Максим Фрай - Темная сторона стр 14.

— Поэтому ты хочешь камры, разумеется, — кивнула она. — Я и не сомневалась, так что вот, уже все готово…

Она поставила передо мной маленькую жаровню, на которой весело позвякивал симпатичный керамический кувшинчик.

«Честно говоря, больше всего на свете я сейчас хочу оказаться в твоей спальне. И ни в коем случае не в одиночестве». — Я решил воспользоваться Безмолвной речью, поскольку нежно ворковать в присутствии посторонних — не мой стиль.

«Звучит заманчиво, — откликнулась Теххи. — Но эта девочка сидит тут уже часа два. Кажется, ее действительно здорово припекло!»

«Могу себе представить! Заявиться сюда на ночь глядя, в полном одиночестве, да еще и пешком, наверное… Она же не умеет водить амобилер!»

«Представь себе, уже умеет. Ты всех людей считаешь слабоумными или кому как повезет?»

«Теперь уже только себя».

Я повернулся к Кенлех и перешел на нормальную человеческую речь.

— Может быть, это не слишком разборчиво написано на моей усталой роже, но я действительно рад тебя видеть, и все такое… Просто привыкай к тому, что я очень дурно воспитан, ладно?

К моему удивлению, она спокойно кивнула и даже слегка улыбнулась. Совсем чуть-чуть, но это было неплохое начало!

— И все-таки, что у тебя случилось? — как можно мягче спросил я.

— Можно подумать, ты не догадываешься! — вздохнула Теххи. В ее голосе так отчетливо звучали интонации заботливой мамочки, что мне стало смешно.

— Мало ли о чем я там догадываюсь! Зачем играть в великого ясновидца, если есть возможность выслушать живого человека… А вдруг все мои догадки не имеют никакого отношения к действительности? Со мной такое то и дело происходит.

— А о чем вы догадываетесь? — нерешительно спросила Кенлех.

— «О чем, о чем»… Ну, если честно, я подозреваю, что ты собираешься спросить у меня, что тебе делать с этим ужасным, приставучим, но очень симпатичным сэром Мелифаро… Ну и как, я угадал?

— Вообще-то я собиралась спросить, что мне делать с собой, — сказала Кенлех. — Он мне очень нравится, этот ваш друг, а Хейлах и Хелви очень не нравится, что он мне нравится… Ох, я совсем не умею говорить!

— Умеешь, умеешь! — заверил ее я. — Такой славный каламбурчик получился… Знаешь, Кенлех, у меня никогда в жизни не было брата-близнеца, поэтому я не очень-то представляю себе, какого рода привязанность существует между тобой и твоими сестричками. Но в любом случае твои дела — это твои дела. Сердце каждого человека принадлежит ему одному, в этом я совершенно уверен!

— Они говорят, что я могу потерять свою судьбу, если начну интересоваться мужчинами, — прошептала Кенлех. — И мне кажется, что в их словах слишком много правды, так что лучше бы мне их послушаться… Это было довольно легко и приятно: он каждый день заходил к нам в гости, вел нас куда-нибудь погулять, и от меня ничего не требовалось… Я имею в виду, что мне не нужно было принимать никаких решений: все и так шло хорошо, во всяком случае для меня.

— Я понимаю, — кивнул я. — Честное слово! А что, теперь ситуация изменилась?

— Да, наверное. Его не было целых четыре дня… Ну да, вы-то знаете, сэр Кофа сказал, что вы уходили вместе. И мне было очень грустно. Я никогда раньше не думала, что может быть так грустно только потому, что какой-то малознакомый человек не приходит в гости… А сегодня он прислал мне зов и сказал, что хочет встретиться только со мной, без сестер. Я понимаю, что это может значить: когда мужчина хочет встретиться с женщиной наедине… Но я так обрадовалась, что не смогла отказаться. А теперь я даже не знаю, что мне делать. Послать ему зов и сказать, что я передумала? Но я не хочу так говорить. И встречаться с ним наедине тоже не хочу, потому что я боюсь…

— Ну, не все так страшно, Кенлех! — с облегчением рассмеялся я. — Сэр Мелифаро — настоящий джентльмен… Хотя поверить в это почти невозможно, могу тебя понять!.. Ты что, думаешь, стоит вам остаться вдвоем, и этот тип тут же потащит тебя в темный подвал? Даже если ему очень захочется… сомневаюсь, что это возможно: Ехо — такой людный город, милая! Даже если вы оба очень постараетесь, вам вряд ли удастся найти место, где кроме вас никого не будет. Можешь мне поверить: мы с леди Теххи уже неоднократно искали что-нибудь в таком роде, и у нас ничего не вышло. Даже в собственной спальне время от времени рискуешь кого-нибудь обнаружить…

Теххи одобрительно улыбнулась и энергично закивала.

— Все равно мы будем одни, — упрямо сказала Кенлех. — Незнакомые люди не считаются. Какое им до нас дело?

— Тебе еще предстоит убедиться в обратном, вот увидишь! — рассмеялся я. — Так что отправляйся на свое свидание и ничего не бойся!

— Да я и не боюсь, — вдруг рассмеялась Кенлех. — Просто я не знаю, как себя вести наедине с сэром Мелифаро, вот и все. Я имею в виду: что я должна делать, чтобы его не обидеть и в то же время…

— Я уже понял, — зевнул я.

Сонливость навалилась на меня так внезапно, словно камра, которую я только что допил, была щедро приправлена каким-нибудь убойным снотворным. Я отчаянно помотал головой. Это совершенно не помогало, скорее даже убаюкивало. Мои прекрасные леди тем временем уставились на меня как на пророка. Теххи, ясное дело, умирала от любопытства: ей было ужасно интересно, что я буду делать в этой двусмысленной ситуации. Вроде бы мне было положено соблюдать интересы Мелифаро, с другой стороны, не стоило давать бедняжке Кенлех совсем уж негодный совет! Она не учла одного: я так устал, что в тот момент мне было решительно все равно, как эти двое будут выкручиваться.

— Есть один отличный совет на все времена, милая. Вешай ему лапшу на уши, пока не решишь, чего тебе на самом деле хочется. С большинством мужчин это можно проделывать почти бесконечно долго, даже со мной… Так что все будет в порядке, а теперь хорошей ночи! Не обижайтесь, милые леди, но я уже почти умер от усталости. Зачем вам мой смердящий труп, да еще и на ночь глядя? Кенлех, милая, передай моему любимому псу, что я его обожаю, но сил моих нет добраться до вашего дома. Так что пусть не грустит, говорят, от печали пропадает аппетит… Только ты ему действительно все это скажи, я почти уверен, что Друппи отлично понимает человеческую речь!

С этими словами я сполз с табурета, жалобно посмотрел на своих собеседниц и решительно отправился наверх, в спальню.

Как бы я там ни разглагольствовал, что в спальне мне, дескать, потребуется хорошая компания, это оказалось пустой болтовней: Теххи удалось разбудить меня только утром, да и то чудом. Я был уверен, что без колдовства тут не обошлось, но кинжал с индикатором в рукояти был далековато, так что пришлось ограничиться необоснованными подозрениями.

— Что за странный совет ты дал вчера Кенлех? — с любопытством спросила Теххи, когда я начал подавать признаки жизни.

— Какой «странный совет»? — удивился я. — Честно говоря, я был такой сонный, что мог брякнуть все что угодно…

— Ты зачем-то посоветовал ей вешать лапшу на уши бедняги Мелифаро, — напомнила Теххи.

— А, ну да, конечно… А что, отличный совет! — обрадовался я. — Ну а что еще остается делать девушке, которая сама не знает, чего хочет?

— Подожди, Макс, давай начнем все сначала, — попросила Теххи. — Ну при чем тут какая-то лапша?!

До меня начало доходить.

— Дырку в небе над моей глупой головой! Я как-то не подумал, что здесь никто не знает это выражение.

— Так это просто выражение? — восхитилась Теххи. — И что оно означает?

— Да ничего особенного. «Вешать лапшу на уши» — значит безответственно молоть всякую ерунду, вот и все.

— Знаешь, Макс, я подозреваю, что эта девочка поняла тебя буквально, — рассмеялась Теххи. — А она считает тебя очень мудрым советчиком. Так что можешь себе представить…

— Могу!.. А знаешь, так даже лучше. По крайней мере, они оба запомнят свое свидание на всю жизнь, это уж точно!

Теххи хотела было продолжить дискуссию, но я ей не дал. В моем распоряжении оставалось всего два часа, и я не собирался посвящать их обсуждению чужого романа. У меня, хвала магистрам, собственный имелся. И его я предпочитал не обсуждать, а осуществлять, здесь и сейчас, пока земля носит нас, а небо не спешит обрушиться. Нет ведь никаких гарантий, что судьба и дальше согласится снисходительно взирать на абсолютно, бесконечно, неописуемо счастливого меня и не предпримет ни единой попытки нарушить эту нечеловеческую идиллию.

Идиллия идиллией, а все-таки в полдень я явился в Управление, как приказывал сэр Почтеннейший Начальник всего происходящего.

К своему величайшему удивлению, я пришел первым. Джуффина еще не было. И вообще никого не было, кроме молоденького курьера, мирно дремавшего на кожаном диванчике у входа в Зал общей работы.

Я прошел в кабинет. На столе обнаружились многочисленные вещественные доказательства длительного присутствия леди Меламори: стакан, на дне которого я обнаружил несколько капель чего-то сладкого и тягучего, измятый экземпляр вчерашнего «Королевского голоса», из коего она пыталась смастерить что-то вроде кораблика, и, конечно же, остатки крошек от пирожного — наверняка она кормила своего паукообразного домашнего любимца Лелео! Вместо того чтобы с нежностью созерцать это очаровательное безобразие, я разбудил несчастного курьера и велел ему немедленно навести порядок. Потом послал зов Джуффину, его отсутствие совершенно меня озадачило.