Всего за 79.99 руб. Купить полную версию
Сотрудница Радиокомитета N. постоянно переживала драмы из-за своих любовных отношений с сослуживцем, которого звали Симой: то она рыдала из-за очередной ссоры, то он её бросал, то она делала от него аборт… Раневская называла её «жертва ХераСимы».
* * *У Раневской спросили, не знает ли она причины развода знакомой пары. Фаина Георгиевна ответила:
– У них были разные вкусы – она любила мужчин, а он – женщин.
* * *– Лесбиянство, гомосексуализм, мазохизм, садизм – это не извращения, – строго объясняет Раневская. – Извращений, собственно, только два: хоккей на траве и балет на льду.
* * *– Вы не поверите, Фаина Георгиевна, но меня ещё не целовал никто, кроме жениха.
– Это вы хвастаете, милочка, или жалуетесь?
* * *– Если женщина идет с опущенной головой – у неё есть любовник! Если женщина идет с гордо поднятой головой – у неё есть любовник! Если женщина держит голову прямо – у неё есть любовник! И вообще – если у женщины есть голова, то у неё есть любовник!
* * *– Союз глупого мужчины и глупой женщины порождает мать-героиню. Союз глупой женщины и умного мужчины порождает мать-одиночку. Союз умной женщины и глупого мужчины порождает обычную семью. Союз умного мужчины и умной женщины порождает легкий флирт.
* * *– Если женщина говорит мужчине, что он самый умный, значит, она понимает, что второго такого дурака она не найдёт.
* * *Юноша с девушкой сидят на лавочке. Юноша очень стеснительный. Девушке хочется, чтобы он ее поцеловал, и она говорит.
– Ой, у меня щечка болит.
Юноша целует её в щечку:
– Ну как, теперь болит?
– Нет, не болит.
Через некоторое время:
– Ой, у меня шейка болит!
Он её чмок в шейку:
– Ну как, болит?
– Нет, не болит.
Рядом сидит Раневская и спрашивает:
– Молодой человек, вы от геморроя не лечите?
* * *– Почему женщины так много времени и средств уделяют внешнему виду, а не развитию интеллекта?
– Потому что слепых мужчин гораздо меньше, чем глупых.
* * *– Дорогая, сегодня спала с незапертой дверью. А если бы кто-то вошел, – всполошилась приятельница Раневской, дама пенсионного возраста.
– Ну сколько можно обольщаться, – пресекла Фаина Георгиевна собеседницу.
* * *Раневская возвращается с гастролей. Разговор в купе. Одна говорит: «Вот вернусь домой и во всем признаюсь мужу».
Вторая: «Ну, ты и смелая».
Третья: «Ну, ты и глупая».
Раневская: «Ну, у тебя и память».
* * *Раневская вспоминала, что в доме отдыха, где она недавно была, объявили конкурс на самый короткий рассказ. Тема – любовь, но есть четыре условия:
1) в рассказе должна быть упомянута королева;
2) упомянут Бог;
3) чтобы было немного секса;
4) присутствовала тайна.
Первую премию получил рассказ размером в одну фразу:
«О, Боже, – воскликнула королева. – Я, кажется, беременна и неизвестно от кого!»
* * *– Он относится ко мне, как к собаке, – жаловалась Раневская. – Даже хуже! У собаки есть меховое манто, а мне о нем приходится только мечтать.
* * *Расставляя точки над i, собеседница спрашивает у Раневской.
– То есть вы хотите сказать, Фаина Георгиевна, что он и она живут как муж и жена?
– Нет. Гораздо лучше, – ответила та.
* * *– Фаина Георгиевна, на что похожа женщина, если её поставить вверх ногами?
– На копилку.
– А мужчина?
– На вешалку.
* * *Великая русская актриса Александра Яблочкина пребывала в девицах до старости.
Как-то она спросила у Раневской, как, собственно, занимаются любовью. После подробного рассказа Раневской Яблочкина воскликнула:
– Боже! И это все без наркоза!!!
* * *– Моя любимая болезнь, – говорила Раневская, – чесотка: почесался и еще хочется. А самая ненавистная – геморрой: ни себе посмотреть, ни людям показать.
* * *Раневской делают операцию под наркозом. Врач просит её считать до десяти. От волнения она начинает считать невпопад:
– Один, два, пять, семь…
– Будьте повнимательнее, пожалуйста, – просит врач.
– Поймите, как мне трудно, – начинает оправдываться актриса. – Моего суфлера ведь нет рядом.
* * *– Этот доктор творит чудеса! Он буквально за минуту вылечил все мои болезни, – саркастически заметила Фаина Георгиевна после посещения врача.
– Каким образом?
– Он сказал, что все мои болезни – не болезни, а симптомы приближающейся старости.
* * *Раневская тяжело переживала смерть режиссера Таирова. У Фаины Георгиевны началась бессонница, она вспоминала глаза Таирова и плакала по ночам.
Потом обратилась к психиатру.
Мрачная усатая армянка устроила Раневской допрос с целью выяснить характер ее болезни. Фаина Георгиевна изображала, как армянка с акцентом спрашивала её:
– На что жалуешься?
– Не сплю ночью, плачу.
– Так, значит, плачешь?
– Да.
– Сношений был? – внезапный взгляд армянки впивался в Раневскую.
– Что вы, что вы!
– Так. Не спишь. Плачешь. Любил друга. Сношений не был. Диагноз: психопатка! – безапелляционно заключила врач.
* * *– Была сегодня у врача «ухо-горло-жопа», – сообщила Раневская опешившей соседке.
* * *– Склероз нельзя вылечить, но о нём можно забыть, – полагала Раневская.
* * *– Вот ваши снотворные таблетки, Фаина Георгиевна, этого вам хватит на шесть недель.
– Но, доктор, я не хотела бы спать так долго!
* * *Раневская изобрела новое средство от бессонницы и делится с Риной Зелёной:
– Надо считать до трех. Максимум – до полчетвертого.
* * *– Здоровье? Здоровье, это когда у вас каждый день болит в другом месте.
* * *– Я себя чувствую, но плохо, – отвечала Раневская на постылые вопросы о здоровье.
* * *– Фаина Георгиевна, вы опять захворали?! А какая у вас температура?
– Нормальная, комнатная, плюс восемнадцать градусов…
* * *На вопрос: «Вы заболели, Фаина Георгиевна?» – она привычно отвечала: «Нет, я просто так выгляжу…»
* * *У Раневской спросили:
– Как вы себя чувствуете, Фаина Георгиевна?
– Болит печень, сердце, ноги, голова. Хорошо, что я не мужчина, а то бы и предстательная железа заболела.
* * *– Фаина, – спрашивала её старая подруга, – как ты считаешь, медицина делает успехи?
– А как же. В молодости у врача мне каждый раз приходилось раздеваться, а теперь достаточно язык показать.
* * *– Когда я выйду на пенсию, то абсолютно ничего не буду делать. Первые месяцы буду просто сидеть в кресле-качалке.
– А потом?
– А потом начну раскачиваться…
* * *– Или я старею и глупею, или нынешняя молодёжь ни на что не похожа! – сетовала Раневская. – Раньше я просто не знала, как отвечать на их вопросы, а теперь даже не понимаю, о чем они спрашивают.
* * *В присутствии Раневской однажды зашел разговор о современной молодежи.
– Вы правы, – заметила Фаина Георгиевна, – сегодняшняя молодёжь ужасная. Но еще ужаснее то, что мы не принадлежим к ней.
* * *– Старость, – говорила Раневская, – это время, когда свечи на именинном пироге обходятся дороже самого пирога, а половина мочи идет на анализы.
* * *– Стареть скучно, но это единственный способ жить долго.
* * *– Старость, это когда беспокоят не плохие сны, а плохая действительность.
* * *Раневская сказала Зиновию Паперному:
– Молодой человек! Я ведь ещё помню порядочных людей… Боже, какая я старая!
* * *Подводя итоги, Раневская говорила: – Я родилась недовыявленной и ухожу из жизни недопоказанной. Я недо…
* * *Говорят, что этот спектакль не имеет успеха у зрителей?
– Ну, это еще мягко сказано, – заметила Раневская. – Я вчера позвонила в кассу, и спросила, когда начало представления.
– И что?
– Мне ответили: «А когда вам будет удобно?»
* * *– Я была вчера в театре, – рассказывала Раневская. – Актеры играли так плохо, особенно Дездемона, что когда Отелло душил её, то публика очень долго аплодировала.
* * *– Почему, Фаина Георгиевна, вы не ставите и свою подпись под этой пьесой? Вы же её почти заново за автора переписали!
– А меня это устраивает. Я играю роль яиц: участвую, но не вхожу.
* * *Раневская кочевала по театрам. Театральный критик Наталья Крымова спросила: