Всего за 209.9 руб. Купить полную версию
Филька крутанул колесико. Прыгающий синеватый огонек осветил влажные стены. Подняв руку над головой, Хитров разглядел каменные своды, легко выдержавшие тяжесть рухнувшего дома. Да, замурованы они капитально. До потолка метра три, а сверху еще и завал.
– Не держи так долго! Зажигалка нагреется и лопнет! – предупредил Мокренко.
– Да не трясись ты! Сам знаю!
Дав корпусу зажигалки остыть, Хитров занялся поисками лопаты или лома. Бесполезно. Ничего похожего на лом в подвале не обнаружилось, части же лестницы оказались слишком прочно скреплены между собой, чтобы их можно было использовать.
– Здесь что-то есть! Иди сюда! – вдруг крикнул Мокренко, забредший в дальний угол подвала.
Филька подбежал к нему и осветил длинный железный ящик, несколько раз обмотанный цепью. Крайние звенья цепи смыкались здоровенным старинным замком.
– Ух ты, солидно! – выдохнул Хитров. – А внутри что?
– Не знаю. Может, оружие или инструменты.
При виде ящика оба приятеля приободрились, вот только замок их смущал.
– Умели раньше делать замочки! С таким нырнешь – так и не вынырнешь! – с уважением сказал Филька.
– Погоди. Вот тут цепь вроде проржавела... Сейчас мы ее!
Петька, порывшись в сумке, извлек полотно от ножовки и после долгой возни перепилил цепь.
– Мне памятник надо поставить, такой я запасливый! – заявил он самодовольно.
– Ага, запасливый... Узнай трудовик, что ты стырил у него новое полотно, он бы тебе поставил памятник. Под глазом, – уточнил Филька.
– Детей бить нельзя... У нас эти, как их, права ребенка... Чего копаешься! Ух, ну и тяжелый же! – засопев от натуги, Мокренко приподнял край железной махины, а Хитров вытащил из-под ящика разомкнутую цепь.
– Готово! – сказал он и, взглянув на друга, быстро откинул крышку.
А еще спустя мгновение страшный вопль обоих приятелей заставил содрогнуться стены подвала.
Глава 2 ПЕРЧАТКА, СЕКИРА, ЧЕЛЮСТЬ И ЖЕЛТЫЕ БОТИНКИ
1В железном ящике лежал высохший мертвец, одетый в черное пальто с блестящими пуговицами. На нем были желтые ботинки. На груди у него лежала большая черная кожаная перчатка. В правой руке мертвец сжимал черную секиру.
Зажигалка в руке у Фильки дрогнула. Ему почудилось, что мертвец раздвинул губы: во рту у него была железная челюсть.
– Давай крышку! – крикнул Хитров.
Приятели ухватились за крышку, чтобы набросить ее на ящик, но та внезапно треснула в их руках и распалась на четыре части. В ту же секунду валявшаяся на полу цепь истлела и рассыпалась чешуйками ржавчины.
Глаза у мертвеца открылись и с выражением злобной насмешки уставились на ребят. Лежавшая у него на груди перчатка пошевелила указательным пальцем, подзывая их подойти поближе.
– Я упырь Хватало-Растерзало. Сегодня после полуночи я убью вас и выпью вашу кровь, – прощелкала железная челюсть во рту у мертвеца.
– А-а-а-а-а!!!
Заорав, Мокренко с Хитровым кинулись в противоположный угол подвала. Здесь Филька еще раз щелкнул зажигалкой, газ в которой уже почти кончился. Внезапно он заметил, что огонек сильно отклоняется влево. Сквозняк!
– Тут можно выйти! – крикнул Филька.
Мертвец в гробу сипло захохотал.
Трясясь от ужаса, приятели, мешая друг другу, бросились разгребать доски. Открылся широкий лаз, уходивший под стену. Филька нырнул в него первым, за ним – Мокренко. Им было уже все равно, куда он ведет. Вначале ход шел вниз, а потом, обогнув фундамент дома, стал забирать наверх. Он был сырым и склизким, зато по нему спокойно можно было пробираться на четвереньках.
Филька торопливо полз по глинистому ходу. В ноги ему то и дело упиралась голова пробиравшегося сзади Петьки.
– Ползи скорее, а то догонит! – пугливо шипел Мокренко.
Внезапно Хитров больно стукнулся лбом о камень. Уперевшись ногами в стенки тоннеля, Филька что было сил толкнул камень. В глаза ему ударил яркий солнечный свет. Из последних сил он выбрался наружу и упал на живот. Они лежали в крапиве на территории завода. Камень, который они отвалили, был старой могильной плитой.
2«Я спятил! Ничего этого не может быть. Вот я сейчас себя ущипну, и все исчезнет», – размышлял Филька, с тупой сосредоточенностью разглядывая листики крапивы. «Ишь ты, какие пушистые, я и не знал, что у нее такие листы», – думал он как-то параллельно первой мысли.
– Ты чего разлегся? Сматываемся! – крикнул ктото.
Филька вздрогнул. Подняв голову, он осознал, что здесь не один, а рядом с ним – Мокренко. Тем временем Петька подпрыгнул и, ухватившись за край забора, задергал ногами, пытаясь подтянуться.
– Ты куда?.. Погоди! – крикнул ему Филька.
Так и не сумев подтянуться, Мокренко мешком свалился вниз.
– Чего это я буду ждать? Пока Хватало-Растерзало вылезет и выпьет у нас кровь? Типа, вы не беспокойтесь – мы тут рядышком подождем? – поинтересовался он.
– Он в гробу. Упыри только ночью выходят, – заявил Филька, заваливая ход, из которого они только что вылезли, камнем.
«Как странно! Еще двадцать минут назад я не верил в упырей, а теперь почему-то воспринимаю все как должное!» – удивился он мельком.
– Думаешь, Хватало-Растерзало – упырь?
– Иди визитку у него попроси. Давай нагребем побольше камней, чтобы он не выбрался, – предложил Филька.
– Бесполезно, все равно раскопает. Видал, какие у него когти?.. Теперь понятно, куда пропадали люди, которые ночевали в заброшенном доме. Представляешь, ты спишь, а тебе на плечо такая лапища: «Будьте моим добровольным донором!» – сказал Мокренко, помогая приятелю подтаскивать к ходу камни.
Когда сверху образовалась уже целая куча камней, Филька уселся на нее и перевел дыхание.
– Теперь не вылезет. Мы тут целый курган навалили, – сказал он.
– Ага, – согласился Мокренко. – Только давай еще вон тот камень подвалим, последний.
Друзья подцепили последний камень, отвалили его и оцепенели. Под камнем лежал маленький череп. Оба колена у Мокренко опять запрыгали, а вместе с ними запрыгал и подбородок.
– О... о... о...
– Спасибо, что убрали камень – хоть солнышко теперь на меня упадет. Сто лет под камнем лежал – солнца не видел, – перебивая его, сказал вдруг маленький череп.
– О-откуда ты з-здесь взялся? – испуганно выговорил Петька.
– Меня убил Хватало-Растерзало, когда я сбежал из дома и решил переночевать на кладбище. Скоро Хватало-Растерзало убьет и вас. Напрасно вы выпустили его из железного ящика, – меланхолично пояснил маленький череп.
– Не убьет. Дом снесли, а ход мы завалили камнями. Он замурован в подвале, – сказал Петька.
Маленький череп едва слышно засмеялся.
– Хватало-Растерзало не боится камней. У него есть Черная Секира, которая разобьет любые камни.
Филька посмотрел на маленький череп и подумал, что у взрослого не могло быть такого.
– Слышь, парень, того... Помочь-то тебе как-нибудь можно? – спросил он.
– Мне уже ничем не поможешь, пока Хватало-Растерзало цел. Но за то, что вы пожалели меня, я открою вам тайну, – растрогался маленький череп. – Запоминайте! В первую ночь, ровно в двенадцать часов, Хватало-Растерзало пришлет к вам Черную Кожаную Перчатку, и она станет вас душить. Во вторую ночь, тоже в двенадцать, он пришлет Желтые Ботинки, и они станут вас топтать. Если вы и тогда уцелеете, он пришлет к вам Железную Челюсть, которая будет вас грызть.
– А если мы и челюсть победим? – поинтересовался Мокренко. Здесь, на поверхности, он чувствовал себя значительно увереннее, чем в подвале, когда из распахнутого ящика на них глянуло лицо мертвеца.
– Это невозможно. Никто никогда не побеждал еще Черной Перчатки, Желтых Ботинок и Железной Челюсти, – сказал маленький череп.
– Ну, а если все-таки?
В пустых глазницах маленького черепа что-то иронично сверкнуло.
– Тогда Хватало-Растерзало пришлет к вам Черную Секиру, и уж она-то достанет вас и из-под земли. А уже потом придет сам Хватало и выпьет вашу кровь, сожрет ваше мясо, перетрет ваши кости... – заученно забубнил череп.
Филька похолодел.
– А чего нас-то? Мы-то чё, самые рыжие? Других он что, не может сожрать? – заныл Мокренко и, покачиваясь туда-сюда, самозабвенно забормотал: «Чё я? Я ничё... Ничё я, а я-то чё?» Бормотать так у Петьки был огромный опыт, особенно в школе, когда приходилось отбрыкиваться от всевозможных поручений.