И конечно, экономическая и политическая направленность романа, его сильное эмоциональное воздействие на читателей возмущали представителей большого бизнеса, крупных фермеров, словом, всех тех, чьи действия в романе подвергались уничтожающей критике. Как люди практические, они отдавали себе отчет в том, что с произведением литературы надо бороться печатным же словом. Уже через пару месяцев после выхода романа в свет была издана брошюра некоего М. Хартранфта "Гроздья радости: отрезвляющий и вдохновенный ответ Калифорнии "Гроздьям гнева" Стейнбека", в которой описывалось семейство сезонников, получившее собственную землю, денежную ссуду и прочие блага.
Вскоре вышла в свет другая брошюра - "Правда о Джоне Стейнбеке и сезонных рабочих" Дж. Т. Мирона. Автор утверждал, что, будучи сезонником, он ежедневно зарабатывал не меньше четырех долларов, а когда работы не было, жил на полном обеспечении хозяев. Он обвинял писателя в том, что в его романе "натурализм неистовствует, правда взбесилась от предубеждения и преувеличения, а экономические проблемы раздуты за границы рационального и реалистического мышления".
Однако обе эти брошюры не достигли своей цели. Газеты, журналы и радио публиковали свидетельства государственных чиновников, священников, профессоров-социологов, полностью подтверждающих правдивость нарисованной Стейнбеком картины. "Гроздья гнева" стали явлением общественно-политической жизни страны. По своему влиянию на общественное мнение его сравнивали с романом Гарриет Бичер Стоу "Хижина дяди Тома" и романом Эптона Синклера "Джунгли". В 1940 году Стейнбеку за роман "Гроздья гнева" присудили высшую литературную награду США Пулитцеровскую премию.
Злоключения Джоудов оказывали сильное эмоциональное воздействие на читателей прежде всего потому, что сами Джоуды ни на что особенное в жизни не претендуют. Их стремления просты и непритязательны возделывать землю и жить плодами рук своих. Но в том-то все и дело, что американский образ жизни лишает их и этого, казалось бы, такого бесспорного права на жизнь и труд на своем собственном клочке земли. Эта подлинная трагедия простых американских граждан показана в романе просто, даже буднично, как нечто неизменно существующее в стране хваленых "равных возможностей". Под пером писателя трагедия семейства Джоудов перерастает в подлинную американскую трагедию, отражая определенную тенденцию развития капиталистического общества Соединенных Штатов Америки.
Важно отметить, что годы, прошедшие после написания "Гроздьев гнева", мало что изменили в практике крупных американских монополий. В октябре 1982 года корреспондент ньюйоркского еженедельника "Пэрейд" писал о положении сезонных рабочих: "Формально с рабством в нашей стране покончено сто семнадцать лет назад. Но условия жизни скитающихся по чужим фермам тружеников мало чем отличаются от рабства".
Успех романа "Гроздья гнева" привлек к книге внимание деятелей Голливуда. По роману начали ставить фильм. Когда в стране поднялась кампания против книги, постановщики фильма наняли частных детективов и поручили им скрупулезно проверить, насколько описываемое в романе соответствует фактическому положению вещей. Мнение детективов было единодушным: действительное положение сезонных рабочих в массе своей еще хуже, чем это показано в романе. Однако кинофирма боялась открыто объявить, что она начинает съемки фильма "Гроздья гнева", поэтому было заявлено, что снимается невинная картина. под названием "Дорога номер 66". Но такое объявление вызвало поток писем, обвинявших фирму в трусости. Этим письмам вторил журнал "Клик", сомневающийся в том, что "окруженный цензорами, привыкший к всяческим запретам, Голливуд найдет в себе мужество правдиво воспроизвести страдания и нищету трагических героев Стейнбека".
Вышедший на экраны фильм во многом отличался от романа Стейнбека, хотя в общем он передавал дух книги.