Всего за 219 руб. Купить полную версию
— Ты тогда говорила, что заведешь своих, когда тебе исполнится пятнадцать. Так что я уже давно хочу у тебя спросить, почему ты до сих пор покупаешь яйца на рынке?
— Я… Ты понимаешь, мои планы пока не включают домашнюю живность или что-то еще, что будет привязывать меня к этому месту. Будет жаль потом все это оставить.
Мне показалось, что Лис был довольно удивлен моим ответом.
— То есть как оставить? Ты же не собралась караулить какого-нибудь эльфа, чтобы потом укатить с ним за Узкие горы? — В голосе парня послышалось волнение.
— Нет, я всего лишь собираюсь напроситься к какому-нибудь магу… — И тут я решила сменить тему: — Скажи, а почему ты сейчас не приглашаешь меня к себе домой?
Лиса всего аж передернуло от этой мысли.
— Почему? Ну почему? — канючила я.
— Потому что там мой брат, — нехотя ответил Лис.
Так вот оно что! А я уж испугалась, что он дома все уши прожужжал своим домашним о своих ко мне неземных чувствах и теперь его родители меня ненавидят. Было бы искренне жаль портить отношения с такими успешными людьми. У меня невольно вырвался смешок.
— Что, тебя это веселит? — В его глазах плясали веселые огоньки.
— Нет, что ты. Не то что бы я хотела к тебе домой, но так странно осознавать, что ты защищаешь меня от своего брата, но не можешь защитить от себя самого. Ладно, забудь.
После небольшой паузы я все-таки решилась сказать:
— Хорошо, сегодня ты можешь остаться на чай.
— Это приглашение или разрешение?
— Разрешение… или приглашение. В общем, я чувствую себя виноватой перед тобой. И… я запуталась.
Смутившись, я остановилась перед домом, опустила глаза и стала нервно заламывать руки. Не стоило мне этого говорить. Ох, не стоило!
Неожиданно Лис осторожно обнял меня, и у меня внутри все остановилось. Осталось только это предательское чувство, когда кажется, будто кто-то щекочет тебя с внутренней стороны ребер.
На улице было уже достаточно прохладно, но мне отчего-то стало даже жарко. Слишком жарко.
Затем он двумя пальцами приподнял мое лицо за подбородок, чтобы увидеть мои глаза. Я не могла вытерпеть этого проницательного взгляда и прикрыла веки. Кажется, зря.
— Я зайду за тобой утром в восемь, — сказал Лис и легонько поцеловал меня в губы. Так, что я вообще засомневалась, был ли поцелуй, но что-то внутри твердило об обратном.
А потом он ушел, и когда я открыла глаза, то могла видеть только его меркнущий в осеннем тумане силуэт.
Кажется, мое знаменитое самообладание начинало сдавать позиции.
Глава четвертая, в которой не все так просто, как кажется
— Родная, с тобой все в порядке? — обеспокоенно спросила мама за поздним ужином, плавно перетекающим в ранний завтрак. Сегодня родители опять притащились домой далеко за полночь и скоро снова должны были убегать.
«Он меня поцеловал, — твердила я себе как умалишенная. — Поцеловал».
— Мам, передай соль, пожалуйста.
— Да, но, родная, у тебя щеки горят. Ты случайно не заболела?
— Нет, мам, все в порядке. Дай салфетку, если не трудно.
Он меня поцеловал. Кто бы мог подумать!!!
— Дорогая. — Тут уже не выдержал отец. — Я думаю, у Юстины еще пару лет назад должны были так гореть щеки и блестеть глаза. Удивительно, что наша дочь вообще оказалась вполне нормальной.
Что?! О чем они там говорят? Какой еще нормальной? Меня Лис поцелова-а-ал!
Если бы мне сейчас дали в руки мегафон, вся округа уже узнала бы о таком важном для меня событии.
— Юстина, у тебя ведь появился мальчик? — В маме вдруг проснулось неизвестно откуда взявшееся кокетство. Любой нормальный родитель тут же бы поинтересовался прошлым, настоящим, будущим и счетом в банке потенциального избранника, а этим бы только поиздеваться!
— Ничего подобного, мам, — пробормотала я с набитым ртом. Кажется, дурные привычки Тигры просто так мимо не проходят.
— А по-моему, это очевидно, — заявил отец тоном ученого на лекции. — У тебя появился аппетит, ты поздно возвращаешься домой и нанесла на глаза немного туши.
Ага, хрена с два вы меня подловите!
— Во-первых, у меня всегда хороший аппетит, — устало оправдывалась я. — Во-вторых, я сегодня пришла домой как обычно. В отличие от некоторых. И в-третьих, нет, я не пользовалась тушью.
— Все равно ты стала красивее. Как-то… взрослее, — настаивал папа.
Я бы на месте отца тоже не заметила, что у него уже не десятилетняя дочь, а вполне себе молодая женщина. Но как же это проследить, если целыми днями торчишь непонятно где?!
В последнее время мы и так виделись с родителями достаточно часто. Из-за нервных переживаний у меня началась бессонница, и я часто проводила ночи на кухни в компании занудных предков. Зато на занятиях потом почему-то очень хотелось спать. Не так давно Лис даже написал за меня тест по истории Плоских земель, пока я сладко посапывала на задней парте.
— Ты должна нас с ним познакомить, — тут же обрадовалась мама, хотя я еще ничего такого не признала. — Скажем, как тебе четверг? Или лучше воскресенье?
— Какая разница, вас все равно дома не будет.
— Ага! — Папа что было силы хлопнул ладонями по столу — аж посуда затряслась. — Так все-таки он существует!
Беспечные родители, я вам не кроссворд. Незачем так радоваться, когда вы отгадали всего одно слово из трех букв, первая из которых — «эл», а последняя — «эс».
И тут к полнейшей моей неожиданности мама призналась:
— На самом деле, мы с папой всегда думали, что ты будешь встречаться с этим… ну как его…
— Лисом, — подсказал папа, и мама кивнула.
— Да, точно, Лисом. Такой хороший мальчик был, и он прекрасно тебе подходил. Но теперь это уже вряд ли произойдет, а жаль.
Я невольно задрожала, вспомнив события пятилетней давности и как сильно он мне тогда «подходил».
— Мы были просто друзьями. А до недавнего времени так и вообще не общались.
Упс, кажется я начала представлять родителям моего временного молодого человека не с того конца.
— До недавнего? — Отец довольно потер ладони. — И когда же нам ждать господина Лиса к ужину?
Утром Лис действительно встретил меня у дома и даже помог нести тяжеленный зонт-трость, принадлежавший моему отцу. О том, что произошло между нами вчера, я заговаривать не собиралась, потому что знала, что разговор до этого и так дойдет. Я должна была дать Лису ясно понять, что повториться этого не должно, хотя мне и очень хотелось.
Когда мы проходили мимо бакалейной лавки, внезапно пошел обещанный дождь, и Лис раскрыл огромный черный зонт над нашими головами. Так мне казалось, что мы с ним находимся еще ближе.
Возникла секундная пауза, и когда Лис наклонился, чтобы снова совершенно открыто на глазах у всей улицы меня поцеловать, я отпрянула.
— Не надо, — попросила я тихо.
— Почему? — Лис выглядел искренне удивленным.
— Я забыла почистить зубы, — соврала я, несмотря на то, что понимала, что вечно я так лгать не смогу. А что мне сделать завтра? Наесться чеснока или набить полный рот жвачки?
— Ничего подобного. — Парень втянул носом воздух. — Твою мятную пасту я узнаю даже в темноте.
«Она что, светится?» — так и хотелось спросить мне, но я удержалась.
— Ладно, пошли, чего мы стоим. Если будем останавливаться у каждого столба, можем опоздать в академию.
Но думала я почему-то вовсе не о занятиях, а о небесно голубых глазах одного противного юноши.
— Так почему нет? — снова спросил Лис уже на ходу.
Я уже позабыла, о чем вообще шла речь.
— Что «почему нет»?
— Почему ты не разрешаешь себя поцеловать?
— А ты, я смотрю, парень не промах, — ощетинилась я. — Вокруг да около ходить не будешь.
— Только не говори, что ты не хочешь. — Он и на этот раз попал прямо в яблочко.
— А вот и не хочу, — ответила я, хотя на самом деле думала по-другому.
Несколько минут мы шли молча, а потом — перед самыми воротами в академию — дождь прекратился так же внезапно, как и начался.
Лис наклонился прямо к моему лицу, но целовать он меня на этот раз определенно не собирался. По крайней мере, я бы точно не рискнула лезть к девушке с округлившимися от страха глазами. Вместо этого он сказал: