
Бен взглянул на нее, стараясь понять, ждет ли она честного ответа или только обнадеживающего. Он взял ее руку в свои.
- Да, - коротко произнес он. - Думаю - мертв. Доказательств нет, но я думаю так.
Она покачала головой:
- Надеюсь, ты ошибаешься. Мама и другие леди заходили посидеть с миссис Глик. Она совсем не в себе и ее муж тоже. А другой мальчик бродит как тень.
- Гм, - Бен едва ли слышал. Он глядел на Марстен Хауз. Ставни оставались закрытыми. "Они откроются позже. Когда стемнеет. Когда станет темно". При этой мысли у него по коже побежали мурашки.
- ...вечером?
- Гм. Прости, - он посмотрел на Сьюзен.
- Я сказала, папа приглашает тебя завтра вечером. Сможешь?
- Ты там будешь?
- Конечно, - она взглянула на него.
- Прекрасно, буду. - Он хотел смотреть на нее, она замечательно выглядела в вечернем свете, но взгляд его будто магнитом был прикован к Марстен Хаузу.
- Бен, о чем твоя новая книга?
- Подожди, - попросил он. - Дай мне время. Я скажу, как только смогу. Это... должно выработаться.
Она хотела сказать: "Я люблю тебя", - сказать так же легко и без оглядки, как эта мысль поднялась в ней, но она проглотила слова, не дав им слететь с языка. Она не хотела говорить это, пока он смотрит... пока он смотрел туда.
Когда она ушла, он сидел и смотрел на Марстен Хауз.
Утром двадцать второго Лоуренс Кроккет сидел в своей конторе, делая вид, что читает письма, и любуясь на выпуклости секретарши, когда зазвонил телефон. В этот момент Ларри думал о своей деловой карьере в Салеме Лоте, о маленьком автомобиле у дверей Марстен Хауза и о сделках с дьяволом.
Даже до контракта со Стрэйкером Лоуренс Кроккет был самым богатым человеком Салеме Лота. Описание истории этого богатства могло бы занять не одну страницу криминальной хроники.
"Сделки с дьяволом, да, - думал Ларри, шурша бумагами. - Когда имеешь дело с дьяволом, дивиденды выплачиваются аккуратно.
Может быть, слишком много денег. Стрэйкер сказал, что вступит с ним в контакт, и это было четырнадцать месяцев назад. Что если..."
В эту минуту зазвонил телефон.
- Мистер Кроккет? - произнес знакомый голос.
- Стрэйкер, верно?
- Действительно.
- Я как раз о вас думал. Может быть, я телепат.
- Это чрезвычайно забавно, мистер Кроккет. Мне нужна ваша услуга.
- Вы имеете на нее право.
- Прошу вас доставить нам грузовик. Большой. Может быть, арендованный. Доставьте его сегодня ровно в семь вечера в Портлендские доки. Двух грузчиков будет, думаю, достаточно.