- Очевидно также, как со всеми, кто будет звонить. Если будет телефонный звонок, то я должна поднять трубку, записать фамилию звонившего и сказать, что мисс Ридли вышла или занята. И сразу же должна позвонить ему.
- Кто-нибудь уже звонил?
- Да, два раза.
- И он потом велел Еве ответить на звонки?
- Нет.
- А если позвонят повторно и спросят, почему Хелен не ответила на звонок?
- До сих пор никто не звонил. Если бы это случилось, то мистер Хайнс велел мне отвечать, что я передавала мисс Ридли сообщение, но она очень спешила к врачу и, наверное, позвонит оттуда.
- Хайнс дал вам номер своего телефона?
- Да. Это тот самый, что был напечатан в объявлении.
- А вы проверили, имеется ли он в телефонной книге?
- Проверила, но такого номера нет.
- Но, если он держит вас там отрезанными от мира, то как получилось, что вы разговаривали с Корой Фельтон и смогли придти сюда?
- Неужели вы думаете, что я позволила бы себя обдурить? Я вместе с Хайнсом поехала за своими вещами, и, когда я их забрала, Хайнс взял у меня вещи и вызвал такси. Когда я уже сидела в машине, он отвел таксиста в сторону и долго о чем-то с ним говорил, а потом дал ему деньги. Затем снял шляпу и сказал мне, что увидимся на квартире и что шофер знает, куда ехать. Как только мы тронулись с места, я сразу же спросила водителя, куда он меня везет. Он назвал мне наш адрес. Тогда я сказала, что хотела бы остановиться по дороге у телефона. На это он улыбнулся и ответил, что исключено. Сказал мне, что ему поручено не останавливаться и ехать прямо по указанному адресу. И что же оказалось? Хайнс сказал ему, что у меня в голове не все дома, и если бы я очутилась на улице, то не смогла бы потом попасть домой. Что последние два или три раза меня нужно было разыскивать при помощи полиции. Что я, правда, совсем безвредна, только у меня не хватает чего-то в голове, и что меня ни в коем случае нельзя выпускать, пока мы не приедем по указанному адресу. Потом шофер должен был еще присмотреть, чтобы я вошла в дом и направилась прямо в квартиру.
- И что вы сделали?
- Рассказала этому таксисту сказочку. Заявила, что это был мой зять, который всегда отмачивает шуточки, и что я надеру ему уши за это, как только вернусь домой. Потом я попыталась убедить водителя в том, как отлично ориентируюсь в городе. Назвала все улицы, по которым мы проезжали, и перечислила все повороты с того момента, как мы отъехали от дома. Это его, наконец, убедило, и он позволил мне выйти. Тогда я позвонила Коре. К счастью, она была дома и я ей все рассказала. Кора сказала, что, на всякий случай, если бы мои подозрения оказались правильными, лучше всего пойти прямо к вам. Она была уверена в том, что вы знаете, что со всем этим делать.
- А что вы об этом думаете?
Она посмотрела на него взглядом, полным снисхождения.
- Но ведь вы - адвокат. Разве вы не понимаете, что все это значит?
Мейсон покачал головой. Адела Винтерс ужаснулась.
- Это вовсе не Хайнс, этот тип. Он просто муж Хелен Ридли. Убил ее, избавился от тела, а теперь что-то придумал, чтобы все это дело не вышло наружу. Поэтому и платит нам с Евой, чтобы мы жили в этой квартире и чтобы все выглядело в порядке. Потом, спустя некоторое время, велит нам рассказывать, что мы уезжаем, и наконец мы запакуем вещи и уедем, заявляя всем, что уезжаем в Мексику или еще куда-нибудь.
- Всем, это значит кому?
- Ну, всем подругам Хелен Ридли.
- А не кажется ли вам, что если бы какая-нибудь подруга Хелен Ридли увидела Еву Мартелл, то сразу бы все поняла?
- Конечно же, поняла бы. Но, очевидно, у нее нет таких подруг, которые пришли бы к ней домой, заранее не позвонив. И тут начинается вся эта грязная работа. Он может объявить, что состояние здоровья его жены ухудшилось в Мексике, и что она умерла.
Мейсон кивнул, но в его кивке не было согласия. Он хотел таким образом прервать бесплодные рассуждения, и видно было, что он хочет сосредоточиться на самых существенных фактах. Но Аделу Винтерс нелегко было прервать.
- Я не такая уж наивная и не сегодня родилась. У этого человека есть ключи от квартиры, и он является хозяином. Знает, что где лежит, включая даже пару шелковых трусов. Двигается в этой квартире как у себя. Видно, что он жил там. Угробил эту мисс Ридли, и теперь ему нужно немного времени, чтобы избавиться от тела и придумать какой-то план действий. Для этого мы и нужны, чтобы он мог как-то из этого вывернуться.
- Тем не менее, - сказал Мейсон, хмуря брови, - есть в этом деле несколько пунктов, которые противоречат вашей теории. Прежде всего, почему он оставляет вокруг себя так много следов? Его можно выловить по объявлению в газете. Во-вторых, то, что знаете вы и Ева Мартелл, - добило бы его окончательно. Если уж он зашел так далеко, то теперь должен был бы постараться, чтобы и вы обе исчезли бесследно. И так быстро, как только вы дадите ему алиби, или что там ему нужно. Мне кажется, что более правдоподобной была бы гипотеза, что он только собирается убить Хелен и разрабатывает себе алиби - доказывая, что Хелен была дома, когда где-то в другом месте в это же самое время было совершено убийство. Но каким образом он мог бы это доказать?
- Послушайте меня, молодой человек! Вы можете поставить последний доллар на то, что здесь кроется убийство. Даже ее сумочка находится в доме.
Мейсон скептически поднял брови.
- Наверное, какая-нибудь старая сумочка, которой она не пользуется.
- Вовсе нет. Это ее собственная сумочка!
- Откуда вы знаете?
- В сумочке ее вещи.
- Какие?
- Помада для губ, пудреница, носовой платок, визитные карточки, кошелек с тремя долларами мелочью и кожаный футляр с дюжиной ключей внутри.
- Ключи от квартиры? - спросил Мейсон.
- Только один из них.
- От чего же другие ключи?
- Не знаю.
- А как они выглядят?
- Не думаю, чтобы эти ключи были от банковских сейфов, если вы это имеете в виду. Они выглядят как обычные ключи.
- Номер страхового полиса?
- Страхового полиса не было.
- Водительские права?
- Тоже не было.
- Мне кажется, что эта сумка была подложена умышленно.
- Это возможно, хотя лично я думаю, что нет. Говорю вам, что мисс Ридли убита. Это для меня так же очевидно, как то, что я здесь сижу. Вы, наверное, слышали о женской интуиции?
- Слышал, - ответил Мейсон с легкой гримасой, - но полиция об этом ничего не знает.
- Это чувство не покидает меня с тех пор, как я вошла в квартиру. Там чувствуется убийство, а Ева Мартелл и я играем роль дымовой завесы для убийцы. Вы адвокат и ответственный человек. Если вы мне скажете, что в том, что мы делаем, нет ничего противозаконного, то мы сможем оставаться там. Вы берете на себя ответственность…
- Минутку, минутку, - усмехнулся Мейсон. - Прежде всего, вы пришли ко мне только потому, что я разговаривал на улице с Корой Фельтон. У вас нет денег, чтобы платить адвокатам, и вы не намерены мне платить. Я не государственный чиновник. Если вы хотите быть уверены, что это дело чистое, то я рекомендовал бы вам обратиться в полицию.
Она снова нахмурилась.
- Хорошо бы я выглядела, если бы пошла в полицию и рассказала им о своих подозрениях. Интересно, для чего существуют адвокаты, если не для того, чтобы давать людям советы.
Телефон на столе Деллы Стрит зазвенел. Делла вопросительно посмотрела на Мейсона, а когда тот утвердительно кивнул, сняла трубку.
- Да, это секретарь мистера Мейсона… Кто? Ах, так… Добрый день… Да, да… Еще неизвестно… Прошу подождать у телефона.
Делла положила трубку на стол, вырвала из блокнота лист и написала на нем: "Звонит Кора Фельтон. Она очень нервничает. Хотела бы с тобой поговорить. Знает, что миссис Винтерс здесь".
Она подала листок Мейсону, тот прочитал, кивнул, поднял трубку своего телефона и сказал:
- Герти, переключи разговор Деллы на мой аппарат… Слушаю.
- Добрый день, мистер Мейсон, - голос Коры Фельтон был полон смущения. - Извините, что беспокою вас. Думаю, что это несущественное дело по сравнению с теми, которыми вы занимаетесь в своей практике. Но так как вы об этом уже знали и так как неофициально вы были в курсе… то я думала… Видите ли, я не знаю, в какое положение попала Ева… Сколько бы стоило, если бы мы попросили вас изучить это дело, по крайней мере настолько, чтобы знать, не совершает ли Ева чего-либо противозаконного?
- Думаю, что для вас это вполне реально, - сказал Мейсон, - по крайней мере, касательно финансового вопроса.
- Сердечно вас благодарю, мистер Мейсон, это было бы для меня громадным облегчением. Правда, я верю, что тетка Адела сможет справиться, но ситуация настолько необычная, что, может, нужно было бы поставить в известность полицию. Это, однако, крайность, к которой я не хотела бы прибегать. Не могли бы вы изучить это дело настолько, чтобы решить, нужно ли сообщать в полицию? И сколько, все-таки, это будет стоить?
- Стоимость будет, скорее всего, символическая, - сообщил Мейсон. - Вы уполномочиваете меня сказать особе, находящейся здесь, об этом звонке?
- Вы имеете в виду тетку Аделу?
- Да.
- Очень об этом прошу. Она всем этим очень расстроена…
- Хорошо, - сказал Мейсон. - Если вы дадите мне номер своего телефона, то я позвоню позднее.
Мейсон записал номер на карточке, положил трубку и обратился к Аделе Винтерс: