Альф Рен - Фанки-идеи. Создание инноваций вне зоны комфорта стр 6.

Например, человек, работавший мясником, должен был использовать свой привилегированный доступ к мясу таким образом, чтобы обеспечить себе возможность получить другие товары, если ему хотелось выжить. Аптекарь, швея, рабочий автомобильного завода и служащий «Аэрофлота» — все делали то же самое. Каждый проворачивал небольшие (или большие) делишки для того, чтобы жить и получать хоть какую-то небольшую выгоду. И в итоге эта тайная, серая экономика (не путать с черным рынком!) стала поддерживающей структурой для плановой экономики — помогая ей выживать, несмотря на годы и десятилетия бездарного управления.

Иными словами, даже репрессивное советское государство не смогло уничтожить креативную экономику — и этот урок креативности стоит запомнить. Пусть рассказы о креативности для выживания не столь чисты и невинны, как истории о молодых предпринимателях, занимающихся свои делом ради радости и прибыли, серьезное восприятие креативности требует, чтобы мы приняли тот факт, что она может возникать в контекстах, которые нам неприятны.

В науке о предпринимательстве различают предпринимательство ради выживания и капитализацию новых возможностей на рынке.

Обычно для рекламы предпринимательства используют второй тип, ведь он связан с забавными, мотивирующими, успокаивающими историями. В них действуют люди, подвергающие что-то сомнению, внедряющие новшества и получающие за это щедрую награду. Напротив, предпринимательство ради выживания связано с людьми, которые просто тяжко трудятся и создают компании вынужденно. Скучно? Конечно. Не так стильно? Определенно. Но ведь такие примеры встречаются куда чаще и намного ближе к жизни, независимо от того, приятно их слышать или нет.

Я хочу подчеркнуть, что креативность наличествует всегда и везде, она — часть нашей жизни. Она поднимает голову во время войн, когда люди ищут способы выживания. Она проявляется в тюрьмах и лагерях военнопленных. Ее следы можно найти у наркоманов в темных городских переулках и в агентствах со старинными, до смешного чопорными названиями. И именно эта неослабевающая энергия, эта сила, пронизывающая всю человеческую деятельность, интересует и восхищает меня — а не прилизанные слайды, рассчитанные на послушную публику.

На самом базовом уровне креативность не связана с созданием ценностей или новаторством. Она не связана со знанием и его использованием. Креативность — это умение видеть потенциал в окружающем мире, открытость для возможностей. Конечно, одни из этих возможностей не столь приятны, другие неприличны и не предназначены для общественного потребления, а третьи вообще попадают в категорию «Х». Многие из них нельзя использовать в качестве мотивирующих историй в глянцевых журналах, но это не значит, что этих возможностей нет. Креативность проявляется во всем разнообразии человеческих действий (или в некоторых случаях — в бездействии) и включает в себя все решения, которые человек может изобрести, когда какие-то препятствия ограничивают его свободу. Таким образом, можно утверждать, что креативность не связана с тем, нуждаемся мы в ней или нет, — здесь просто нет выбора. Креативности плевать на наше желание или необходимость получить ее — она просто есть, даже если лишь тихо притаилась на заднем плане.

Постоянное и необходимое наличие креативности означает, что ее следует рассматривать не только в контексте того, что может быть сделано и создано, но и как материал для изучения невозможного и разрушительного. Йозеф Шумпетер, известный австрийский политэконом, прославился благодаря разработке понятия креативной деструкции. Тем самым он хотел сказать, что все творческие действия меняют мир, а значит, разрушают его. Следовательно, для понимания динамики творческого процесса следует рассматривать не только то, что ново. Шумпетер указал на связь креативности с изменениями, на то, что это процесс сложного взаимодействия между творением и разрушением. В такой ситуации контекст и предмет деструкции приобретают особую важность. Если сказать немного короче, нельзя рассматривать креативность как что-то исключительно приятноеи продуктивное или полагать, что все будет хорошо, если «работать с большей долей креативности». Креативность подразумевает изменения, в том числе и разрушения.

Именно поэтому при работе с корпорациями, желающими перемен и инноваций, я начинаю с оспаривания существующего положения вещей, а потом резко меняю позицию, требуя, чтобы компания обосновала свое стремление к изменениям. Как-то раз я консультировал небольшую, но весьма успешную компанию, оказывавшую консалтинговые услуги. Ее сотрудники хотели посвятить целый день работе над повышением степени креативности в целях превращения своей организации в более смелую и стильную. Мы проработали целый ряд техник развития креативности, обдумали набор лежащих на поверхности и скрытых возможностей, провели мозговой штурм. Было предложено множество идей, которые оказались весьма интересными. Людей переполнял энтузиазм, но в то же время чувствовалось в этом энтузиазме что-то неестественное, вымученное. Тогда я спросил у руководителей компании, почему они хотят изменить ее. Заметил, что многое из того, чего они хотят, уже имеется и готово к использованию. Многие из идей оказались связанными с индивидуальными мечтами — показатель того, насколько активно люди участвуют в жизни компании.

В целом мне показалось, что сила компании заключалась в корпоративной культуре и в воодушевленности, с которой сотрудники относились к работе. Говоря простыми словами, людям нравилось работать там, а в наше время это уже не мелочь. Поэтому я задал им вопрос: «Разве текущее положение дел недостаточно хорошо?». Выражение удивления на их лицах дало мне понять, что я был прав. Они никогда не задумывались над тем, что их стиль работы, их прекрасная культура, энтузиазм и есть все, что нужно для счастья. Я заявил, что изменения — несмотря на все промывание мозгов на тему их необходимости и пользы — могут повлечь за собой значительное число негативных последствий.

Иногда отсутствие изменений может быть самым умным шагом, который только можно предложить. С легким удивлением сотрудники фирмы согласились с тем, что я прав, и заявили, что были так убеждены в необходимости изменений и креативного выбора, что мой вариант — оставить все как есть — просто не приходил им в голову.

В этой маленькой истории есть два интересных момента. Первый: компания в своем стремлении сделать хоть что-то забыла подумать о том, что все и так хорошо, то есть мысль о том, что не нужно меняться, стала для них креативной невозможностью. Мы еще вернемся к этому понятию, так как оно очень важно для понимания различий между символической и реальной креативностью. Второй момент: компания не подумала обо всех последствиях креативности, вместо этого приняв «креативность» за ярлык всего, что, по их мнению, олицетворяет прогресс. Не воспринимая креативность всерьез, как процесс одновременно созидательный и разрушительный, эти люди решили, что красивые картинки в книгах о креативности являются их реальным содержанием.

Когда я задаю вопрос: «Почему креативность и что вообще такое креативность?» — это не только попытка спровоцировать дискуссию, но и вызов тому, что люди подразумевают, говоря: «Я хочу стать более креативным». Чего ожидаете вы от этого процесса? Наверное, чего-то вроде «интересных идей». Но если воспринимать креативность серьезно, нужно смириться с тем, что трение, сопротивление и разрушение тоже являются ее частью. Каждая великая идея несет в себе семя разрушения, и именно оно делает ее великой. Мы очень часто игнорируем этот аспект креативности, отказываемся замечать его, но это не значит, что его нет. Возможно, именно на этом аспекте нам стоит в первую очередь сфокусировать свое внимание.

Так о каком же типе творения мы говорим? Не о тех же вещах, которые нужны или хороши для нас именно сейчас — нет, следует быть объективными и открытыми в этом отношении. К большинству (а может быть, и ко всем) действительно креативным идеям люди во все времена относились с подозрением и страхом. Так почему в наши дни дела должны обстоять иначе?

Когда Интернет только появился, его не считали оригинальной идеей. Он воспринимался как пустая трата денег, глупая игрушка для одержимых чудаков и так далее. Люди, считавшие так, не были идиотами, они походили на вас и на меня, они стремились быть креативными, жаждали инноваций. Просто они не видели этого в Интернете, потому что искали нечто, соответствовавшее их представлениям о добром и великом. В чем мораль? Если вы нацелены на креативность, приносящую вам удовольствие, и думаете только о том, чего хотите прямо сейчас, вы, по сути, игнорируете реальный потенциал новых идей, делая себя менее креативным!