В этот момент Питеру повезло — допрос прервал телефонный звонок. Трубку взяла Кэт. — Алло?.. — послышался в трубке мужской голос. Кэтрин Пэккард произнесла голосом, в котором ее муж уловил нотки безразличия:— Слушаю вас…
В трубке послышалось:— С кем я разговариваю?.. — С Кэтрин Пэккард… — Вы продолжаете поиски?..
Кэтрин вздрогнула. — А откуда вам известно?.. — Известно…
Кэтрин попыталась по голосу определить, с кем же она разговаривает, но ей это не удалось — звонивший намеренно искажал голос; видимо, трубка телефона была обернута какой-то материей, потому что звуки были очень тусклыми, будто бы доносившимися издалека. — Что вы мне хотите предложить?..
В трубке послышался злорадный смешок. — Съездить на сушилку номер три… — Зачем?.. — То, что вы ищете — находится где-то там… Кэтрин решила во что бы то ни стало узнать, кто это звонит. — С кем я разговариваю?..
В ответ послышались короткие гудки.
Положив трубку, Кэтрин резко обернулась и пошла в сторону дверей.
Пит, подняв голову, окликнул ее:— Ты куда?..
Та бросила на ходу:— Не твое дело… — и вышла из комнаты…
Притормозив у сушилки номер три, автомобиль Кэтрин остановился. Хлопнув дверкой, миссис Пэккард решительным шагом направилась в сторону сараеобразного сооружения.
В любой другой ситуации она бы ни за что не поехала на ночь глядя неизвестно куда, она просто не стала бы разговаривать с неизвестным по телефону. Однако бухгалтерская книга — это было важно, и Кэт, плюнув на благоразумие, решила зацепиться за последнюю надежду ее отыскать.
Двери в сушилку, как правило, не запирались — там не было почти ничего ценного; кроме того, кражи в Твин Пиксе были редки. Открыв двери и пройдя в темное помещение, Кэтрин невольно поморщилась от острого бензинового запаха, ударившего ей в нос.
«Наверное, кто-то измазался в масляную краску и чистился бензином», — почему-то подумала она.
Включив свет, она вытащила из кармана маленький женский револьвер, который, отправляясь на лесопилку, прихватила с собой на всякий случай. Пройдя несколько шагов вглубь, она остановилась: к поперечной балке, подпиравшей потолок сушилки, была привязана какая-то женщина; лицо ее показалось Кэтрин знакомым.
«Где я могла ее видеть? — Подумала Кэтрин. — Кажется, она работает в закусочной Нормы?.. Впрочем, это сейчас не важно…»
Женщина, привязанная к балке, едва заметив вошедшую, принялась что-то мычать — говорить она не могла, так как во рту ее был кляп.
Подойдя поближе, Кэт внимательно посмотрела на нее и произнесла:— Извините, но я ничего не поняла из того, что вы мне сказали…
Привязанная, показывая глазами куда-то в угол, принялась вновь мычать что-то нечленораздельное. — Вы не могли бы говорить более внятно? — со скрытой издевкой спросила Кэт.
Поискав взглядом что-нибудь острое, она обнаружила небольшой топорик — наподобие того, которым лесорубы обрубают сучья. Освободив девушку от кляпа и перерубив веревки, Кэтрин, наконец, спросила:— Кто вы такая и что вы тут делаете?..
Та, указала рукой куда-то в угол, крикнула:— Сейчас взорвется!
И действительно, тотчас же небольшое устройство, на которое Кэтрин почему-то сразу же не обратила внимания, сработало: сперва зазвонил будильник, вмонтированный в приспособление, и тотчас же прозрачным синим пламенем загорелся фитиль. В мгновение ока огненная дорожка побежала от самодельной мины в сторону стен — буквально через минуту та оказалась объятой пламенем. Кэтрин, точно очнувшись, схватила недавнюю пленницу за руку и крикнула:— Бежим!..
Однако было уже поздно: высушенная древесина, щедро политая бензином, загорелась: огонь преградил путь к входным дверям. Кэтрин и Шейла бросились к опасному выходу, но тут внезапно перед ними рухнула крыша — обе оказались в западне… Огонь распространялся стремительно — спустя всего несколько минут с того момента, как сработало стоявшее в углу взрывное устройство, вся сушилка была объята пламенем. Дым ел глаза; стало нестерпимо жарко. Кэтрин, сорвав на ходу загоревшуюся было верхнюю одежду, попыталась прорваться сквозь огонь…
Пит, задремавший в кресле, проснулся от пронзительного воя пожарной сирены. Он вскочил, и, посмотрев в окно — из «Дома на холме» прекрасно просматривался почти весь Твин Пике, в том числе и лесопилка — пришел в ужас. Даже не обуваясь, в одних только домашних шлепанцах Пит выскочил из дому и, усевшись в свой старый раздолбанный автомобиль, который давно уже пора было отправить на автомобильное кладбище, понесся в сторону лесопилки. Он почему-то был абсолютно уверен, что его жена Кэтрин поехала туда.
Лесопилка пылала. Яркие языки пламени отражались в блестящих касках городских пожарников. Те, направив пожарные рукава на горящие сооружения, тщетно пытались потушить огонь — это делалось скорее для очистки совести; сухая древесина воспламенялась мгновенно, огонь вздымался на несколько десятков футов над самыми высокими крышами…
Заметив стоявшую неподалеку машину Кэтрин, Пит окончательно убедился в том, что его жена где-то неподалеку.
«А что, если она, — в ужасе подумал Пит; ему сразу же стало не по себе от этого предположения, — а что, если Кэтрин там?..»
В отчаянии он подбежал к начальнику пожарной службы и, стараясь перекричать рев пожарной сирены, заорал тому на ухо, показывая рукой на пылающие сооружения:— Там никого нет?..
Пожарник посмотрел на Питера как на ненормального. — Там никого нет?.. — повторил Мартелл свой вопрос. — Рабочая смена давно закончилась, — ответил пожарник, — думаю, никого… — А мою жену вы тут не видели? — прокричал в ответ мистер Мертелл. — Нет…
Питер, смотря то на пожарника, то на пылающую сушилку, лихорадочно соображал, что ему предпринять. Наконец, выхватив у пожарника пластиковую маску для защиты лица, он бросился в раскрытые двери горящей сушилки…
Глава 37
Беседа Дэйла Купера и Люси Моран по поводу правильной заварки чая. — Звуковые эпистолярии Даяне. — Покушение на Дэйла Купера.
За короткое время Дэйл стал в полицейском участке своим человеком. Гарри Трумен по-хорошему завидовал ему; Томми Хогг и Энди Брендон уважали и преклонялись перед ним; чувства Люси Моран можно было также охарактеризовать, как уважение, переходящее иногда в трепет…
Дэйл относился к секретарше шерифа со снисходительной улыбкой. Он прекрасно видел, что Люси изо всех сил стремится понравиться ему — об этом свидетельствовал и вишневый пирог, с появлением Купера появляющийся на столике в кабинете шерифа, и лучшие сорта чая и кофе, которые Люси, скорее всего, покупала за свои деньги… Кстати, по поводу чая у Купера произошла с секретаршей Гарри любопытная беседа, после которой Люси еще больше зауважала приезжего агента ФБР, хотя раньше ей казалось, что уважать Купера больше, чем есть — просто невозможно.
Сидя в вестибюле полицейского участка, Дэйл, попивая горячий чай, произнес:— Люси, вы превосходно его завариваете… Вы, наверное, пользуетесь поваренной книгой?..
Та отрицательно покачала головой. — Как ни странно, Дэйл, ни в одной из поваренных книг не указано этого.
Дэйл сделал еще один глоток. — Это тем более странно, тем более, что, во-первых, чай всегда являлся в цивилизованных странах одним из оплотов истинной культуры, а во-вторых, Люси, лучший способ его заварки является предметом бурных дебатов. — Допив чай, Купер предложил: — Люси, хотите, я расскажу вам о собственном способе правильной заварки чая?..
Та с интересом посмотрела на Дэйла. — Да…
Купер, повертев в руках пустую чашку, поставил ее на стол. — У меня есть не менее одиннадцати непреложных правил заваривания…
Люси удивленно подняла брови. — Ого…
Купер продолжал:— Чай должен быть или индийским, или цейлонским. Китайский чай обладает несомненным достоинством, которым не стоит пренебрегать — он довольно дешев, его можно пить без молока, но он недостаточно бодрит. От китайского чая не почувствуешь себя умнее, отважней либо просто оптимистичней. Каждый, кому случается прибегать к этим утешительным словам, которые, Люси, вы так часто произносите — «чашка отменного чая» — безусловно, имеет в виду чай индийский. Во-вторых, чай следует заваривать понемножку, то есть в заварном чайнике. Чай, заваренный в большой емкости, обычно безвкусен, — учтите это, Люси. Люси, дам вам хороший совет: выбросите ваш глиняный чайник; настоящий заварной чайник должен быть либо фарфоровым, либо фаянсовым. В серебряных чайниках чай заваривается хуже, и уж совсем плохо — в эмалированных. В-третьих, чайник следует предварительно подогреть, но не споласкивая, как это обычно делается, горячей водой. В-четвертых, чай должен быть крепким. На полный до краев чайник емкостью в одну кварту идет примерно шесть чайных ложечек «с верхом». Все настоящие ценители и знатоки не просто любят крепкий чай, но и с каждым годом любят заваривать его все крепче и крепче. В-пятых, чай нужно класть прямо в заварной чайник. Никаких бумажных пакетиков и мешочков, Люси. Кое-где, на чайник подвешивают ситечко, чтобы улавливать считающиеся вредными чаинки, на самом же деле, чайный лист можно поглощать в любом количестве, безо всякого ущерба для здоровья. Если чай свободно не плавает в чайнике, он никогда толком не заварится. В-шестых, Люси, надо вливать заварку в кипяток, а не наоборот. Но именно в кипяток — запомните это, Люси, потому что вода в момент слияния с заваркой должна по-настоящему кипеть, то есть чайник с кипятком нельзя снимать с огня. Правда, моя секретарша Даяна утверждает, что для чая годится только свежекипяченая вода, но я, честно говоря, не замечал особой разницы. В-седьмых, заварив чай, его непременно следует помешать, а еще лучше — как следует встряхнуть чайник, дав потом чаинкам осесть. В-восьмых… — Купер, заметив, что слишком увлекся, вопросительно посмотрев на Люси, спросил:— Извините, я еще не слишком надоел вам?..