Всего за 89.9 руб. Купить полную версию
Родион не собирался принимать на себя все грехи сильной половины человечества. Со своими бы разобраться.
– Не обобщай, сделай милость. И на меня не тяни. Я не женат, так что тебя никто в прелюбодеянии не обвинит. Со мной ты можешь поболтать совершенно безопасно. Или ты торопишься куда? На свидание, к примеру? К Степкиному аналогу? А электрошокер для самообороны у тебя есть?
– Какие там свидания! – она сердито перебросила косу назад, пропустив мимо ушей подначку про шокер. – Мне сегодня девки пообещали все волосенки повыдрать, ежели я еще с кем-то из станичных парней буду шашни крутить.
– Да неужто среди них такие смелые есть? – восхитился Родион. – Завидую! А ты что, отомстить им решила? С чего у тебя вдруг глазки огнем горят?
Дана внимательно посмотрела на него.
– А что, это мысль! У нас сегодня танцы, и, если я не появлюсь в клубе, все решат, что я струсила. А я пойду! С тобой!
Родион почувствовал, как неистово взвыли больные ребра.
– Я не умею танцевать! – поспешно заявил, понимая, что еще одной драки ему попросту не сдюжить.
– А мы не будет танцевать! – с мстительным видом заверила его Дана. – Мы будем ворковать!
– Это еще как? – Родион вдруг представил голубя, танцующего вокруг своей голубки. – Что я должен делать?
– Сидеть на скамейке и смотреть на меня телячьими глазами! Больше от тебя ничего не требуется. И не бойся, бить тебя я никому не дам!
– Спасибо тебе, защитница ты моя! – прочувствованно ответил Родион. – И чтоб я без тебя делал?
– Решено! – Дана вскочила с места. – Давай выметывайся, я сейчас у деда отпрошусь, и за тобой зайду! И оденься поприличней, в наш клуб в чем попало не ходят!
Родион отправился к себе, несколько обеспокоенный предстоящим вояжем. Чего еще выдумает эта неуемная деваха? Но делать было нечего. Хотя его впервые приглашали на свидание в столь бесцеремонной манере, но, тем не менее, ему был дан шанс. А уж он постарается превратить эту пародию в полноценное свидание.
От этой оптимистической мысли ребра стали болеть меньше, и он достал светлую рубашку и брюки.
– Если бы я знал, что в клуб нужно одеваться как пижон, захватил бы с собой смокинг. Но кто же знал, что здесь такой строгий дресс-код?
Минут через пятнадцать в комнату без предупреждения залетела Дана.
– Ты готов? Пошли скорее!
– И что, тебя Константин Петрович отпустил? – выразил сомнение Родион. – И какого лешего ты в мою комнату залетаешь без стука? Может, я тут в одних трусах бы ходил?
– Если б ты без трусов ходил, это было бы интереснее! Ты не забыл, что у меня двое братьев? Так что ничего нового в мужской конституции ты мне продемонстрировать не сможешь, и не пытайся. А дед меня отпустил. Правда, только после того, как узнал, что ты попросил меня сходить с тобой в клуб, потому что тебе скучно.
Если бы Родион сейчас что-нибудь пил, точно бы подавился.
– Я тебя позвал, потому что мне скучно?! Ну, и нахалка же ты!
– Да ладно тебе! Надеюсь, ты мои слова опровергать не собираешься?
Родион укоризненно сдвинул брови и вышел из дома. Жизнь становилась все увлекательнее и увлекательнее.
Дана вышла следом, и Родион обратил наконец внимание на ее вид. Скромное синее платье до середина колена с пояском сидело на ней так, как на иной не сидит дорогой бальный наряд. Волосы она уложила в низкий «бабушкин» узел, оголив длинную стройную шею.
Хороша девка, ох и хороша! – невольно подумал Родион. – За что мне такое наказание? – И вспомнил слова матери про эффект бумеранга. Неужели ему и впрямь вернется его бездушие? Не хотелось в это верить. К тому же то было не бездушие, а элементарный практицизм. Он не красно солнышко, всех не обогреет.
Будто нарочно усугубляя его страдания, Дана по-свойски взяла его под руку, и они дружной парой отправились в клуб. Родион при свете дня здесь еще не был, и принялся внимательно его рассматривать. С одной стороны у клуба был небольшой кинозал, гордо называемый кинотеатром, где Родион смотрел «Гусарскую балладу», с другой собственно клуб с танцплощадкой, по летнему времени расположенной на улице.
Как водится, музыка гремела, и Родион посочувствовал тем станичникам, чьи дома находились неподалеку. Стремительно, по-южному, смеркалось. Пренебрежительно задрав нос, Дана уселась на скамейку под самым фонарем, чтоб всем их было видно. Родион понял, что она решила дать бой местным неприятельницам.
Воспользовавшись моментом, взял ее за руку и принялся играть тонкими пальчиками. Лучезарная улыбка Даны несколько померкла, и она посмотрела на него с угрожающим намеком. Он близко склонился к ее ушку.
– Ты что, решила мне леща отвесить? Не советую! Сама велела за тобой приударить! Так что я только выполняю твое указание.
Она мило улыбнулась, и ответила так же тихо:
– Все хорошо в меру! Если ты вздумаешь намекать на какой-то там интим, то получишь у меня! Я не посмотрю, что ты больной и увечный!
Родион не выдержал и расхохотался. Ребра тут же отозвались укоряющим стоном.
– Не смеши меня, Данка! И без тебя ребра болят, и ты еще со своими шуточками! Неужели нельзя посидеть спокойно?
К ним подошли сразу трое парней и позвали Дану на танец, не собираясь спрашивать разрешения у ее спутника. Родион счел нужным вмешаться:
– Парни, вы что, не видели, что мы пришли вместе? Так что это мне решать, будет она с вами танцевать или нет. А я против!
Парни переглянулись. Им ужасно хотелось проучить его как следует, но сдерживала неотвратимость наказания. Один из них, повыше, сумрачно посетовал:
– Если бы тебя Степка не потрепал, то мы бы показали тебе, какое ты имеешь право нашими девчонками командовать!
– Очень хорошо, – любезно согласился Родион. – Признаю, что на данный момент я и в самом деле не в форме. Так что как-нибудь потом. До встречи!
Судача о нахальстве разных пришлых, парни вынуждены были удалиться, и Дана дала выход своему гневу:
– Какое ты имеешь право указывать мне, могу я танцевать или не могу?
Родион непритворно удивился:
– Я что-то не пойму, для чего ты меня сюда притащила? Если я здесь выступаю в роли твоего ухажера, то чем ты недовольна? Когда это нормальные парни сидели и смирно наблюдали, как с их девчонкой танцуют другие? Вот тот же Степка это бы стерпел?
Дане пришлось признать, что нет.
– Вот видишь! Какие ко мне могут быть претензии?! До чего ты непоследовательная девица! Давай уже что-то одно решай!
Посмотрев вокруг и увидев подозрительные и завистливые взгляды сердитых девчонок, Дана приободрилась.
– Ладно, буду делать вид, что по уши в тебя втрескалась! Только не вздумай, что это всерьез! – и она вдруг улыбнулась ему так светло и ласково, что у бедного Родиона затрепыхалось сердце и зашумело в ушах.
Он рассеянно посмотрел вокруг, не зная, за что зацепиться взглядом, чтобы стряхнуть это наваждение. Окрестные парни смотрели на него волком, и он их вполне понимал. Дана была краше всех знакомых ему девчонок. А уж выбор у него был велик. Но никто из них не влез ему в печенки так глубоко, как эта вреднющая девица. Со вздохом предложил:
– Пойдем, потанцуем? Раз уж я всех твоих кавалеров отвадил. Но, чур, без прыжков. Потопчемся на одном месте, как это сейчас принято.
Но не успели они выйти на площадку, как заиграли вальс.
– До чего же Тамарка подлая! Наверняка это она вальс поставила, чтобы я не танцевала! – Дана сердито сдвинула брови и принялась высматривать нарушительницу ее планов.
– А какая разница? Вальс или не вальс? – Родион решительно обнял ее и повел в стремительном танце.
Дана закружилась со счастливой улыбкой на губах.
– Ух ты! Здорово ведешь! А говорил, что танцевать не умеешь! Почему ты все время врешь?
– У тебя учусь, дорогая. Ты же правды тоже никогда не говоришь!
– И опять врешь! Я самый правдивый человек на свете!
– Бесспорно! Как барон Мюнхгаузен! На какое время у тебя сегодня подвиг запланирован? Или ты сегодня его уже совершила?
Дана засмеялась. Ей не хотелось препираться, хоть это и было весело. Ей хотелось кружиться и кружиться под легкую невесомую музыку. Ей было на редкость уютно в руках Родиона, и она пожалела, что это ненадолго.
Вальс стих, и они вернулись на свое место под пристальными взглядами окружающих. Снова заиграла музыка, на сей раз прыгающий групповой танец. Родион усадил даму на свое место, сел рядом.
– Здорово больно? – сочувственно спросила Дана.
Родион глубоко вздохнул. К его удивлению, боль едва чувствовалась.
– Нет, все в порядке. А ты заметила, что вальсировали мы одни? Никто больше на площадку не вышел.
– Нет, не заметила. Я боялась сбиться с ритма. И что, все на нас пялились? – Дана решила, что это очень приятно.
– Пялились. Мы с тобой красивая пара. И танцевали хорошо.
К ним подбежала габаритная дама в темно-бардовом брючном костюме, с такого же цвета розой в волосах, делавшей ее похожей на знойную испанку из фильма «Фламенко».