Вместо ответа – громыхнул взрыв, и разом – погасло электричество. Потом – еще один…
Четыре новейших турбовинтовых штурмовика Болтон-Пол с толкающим винтом в хвосте и необычной, сильно выдвинутой вперед кабиной – появились над горами спустя четыре часа после того, как потерпел катастрофу направленный на разведку вертолет. В качестве вооружения – у них были по двенадцать неуправляемых реактивных снарядов – по шесть под каждым крылом и по носовой счетверенной двадцатимиллиметровой пушке. Эти самолеты – могли нести больше вооружения, в частности – брать на подвески сто и пятисотфунтовые бомбы – но здесь бомбовой загрузкой пришлось пожертвовать ради дальности полета. Под фюзеляж, вместо пятисотфунтовой бомбы – техники КВВС подвесили сбрасываемые топливные баки.
Скользнув над горами – самолеты красиво разошлись двумя парами в полной уверенности, что ПВО здесь нет и отстреляться можно будет – как на полигоне в Боскомб-Дауне[45]…
Никаких сомнений у Велехова не было – налет. Кляня себя за непредусмотрительность – надо было уходить из крепости к … матери – он пнул дверь, ведущую в коридор.
– Тащи его! Пошли!
Все-таки – армейское прошлое казаков давало о себе знать: они понимали, что при авианалете оставаться внутри помещений смертельно опасно. Любое здание есть цель для налета, летчику – гораздо проще прицелиться по зданию, чем по рассредоточенной живой силе. Поэтому при налете – покидай здание, отбегай от палаток, от колонны, падай на землю. Если есть окоп – отлично, тогда в окоп. Так – выживешь, помрешь, только если прямо в окоп попадут, что почти невозможно. А здание, даже каменное – защита при налете ненадежная, только так сложится, случись бомбе попасть…
Они выскочили на улицу – Велехов, и за ним переводчик. Все ходило ходуном, пара самолетов атаковала крепость, еще пара – какое-то место за ее пределами, вполне возможно, что и место падения вертолета. Казаки огрызались, отвечали из крупнокалиберного пулемета…
– Прекратить огонь! – заорал Велехов – всем в окоп!
И сам – бросился к окопу, настигаемый воющим визгом моторов…
Британские штурмовики – отработали на пять баллов, спасая то, что еще можно было спасти в такой ситуации.
Это были отличные машины, лучшее из всего, что могла дать британская оборонная промышленность. Они отрабатывались позже всех и представляли собой творческую переработку Юнкерса-87, который отлично проявил себя и в Африке, и на Ближнем Востоке[46]. Кабину вынесли максимально вперед, для того, чтобы улучшить обзор летчика, а мотор – отнесли назад дабы защитить его от попаданий. Штурмовик вооружили бомбами и новым противотанковым средством британской оборонной промышленности – ракетными снарядами, которые могли быть либо осколочно – фугасными (это против пехоты), либо с кумулятивной головкой. За одно пикирование – штурмовик выпускал от трех до шести ракет – таким образом, он мог поразить за вылет два – четыре танка, причем в наиболее незащищенное их место – в крышу[47]. Отставало, конечно, пушечное вооружение – британцы никак не могли освоить что-то наподобие пулемета Леймбергера, системы Эрликон или пулемета Владимирова. Но для этих условий – почти полигонных – и четырех двадцатимиллиметровок хватало…
Поняв, что вертолет сбит – самолеты разошлись и два из них – атаковали место, где лежал сбитый вертолет, превратив его реактивными снарядами и огнем пушек в филиал ада на земле. Они атаковали со всей яростью, мстя за погибших товарищей. Даже то, что у сбитого вертолета были гражданские, просто любопытствующие люди – их не остановило. Два других самолета – обрушились на крепость, поливая ее огнем…
Но ярость их – была хоть и страшна, но при этом недолга. Только в синематографе – самолеты часами сражаются, летают, поливают друг друга огнем. В реальности – налет штурмовиков заканчивается через две – три минуты. Боезапаса носовых орудий – хватает на два – три захода, не более, за это же время – можно использовать все реактивные снаряды. И все – больше ничего нет. К тому же – каждый пилот, действующий над вражеской территорией знает, что в любой момент может появиться истребитель или истребители – и тогда все поменяется с точностью до наоборот, тогда уже они будут жертвами. Британцы знали – что русские держат на границе дальние, барражирующие истребители и без колебаний – пускают их в дело. Так что британцы, отстрелявшись, поспешили убраться восвояси…
Казаки поднимались с земли, матерясь последними словами – услышь кто такое в станице, и не миновать порки. Они отделались на удивление легко – крупной потерей был только расчет крупнокалиберного пулемета. Точным попаданием РСа – двоих казаков разорвало на куски, еще один случайно погиб, не найдя подходящего укрытия и двое или трое были ранены. Остальные – переждали налет в окопах и рвах и остались целы – хотя и злы. На налет четырех штурмовиков, да при отсутствии ПВО.
Поднялся из окопа, заполненного едва присыпанными землей трупами и Велехов. Рядом – ворочался переводчик, прикрывавший собой пленного. Казак – прикрывал своим тело англичанина – даже не получив приказа, не задумываясь…
– Ну-ка, подними его…
Когда приказ был выполнен, Велехов, глядя прямо в глаза англичанину, спросил
– Ну? Сколько нам на кошт полагается, за то, что мы тебя от твоих же спасли…
И занес руку – да не ударил. Слишком сильно оказалось – то самое, русское, христианское. Это англичане – считают своих врагов не совсем людьми, тех же казаков – дикарями. А у русских – и у казаков – все по иному, всякий человек – суть сын Божий. И ударить раненого, не способного тебе ответить – не моги…
– Раненым оказать помощь. Рассредоточиться, всем свободным от постов – рыть укрытия. Выйдите на связь с армейскими, сообщите – у нас есть раненые и пленный. Нуждаемся в эвакуации…
К вечеру – снова появились самолеты. Но теперь – уже свои…
Четыре истребителя – длиннокрылых, непривычного вида, с винтом в хвосте – встали в круг, прикрывая от возможного появления англичан. Старенький, но еще ходкий Юнкерс с большими покрышками – лаптями шасси, позволявшими садиться на неподготовленные поверхности – пошел на посадку…
Средних лет человек в форме летного техника ВВС без знаков различия, загорелый, бородатый и неприметный – задал пленнику несколько вопросов на английском языке, ни на один из которых не получил ответа. Но судя по выражению глаз – раненый понял все до последнего слова. Поняв, с кем имеет дело, офицер махнул рукой – грузите. Вместе с британцами – грузили и раненых казаков. Еще три человека из числа прибывших – направились к месту, где находились детали сгоревшего британского вертолета, которые Велехов предупредительно приказал собрать – еще до налета.
Велехов курил в сторонке, когда к нему подошел офицер. Поморщился, разгоняя рукой дым.
– Молодец, казак… сказал он – хвалю
Велехов ничего не ответил.
– В материальной помощи не нуждаешься?
– Отчего же нет, нуждаюсь…
Офицер достал блокнот, ручку – непроливайку.
– Пиши.
Велехов, не долго думая, начал писать. Закончив вторую страницу – протянул блокнот офицеру. Тот глянул, присвистнул
– Солидно.
– Сами спросили, в материальной помощи не нуждаюсь ли. Господин полковник
Офицер улыбнулся
– Ну, до полковника не дотянулся еще. Хотя недолго осталось. Столько конечно не дам – но и не обижу. Завтра жди подарков.
– С неба?
– Ага. Как костры разжигать, знаешь?
– Знаю.
– Ну, вот и добре. Удачи, казак…
– И вам не хворать…
– Еще, запоминай позывной: Котел – двенадцать.
– Котел – двенадцать – повторил Велехов
– Точно. Это позывной нашего штаба. Если добьешь, обзовешься – ничего не гарантирую, но попытаюсь помочь, чем смогу.
– Благодарствую.
– Нехае за что. Воюй, казак…
На следующий день, рядом с крепостью – они разложили три костра, использовав найденное в крепости тряпье и наломанные сучья кустарников. Полили керосином. Услышав прерывистый гул Юнкерса в небе – разожгли…
Пилот, заложив вираж, и сбросив несколько транспортных парашютов – ушел направлением на северо-запад, в сторону столицы Йеменского королевства Саны. Аэродром базирования – у него наверняка располагался где-то в пустыне.
Офицер не подвел, за языка расплатился щедро. Сбросил гранатомет-пулемет, причем новый, лентового, а не обойменного питания, два десантных ПТРД-41 с оптическими прицелами под 12,7x108 патрон[48], четыре пулемета Браунинг-Ижевский образца 1940 года с лентовым питанием, современных и действенных в горах, четыре снайперские винтовки Мосина. Ко всему боезапас, по несколько БК. Как не крути – а заплатил за пленного щедро, не обманул. Удачи ему…
ХарибМуттавакилитское королевство Йемен