Айрис Канна - Тайными тропами стр 17.

— Не пытайтесь нас сразить, у вас не получится! Я дриада, все, что сделано из дерева подчиняется мне! — воскликнула она.

В воду прыгнули несколько амфи, поплыли в нашу сторону. Дракоша выплюнул над водой столб огня, раздались испуганные крики и пловцы бросились обратно.

— Не стоит рисковать, борьба не приведет ни к чему хорошему! Отдайте нам дельфина, и мы уйдем, лодка и амфи останутся.

Вдруг лодка закачалась. Несколько амфи проплыли под водой, вцепились в борта и пытались ее перевернуть. Барс и волк подскочили к борту, несколько взмахов могучих лап и снова — крики, теперь в них слышалась боль, израненные амфи оставили лодку, поплыли к берегу, оставляя за собой голубые следы.

— Серый, — прошептала я, — так вот у кого голубая кровь.

Сергей громко прокричал:

— Не надо больше подвергать опасности своих соплеменников! Нас меньше, чем вас, но мы сильнее! Отдайте дельфина!

— Хорошо! Вы убедили нас!

Через несколько минут мы увидели плывущего к нам дельфина. Он был вял и слаб, казалось, еще немного, и он уснет вечным сном.

— Я вынесу его, — сказал Гери.

— Сразу в океан! — крикнул ему Минкус.

Гери нырнул к дельфину, а еще немного и — они исчезли. С берега раздался дружный удивленный возглас.

— Слушайте меня, амфи, — прокричала я, — сейчас я опущу в воду рыб, они должны выжить в вашем мире, а потом мы исчезнем. Здесь останется лодка и ваши соплеменники!

Я опустила в воду спящих рыб, они проснулись и заметались под водой, через несколько минут мы все были на берегу реки. Лодка осталась в пещере на поверхности подземного озера.

Гея, снова старая и дряхлая, дремала под деревом, наяды плескались в реке.

— Вы принесли дельфина?

— Гери понес его в море, он очень голоден и пресная вода для него вредна.

— Море не даст ему погибнуть. Я ухожу, не могу долго находиться среди людей.

— Спасибо за помощь, — почти хором сказали мы.

— Это было в моих интересах, — ответила Гея, превращаясь в тень и растворяясь в воздухе.

— Вера, мы уходим, — сказал Барсик, — нельзя нано оставлять без присмотра, — они как малые дети, обязательно нашкодят!

Я счастливо рассмеялась, обняла Барсика и Волчка:

— Конечно, идите! Мы еще встретимся, может, и скоро!

Вернулись в отель одновременно с Гери. От предложенного нектара отказаться не смогли. А потом Сергей отправился домой тропой нано, я сняла туфельки и оказалась в своей спальне. За окном светало, я упала на постель и тут же заснула. Последнее путешествие меня слишком утомило.

Глава IX

В класс твердой походкой вошла Нина Максимовна. Строго оглядев нас, произнесла:

— Объявлено штормовое предупреждение, идет цунами. Все срочно должны покинуть город! Выходим по одному и строем спускаемся вниз.

Завизжали девчонки, вскочили с мест, мальчики были поспокойней, но тоже очень торопились. Все хватали сумки и выстраивались у двери.

— Вера, почему ты не встаешь, не готовишься выходить?

— У нас цунами быть не может, мы слишком далеко от океана. Это учебная тревога?

Разозленная Нина Максимовна подскочила к парте, схватила меня за руку и больно дернула! Я вскрикнула: "Ой!", — и проснулась.

— Мама? Какое цунами?

Мама стояла у моей кровати и смеялась:

— Вера, вставай! Папа уже установил елку, тебе пора ее украшать. Кроме того — убрать в квартире. Мы едем в деревню за бабушкой. Что она каждый Новый год встречает одна?

— Мама, отстань, я не спала всю ночь! — сказала и пожалела: мама вся напряглась:

— Почему ты не спала? Ты не заболела?

Но я уже опомнилась — еще немного и сболтнула бы лишнего.

— Да нет, ма, я спала, просто что-то снилось такое, жизненное, и все. Я встаю.

Вытащив себя из постели, натянула халат, умылась, прошла на кухню. Мои уже допивали чай. Чмокнула в щечку маму, потом папу, села за стол:

— Па, ты достал игрушки?

— Конечно, ящик на диване. Все готово, украшай, дизайнер ты наш!

Каждый Новый год я становлюсь дизайнером. Даже не помню, когда это началось? Кажется, мне было лет пять, или — меньше? Меня не допустили украшать елку и комнату, но я не обиделась, а украсила детскую: разрисовала гуашью все обои, кукол приклеила каким-то клеем к стенам, в шторах вырезала дырки, тогда мне казалось — снежинки. В общем, это была жуть! Но мне нравилось. Сейчас, с высоты своих двенадцати лет, я удивляюсь, как меня не побили? Даже не наказали! Счастливая, перепачканная краской, прибежала в зал, где мама и папа уже заканчивали украшать комнату, и прошепелявила:

— Я узе!

Осмотрев творение рук моих, родители переглянулись, папа сказал:

— Сами виноваты, стремление к прекрасному давить нельзя!

С тех пор я стала "семейным новогодним дизайнером". Первые несколько лет мама спрашивала меня: "Верочка, вот так?" — когда примеривала игрушку к ветке, но скоро мне полностью перепоручили это дело и умыли руки.

Родители уехали. Я вошла в зал. Чудненькая пушистая елочка ожидала в углу, ящик с игрушками и мишурой на диване. Что же, займемся. Самое любимое занятие, и, главное, никто не мешает. Открыв ящик, я ахнула — все игрушки разбиты! Уцелело несколько крупных, самых красивых шаров и все! Схватив мобильник, позвонила маме:

— Мам, игрушки все битые! Что это может быть, как? Вы ящик не роняли?

Никакого реального объяснения не нашлось. Мама велела мне взять деньги и сходить на елочный базар. Я почти собралась, когда зашел Сергей.

— Куда ты?

— Представляешь, у нас все елочные игрушки разбиты. Я иду хоть что-то купить.

— Как разбиты? Покажи.

— Да вон ящик на диване.

Сергей подошел, стал разглядывать осколки, вынул один:

— Вер, взгляни, — шепотом произнес он.

Я подошла: в половинке блестящего шара каталась капелька голубой жидкости.

— Вера, это же кровь, кровь амфи! Они были здесь.

— Как? Они ходят тропами нано?

— Не знаю, но мне это не нравится. Мне не нравится, что они разбили игрушки, и вообще, что были здесь. Были или есть?

Сергей стал оглядываться:

— Смотри — капли на диване.

Капли шли вдоль края дивана, потом по ковру в мою комнату.

— Сергей, этого не было еще полчаса назад.

— Да, капли совсем свежие.

Подошли к двери в мою комнату, остановились, прислушались. Тишина. Осторожно открыв дверь, я увидела, что на моем столе копошились трое совершенно голых маленьких синих человечков. Они пытались спрятаться, но было некуда.

— Как вы здесь оказались? — спросила я.

— Появились.

— Как это — появились?

— Как обычно!

Мы с Сергеем оторопело смотрели на нежданных гостей. Они жались друг к другу, дрожали, то ли от испуга, то ли от холода.

— Сережа, их надо одеть.

— Надо, и покормить. Как ты думаешь, что они едят?

— Траву, наверное. Но какую? У них там растения с оранжевыми листьями, помнишь? И кувшинки с синими цветами. Сережа, загляни в шкатулку, а я придумаю, во что их одеть.

Сергей пошел к столу, я полезла на антресоли, достала коробку с куклами. Сняла с трех кукол одежки и понесла к амфи. Наши гости все так же испуганно жались друг к другу.

— Вер, шкатулка не открывается!

— Одень их, — я сунула Сергею кукольные тряпицы и взяла шкатулку.

Мне она не сопротивлялась — открылась сразу.

— Минкус! Ты где?

Номер был пуст, но в тот же момент открылась дверь, вбежал Минкус:

— Что-то случилось, Вера?

— Да, у нас тут незваные гости — трое маленьких амфи.

— Как они у вас оказались?

— Говорят — появились.

— Я сейчас, — сказал Минкус, вошел в стену в своем номере и вышел из стены в моей комнате.

Я же заметила в шкатулке на каблучках моих хрустальных туфелек что-то постороннее, присмотревшись, поняла — это оболочка икринок.

— Смотрите, они и правда появились у нас. В шкатулке! А потом, наверное, перебрались на халат, который я надела утром, не заметив их. С халата свалились вниз около комнаты и забрались в ящик. Я думаю, как щенки или котята, они искали, где спрятаться.

Сергей одел малышей, голубые человечки смотрелись очень смешно в кукольных платьях, но уже не мерзли и, видимо, перестали нас бояться.

— Что делать, Минкус?! Придумай же! Новорожденные амфи, их кормить надо!

— Я думаю, что все просто: сейчас берем каждый по одному и несем к их народу.

— А елка? Что я скажу родителям? Почему елку не украсила, игрушки не купила?

— Придумаем что-нибудь. Главное — донести их живыми к соплеменникам.

— Вер, он прав! Как говорит мой папа, проблемы надо решать по мере их возникновения.

— Серый, все мои проблемы уже возникли!

Я взяла в руки маленькое холодное тельце и почувствовала, что амфи прижимается к моей ладони. Мне стало его так жаль!