– Хочешь познакомиться с ним?
Джинна пристально поглядела мне в глаза. Не знаю, что уж она там увидела, но женщина поежилась и произнесла лишь одно слово:
– Нет. Где ты встретился с ним? – после продолжительного молчания произнесла она.
Я рассказал ей о своих приключениях в Кайсаабаде.
– Он до сих пор находится там? – спросила женщина.
– Когда я несколько поспешно ретировался из мертвого города, демон смеялся мне вслед с крепостной стены.
– Теперь я уверена, что с тобой не может случиться непоправимого, – произнесла Мириам. – Если только ты сам не сунешь голову в петлю. Это надо же – договориться с демоном!
Я скромно пожал плечами. До сегодняшнего разговора я и не представлял, каким героем могу стать в глазах окружающих. При условии, конечно, что мне поверят.
– Ты точно не лжешь? – Джинна испытующе поглядела мне в глаза и сама же вынесла вердикт: – Похоже, что нет.
Мне так и не довелось воочию увидеть гулей. Эти ночные твари проигнорировали нашу компанию и не соизволили явиться для более близкого знакомства. Чему мы были только рады. Мириам настолько расслабилась, что под утро привалилась к моему боку и заснула, полностью положившись на меня в качестве караульного. Так что собачью вахту я отстоял в одиночестве, мужественно борясь с подступающим сном. Под утро, когда начало светать, я даже бросил поддерживать костер, оставив только несколько тлеющих углей. Предрассветная прохлада помогла справиться с сонливостью, а очень скоро беспокойно заворочалась и Мириам, пытаясь свернуться калачиком в своем платье, больше похожем на майку. В конце концов холод заставил ее вынырнуть из объятий сна, и она, поеживаясь и вздрагивая, принялась раздувать почти погасший костер, не забывая между делом делиться мыслями о моей полной профнепригодности как отвечающего за огонь.
Выкатившееся со стороны пустыни солнце застало нас в пути. И уже через пару часов мы с тоской вспоминали утренний холод под беспощадными лучами такого сурового в здешних местах светила.
А потом мы наткнулись на свидетельство, что когда-то и в этих местах жили люди.
Ущелье, по которому мы совершали восхождение к горному перевалу, перепрыгивая с берега на берег тоненького ручейка, питавшего то озерко на плоскогорье, где мы вчера смывали пыль и песок пустыни, внезапно расширилось, и мы очутились в небольшой котловине. Видимо, когда-то, очень давно, климат в здешних местах был намного холоднее, и в горах образовывались целые ледники. Мы как раз и попали туда, где в незапамятные времена располагался такой ледник, А после его исчезновения сюда пришли люди. Вначале мы увидели большую рощу крупных черешневых деревьев, среди которых гордо вздымались ореховые гиганты. Подойдя ближе, мы обнаружили полуразрушенные временем разномастные глинобитные мазанки, почти полностью утонувшие в буйном переплетении виноградных лоз. Для орехов и винограда еще было слишком рано. Орехи терпко-йодистого вкуса и молочной зрелости еще прятались в плотной зеленой кожуре, которую им предстояло сбросить только месяца через три. Виноградные кисти едва-едва завязались. Зато черешни не обманули нашего ожидания. Деревья были буквально усыпаны яркими и сочными красно-желтыми плодами. Я забрался на крышу одной из кибиток и, убедившись, что она еще в состоянии выдержать вес двух человек, помог подняться Мириам. В течение следующего часа мы общались в основном жестами и междометиями, лакомясь этим неожиданным подарком природы. Позже мы отыскали несколько полностью одичавших грушевых и тутовых деревьев, но, к сожалению, они еще не были готовы порадовать нас своими дарами.