Всего за 20.14 руб. Купить полную версию
Головы тем временем, повернувшись друг к другу, что-то без остановки бубнили. Наконец они пришли к какому-то решению.
— Эй, — окликнула Ивана средняя голова, — мы согласны.
— Поступить на службу? — подошел ближе Иван.
— Да, — кивнула голова, — только на наших условиях
— И какие они? — поинтересовался Иван.
— Во-первых, — азартно начала перечислять голова, — в день по овце на каждую голову…
— Э… нет, — прервал увлекшегося Горыныча Иван. — Так не пойдет. Где ж на вас столько овец напасешься?
Тут же завязался ожесточенный спор, в котором приняли активное участие остальные головы.
— Уф, — вытер вспотевшее лицо Иван, когда после часа дебатов стороны сошлись на десятке овец в месяц. — Это все?
— Нет, — попытался отрицательно помотать головами Горыныч, но веревки не пустили.
— Что еще?
— Развяжи, — попросила средняя голова, — мы же вроде договорились…
Наступал самый скользкий момент Иванова мероприятия. Змея Горыныча все равно пришлось бы рано или поздно освобождать от пут. Вот только как поведет себя это чудище, очутившись на свободе?
— Я развяжу, — кивнул Иван, — Надеюсь, ты не наделаешь глупостей?
— Каких?
— Решишь, что синица в руках лучше журавля в небе, — ответил Иван. — Слопаешь меня и забудешь про договор.
— Да ты что?! — возмутился Горыныч. — Совсем за подлеца меня держишь?!
— Поклянись на всякий случай, — попросил Иван.
— Зачем?!
— А вдруг мы не договоримся…
Иван испытующе глядел на трехголового монстра. Он понятия не имел, чем клянутся Змеи Горынычи, имеет ли силу их клятва и клянутся ли они вообще. Но, судя по поведению стреноженного экземпляра, клятву эти мутанты все-таки давали. Вот только какую? Оставалось блефовать, надеясь, что Горыныч не в курсе полного незнания Иваном здешних обычаев.
— Клянусь! — торжественно произнес Змей Горыныч. — Клянусь, что не причиню тебе никакого вреда, и пусть силы огня и воды, земли и неба будут в том свидетелями!
После произнесения столь грозной клятвы Горыныч поднял все три головы.
— Доволен? — наконец спросил он, не дождавшись никакой реакции от своего мучителя.
Иван молча кивнул и направился к веревкам, уповая больше не на клятву, а на обещанных Змею овец.
— Во-вторых, — начал Горыныч, лишь только упали веревки, — ежегодный тридцатидневный оплачиваемый отпуск, в-третьих, надбавка за вредность в зимнее время, в-четвертых…
— Постой, постой! — прервал увлекшегося Змея Иван. — Какой отпуск? Какая надбавка?
— Отпуск — для улаживания личных дел, — несколько туманно пояснил Горыныч.
— Каких еще личных дел? — не понял Иван.
— Ты мужик или нет?! — возмутился Горыныч.
— А-а, — дошло до Ивана. — Так бы сразу и сказал, что по бабам надо.
Потом они долго спорили по поводу надбавки и сошлись на том, что Змею построят теплое укрытие на зимнее время.
— А что у тебя было в-четвертых? — вдруг вспомнил Иван.
— Премиальные, — нахально заявил обнаглевший Горыныч.
— Откуда ты только таких слов набрался?! — изумился Иван, — И за что тебе премиальные платить?
— Не думай, что ты один такой умный, — парировал Горыныч. — У нас тоже есть кому просветить… У меня одна знакомая, очень, кстати, аппетитная собой, — при этом глазки Змея замаслились, — работала в другом мире. И работала по контракту, — со значением произнес последние слова Змей, — где были оговорены все детали…
— Да какой тебе контракт, если ты неграмотный?! — хмыкнул Иван.
— Оскорбляешь, — обиделся Змей. — Да я тебе сто очков вперед дам по этой части… Забыл, что на камне читал?
— Ну и ну, — покачал головой Иван.