Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Ступая по скрипучему песку, Колин на мгновение задумался. Мозг начала сверлить одна мысль, от которой он отмахнулся ещё тогда, поглощённый изучением содержимого комнаты с оружием. Несомненно, город когда-то населяли люди. Этот факт подтверждали найденные вещи да и покойник за столом не оставлял простора для фантазии. Но почему тогда те строения, что сержант увидел, блуждая по улицам, никак не походили на человеческие дома? Знакомый биолог однажды показал, как ведёт себя человеческая клетка, подвергшаяся радиоактивному излучению и сейчас, взвесив все «за» и «против», Колин пришёл к выводу, что эти руины, как раз и напоминают ему метаморфозы, произошедшие с той самой клеткой. Словно огромная раковая опухоль поразила целый город. Но тогда назревал логичный вопрос, почему подвальные помещения не подверглись этой странной «мутации»? Хотя, увидев всего лишь один подвал, нельзя было судить об остальных.
За размышлениями, сержант не заметил окончания коридора и чуть было не сверзился с лестницы, в которую тот плавно перетекал. Замахав руками, как обезумевшая птица крыльями, он всё же сумел поймать равновесие и устоять, но факел едва не потух. Подождал, пока пламя разгорится по-новому и посветил вниз. Темнота. Ступени, сточенные тысячами ног, терялись за кругом света. Сводчатый потолок, выложенный массивными тёсаными плитами всё того же песчаника, был покрыт пятнами копоти чадящих факелов.
Не дожидаясь, пока догорит и этот факел, Колин нащупал ногой первую ступеньку и начал спуск. Лестница оказалась настолько длинной, что, считая выдолбленные неизвестными строителями ступени, сержант успел порядком утомиться и, уже после второй сотни интерес к подсчёту пройденного пути пропал.
В какой-то момент появилась мысль вернуться и, составив пирамидой ящики в оружейной, вылезти через пролом в потолке. Он даже всерьёз стал обдумывать какой ящик возьмёт первым, а какой поставит на него, но, вовремя вспомнив, сколько те весят, Колин стиснул зубы и решил продолжать спуск. Наконец, лестница упёрлась в пол, выложенный квадратной плиткой, а коридор, так и не расширившись, потянулся куда-то вглубь плотной, как вата, темноты.
У подножия лестницы, на стенах, нашлись кольца под факелы, одно из которых сейчас пустовало. Пристроив туда свой, сержант присел на последнюю ступеньку и скинул с плеч сумку. Нащупал в ней флягу, достал, поболтал, проверяя остаток, и закинул обратно — воды почти не осталось. Пламя на стене колыхнулось, на мгновение, погрузив подвал во тьму, и вновь разгорелось.
«Видимо факелы совсем усохли — как-то быстро выгорают, — подумал Колин. — Жаль их мало нашлось. Нужно бы и этот со стены прихватить».
Он встал, закинул сумку обратно на плечо и извлёк факелы из колец.
«В общем так, ещё один факел вперёд и если не найду ничего стоящего возвращаюсь к ящикам» — решил для себя сержант и зашагал по коридору.
Шагов через тридцать по левую руку обнаружилась арка дверного проёма и, держа факел на вытянутой руке, он вошёл в открывшееся помещение. Внутри, всюду, куда доставал свет, виднелись стоящие и лежащие бочки различной величины.
— Вот это да, — присвистнул Колин. — Не уж-то винный погреб?
Он подошёл к ближайшей бочке, немного отвернул краник и подставил руку под струйку тёмной тягучей жидкости. В воздухе моментально разлился приятный терпкий аромат. Колин слизал капли с ладони и вытер её о рубаху.
— Вкуснотища, — протянул он смакуя. — Это ж сколько оно здесь киснет? Эх, напиться бы, — сержант мечтательно зажмурился, — да нельзя. Иначе от жажды вообще загнусь.
Завернув краник, он пошёл вдоль бочек, отмечая здесь ту же странность что и в оружейной, и в коридорах. Нигде не было ни единой пылинки, а бочки и вовсе выглядели как новые. Обойдя зал по периметру, в углу напротив входа, сержант обнаружил невысокую дверь, которая оказалась заперта. Подошёл один из ключей в связке и перед ним открылась маленькая коморка, в которой так же оказались бочки, но покрытые какой-то выцветшей тканью.
— А здесь, судя по всему, более дорогое винцо, — протянул Колин, входя в комнатушку и водя факелом из стороны в сторону.
От его внимания не укрылись и большие глиняные кувшины, стоящие подле бочек. Напротив двери, скривился небольшой столик, а на нём в большом количестве были разбросаны какие-то свитки. Колин с интересом развернул первый, попавшийся под руку, но уже через мгновение разочарованно отбросил. Весь свиток оказался покрыт неизвестной вязью мелких закорючек, разобрать которые, он был не в силах.
Носок ботинка упёрся во что-то твёрдое и, посветив под стол, сержант обнаружил там небольшой кувшинчик, узкое горлышко которого было запечатано деревянной пробкой. Колин достал его на свет и принялся разглядывать. На пузатых боковинах потемневшего металла обнаружилась неглубокая чеканка, но разобрать рисунок не получилось, зато пробка поддалась без усилий, и в нос тут же ударил дурманящий запах крепкого алкоголя.
— Ого, — присвистнул сержант, — не иначе спирт.
Он капнул на ладонь, но жидкость оказалась розоватого цвета.
— Нет, не спирт, но что-то похожее.
Колин вернул пробку на место, поставил кувшин на стол и уже развернулся к выходу, как вдруг мозг пронзила ошеломляющая мысль — дезинфекция!
— Как же я мог забыть? Ведь совсем недавно читал.
Почти перед самым арестом, сержант прочёл о римских легионерах, которым в походах приходилось пить из болот и грязных луж. В целях дезинфекции, у каждого легионера на поясе была привешена ещё одна фляга с крепким вином. Стоило добавить треть его в любую воду, и она тут же обеззараживалась.
— А ведь мне самому скоро идти в лес, как тем же легионерам, — он скинул сумку с плеча и достал вторую флягу. — Придётся пожертвовать пустой ёмкостью, но здоровье дороже.
Сержант вздохнул и принялся переливать содержимое кувшина во флягу. Закончив, закупорил крышку поплотнее и закинул её обратно в сумку.
— Ну вот, надеюсь, теперь живот не скрутит в самый неподходящий момент. Дело осталось за малым, найти воду, — он хмыкнул и вышел из коморки. — Ладно, что там у нас дальше?
А дальше ему попалось ещё два таких же помещения с бочками, за той лишь разницей, что коморок с элитным вином в них не оказалась. За последним винным складом коридор поворачивал налево и, свернув за угол, Колин упёрся в деревянную дверь, обитую железными пластинами. Потолкав её несколько минут и даже ударив для верности пару раз плечом, сержант убедился, что дверь заперта. Вспомнив о связке ключей, он стал пробовать их один за другим, но когда ключи пошли на второй круг, бросил это дело.
— Выходит тупик, — разочарованно прошептал Колин. — Значит, придётся возвращаться и строить пирамиду из ящиков. Глядишь, если повезёт и не надорвусь — смогу дотянуться до потолка, — он смахнул со лба выступивший пот и, воткнув факел в кольцо у двери, сел на пол. — Ладно, сначала переведу дух, а потом пойду обратно.
Сержант достал флягу, пригубил, покатал тёплую воду по высохшему рту, сглотнул. Не утолив жажду и не получив никакого удовольствия, вернул ёмкость обратно.
— Ну что, пора возвращаться, — Колин уже стал привыкать разговаривать с самим собой. Человек, долго живущий в одиночестве, всегда старается говорить вслух просто, чтобы слышать свой голос.
Он, кряхтя, встал и, потянувшись за факелом, почувствовал, что что-то мешает вытянуть руку. Рванулся вперёд и тут же услышал сзади какой-то скрип. Сердце ёкнуло, но, обернувшись, сержант с облегчением понял, что это всего лишь лямки импровизированной сумки зацепились за ручку двери, а когда он дёрнулся, та слегка приоткрылась.
— И ведь не сообразил же потянуть, — посетовал на себя Колин. — Ладно, давай-ка поглядим, что у нас скрывается за этой дверью.
Как бы ни хотелось поскорее убраться из этого места, торопиться сержант не стал. Он вытянул кинжал из ножен, выставил острое лезвие перед собой и резко распахнул дверь. И тут же от страха едва не взлетел под потолок. Крыса величиной с кошку, или какой-то похожий на неё зверь, стукнувшись боком о его ногу, устремилась в сторону винных погребов. Сержант отпрянул от двери, выронив от неожиданности факел.
— Тьфу, чтоб тебя тьма сожрала! — выругался он, пытаясь унять выпрыгивающее из груди сердце. — Чуть было не обгадился как новобранец. Благо подштанники теперь можно легко заменить, — Колин издал нервный смешок.
Восстановив сердечный ритм, он поднял почти потухший факел, поджёг от него следующий и вставил затухающий в кольцо. Подождал, пока пламя как следует разгорится и посветил за дверь. Факел высветил кусок лестницы, уходящей куда-то вверх.
«Раз эта жирная тварь, едва не сбившая меня с ног, смогла сюда добраться, может это и есть путь на поверхность?» — задал себе вопрос сержант.
Мысль о выходе придала сил и, не задерживаясь, Колин стал решительно карабкаться вверх по ступеням. Примерно через полчаса прямая, как инверсионный след реактивного двигателя лестница, окончилась тупиком. Факел мигнул, и в то же мгновение окружающее пространство погрузилось во тьму.