Роберт Шекли - Место, где царит зло стр 6.

Архилох покачал головой.

– Нет, не мое дело вести в бой все войско. Командир отделения – вот моя должность. Могу командовать взводом. В крайнем случае полком. Но большая армия – тут я не справлюсь. Отдайте мне один из ваших атакующих отрядов.

– С удовольствием, – согласился Бодлер, – как только у нас появится такой отряд. Сначала нам необходимо найти человека, который поведет нас за собой. Военачальника необходимого уровня, умелого стратега, практичного и мудрого, сильного и уверенного в себе.

В этот момент дверь открылась, и в пивную вошел мужчина, одетый, как американец XIX столетия – длинная черная куртка, белый шейный платок и узкие брюки. Черноволосый, хрупкого телосложения, нервное лицо, скорее всего холерический темперамент.

– Простите, – начал незнакомец, обращаясь к собравшимся. – Не хотелось бы вам мешать, но мне намекнули, что здесь я найду мистера Бодлера.

Бодлер поднялся из-за стола.

– Я Бодлер. Что вы от меня хотите?

– Всего лишь поблагодарить за прекрасный перевод моих рассказов на французский язык.

Бодлер удивленно уставился на пришельца.

– Значит, вы…

– Да. Эдгар Аллан По, к вашим услугам.

Глава 17.

По был очень расстроен, потому что ему нигде не удалось отыскать Аннабель Ли. Он опасался, что она попала в Рай. Удача опять от него отвернулась.

Не только от тебя, старина. Подобные вещи происходят постоянно. Ты же знаешь историю, верно? Вот Абеляр, который до сих пор ищет свою Элоизу. Я встречал Франческу, тоскующую без Паоло, и Ромео, пытающегося найти Джульетту. Можно продолжать до бесконечности. Просто здесь такие порядки. Не подойдет ли какая-нибудь другая хорошая девушка?

У По это предложение вызвало отвращение. Однако Бодлер решил, что следует познакомить его со своими друзьями – Верленом, Малларме и Рембо.

– Сюрреалистам чрезвычайно повезло. Тут есть и парочка наших приятелей художников. А главное здание, как вы, наверное, догадались, построил Гауди. Вот человек, с которым я не имел удовольствия быть знакомым при жизни – Жоан Миро. Кстати, вон в том углу устроился Дебюсси. У нас свой клуб. Мы будем рады, если вы согласитесь к нам присоединиться, мистер По. Если только не захотите остаться со своими друзьями.

– С какими друзьями? Вы же знаете, они при жизни постоянно меня унижали. Готорн, Лонгфелло, Уитьер и вся их компания. Фенимор Купер сначала здесь со мной дружил, а потом увидел, как я смеялся, читая эссе Марка Твена "Литературные преступления Фенимора Купера" – возможно, самое изящное литературное обвинительное заключение. С тех пор он со мной не разговаривает.

– Кто такой этот ваш Марк Твен? – спросил Бодлер.

– Он стал известен уже после вашей смерти. Здесь я его не видел. Наверное, сидит в какой-нибудь тюрьме и рассказывает анекдоты.

– Нам бы он, возможно, пригодился. Должен признать, что мы попали в весьма трудное положение.

– А в чем дело?

– Нужно что-то срочно предпринять с де Садом и его Армией Освобождения Через Добровольное Принятие Боли. АОЧДПБ. Иначе…

– Да-да?

– Иначе мы потеряем сие уютное местечко, и нам придется сражаться и умирать самым отвратительным образом – как и всем остальным обитателям Ада.

По огляделся по сторонам и услышал шум сражения. Звуки доносились с экрана одного из больших телевизоров. В "Клубе убийц" всегда передавали самые свежие новости. Эдгар По изумленно уставился на экран. Тела людей разлетались в разные стороны, их смерть выглядела болезненной и отвратительной.

– Но что мы можем предпринять против де Сада? Если Сатана не в силах с ним справиться, какие же у нас шансы?

– Ну, Сатана, несомненно, способен с ним разобраться. Но он хочет, чтобы де Садом занялись мы. Иначе…

– Что?

– Для начала изгнание.

– Куда?

– Не имеет значения! Здесь единственное приятное место во всем Аду. Вы еще где-нибудь побывали?

– Нет, благодарю вас, – ответил По. – Но вполне могу себе представить.

– Мы хотим сохранить наш островок.

– И неудивительно.

– Вы нам поможете?

– С удовольствием, – сразу согласился По. – Я всегда мечтал жить в Париже. Что от меня требуется?

– Взять на себя командование нашей армией, – объявил Бодлер.

– Я боялся, что вы меня именно об этом и попросите, – сказал По.

– Боялись? Вы виргинец, мистер По, а в жилах жителей тех краев течет кровь воинов – дар земли своим сыновьям, рожденным на гасиендах, что окружены глубокими тенистыми оврагами, в которых рыщут индейцы.

По некоторое время смотрел на него, а потом заявил:

– Должен вам сказать, сэр, что хотя топография Виргинии довольно отличается в разных районах, оврагов там нигде нет.

– Я принимаю ваше уточнение, сэр.

– Однако виргинцы действительно весьма воинственный народ.

– Так я и предполагал, – кивнул Бодлер.

– Если вы серьезно предлагаете мне командование, – промолвил По, – то я принимаю его, хотя бы для того чтобы поупражняться в логических рассуждениях.

Глаза 18.

По все делал тщательно: качество, которое Бодлер в людях чрезвычайно высоко ценил. Он сказал, что намерен прибегнуть к логическим рассуждениям для разрешения проблемы, именно так и собираясь поступить. Он попросил и тут же получил отдельный кабинет, перья и пергамент (у них было слишком мало времени, чтобы учить его пользоваться компьютером или хотя бы объяснить, что компьютер собой представляет), запас настойки опия, вина и черного кофе. Затем писатель закрылся к кабинете, дабы обдумать ситуацию. Время от времени он звонил Бодлеру и задавал ему вопросы.

– Как вы называете штуки, которые летают по воздуху?

– Аэропланы, друг мой.

– Так. А танки – устройства, которые ездят по земле?

– Верно.

– Бомба, убивающая всех вокруг, а затем на многие годы отравляющая почву – атомная, правильно?

– Точно, – сказал Бодлер.

– Кажется, я во всем разобрался, – проговорил По.

Он вернулся к анализу внутренней ситуации. Попросил переключить телевизор на "Новости", которые должны были показывать в двадцать четыре часа. По слушал и быстро оценивал общую ситуацию. И наконец понял, что происходит. Чуть покачиваясь, направился к двери, открыл ее, вышел к дожидавшимся его поэтам-символистам, которые собрались в игровой комнате и даже сейчас, дожидаясь результата изысканий По, играли в бильярд.

– Теперь вы знаете? – спросил Бодлер.

– Найдите по-настоящему хорошего генерала. В Аду их полно.

– Кого бы вы предложили?

– Я плохо знаю современный мир. Раньше лучшим считался Александр. Неплохо, если бы удалось найти Юлия Цезаря или Ганнибала. Любой из них подойдет.

– Тут их нет.

– А кто же есть?

Они просмотрели список.

– Например, Леонид? Или Велизарий? А как насчет Роберта Ли или Гранта?

– У меня на примете есть подходящая кандидатура. Мы вместе сидели в Яме. Давайте, я вас к нему отведу.

И они отправились к Джеронимо.

Глава 19.

Сад сказал Мазоху:

– Просто бессмыслица! Как, говоришь, звучит их боевой клич?

– Сэр, они собираются изгнать зло из Ада.

– Чушь! Ад, по определению, место, где царит зло.

– Да, сэр. Они знают. И чувствуют, что должны подчиниться тому, с чем не в силах справиться, иными словами, обстоятельствам, в которых оказались. Однако они считают, что должны избавиться от человеческого зла, а не от демонического.

– Хотят избавиться от человеческого зла? В самом деле?

– Им кажется, будто во Вселенной и без того достаточно зла, а люди его только усугубляют.

– Сборище трусливых неженок! Почему, черт возьми, они не понимают простой истины: кроме того, что зло имеет моральное право на существование, оно еще и справедливо? Аппетиты, мой дорогой друг, должны быть удовлетворены любой ценой.

– Совершенно верно, сэр.

– А что может удовлетворить аппетит лучше, чем порка какой-нибудь беспомощной и невинной дамы, верно?

Оба радостно заулыбались.

Глава 20.

Лиззи Карден не была уверена, что согласна с ними. Она многому научилась у Сада. Когда она только прибыла в Ад, ее переполнял стыд. Лиззи действительно не могла точно вспомнить, что произошло в тот день, в 1878 году, в Фолл-Ривер, Массачусетс.

– Не обманывай меня, – сказал Сад. – Не имеет ни малейшего значения, помнишь ты или нет. Тебе прекрасно известно, что ты это сделала.

– Я не помню, но, наверное, действительно совершила то, о чем вы говорите.

– В любом случае ты не должна отворачиваться от своего поступка. Гордись чудовищностью содеянного, девочка! Любить родителей может каждый. Но только исключительная личность способна отбросить социальные условности, взять топор и сделать с ними то, чего они, несомненно, заслужили.

– А почему они заслужили смерть?

– Жертва всегда заслуживает смерти. Лишь тот, кто заслуживает смерти, становится жертвой. Несмотря на все возражения, жертву влечет к преступлению не меньше, чем убийцу. Они сообщники – убийца и жертва. Палач и осужденный. Способность наслаждаться болью других отличает нас от наивных существ, которые продолжают жить в согласии с природой, не ведая о том, что в мире существуют весьма изощренные удовольствия. Ты обладательница замечательной репутации, Лиззи, ты просто легендарная фигура. Пожалуйста, не перечеркивай всего этого покаянием, не отворачивайся от своего великого деяния только потому, что обстоятельства сложились не лучшим образом.