- При таком освещении, - рассмеялся адвокат, - я разглядел только два силуэта. Может, вас подвезти?
- Мы живем совсем рядом отсюда, но нам будет приятно.
- Я хотел бы поговорить с вами до того, как вы пойдете домой. У вас там гости.
- Кто еще? - спросила Ева Мартелл.
- Полиция.
- Но они с нами уже разговаривали. По крайней мере, со мной.
- Хотят поговорить еще раз.
- О Боже, ведь я сказала им все, что знаю.
- Где Адела Винтерс?
- Поехала к себе.
- На трамвае?
- Нет, это я пересела. Такси, которое мы поймали у вашего офиса, повезло тетку Аделу прямо домой.
- Это означает, что она оказалась дома раньше вас.
- Я еще десять минут стояла на трамвайной остановке.
- А где были вы? - обратился Мейсон к Коре Фельтон.
- Я была в кино и совершенно случайно встретилась с Евой в трамвае. Когда она рассказала мне, что произошло, я была потрясена.
- Я буду более спокойно себя чувствовать, если мы поедем покататься на время нашего разговора подальше от вашего дома. Там ждет полиция.
- Почему мы должны разговаривать? Что все это означает? - с тревогой спросила Ева. - Я думала, что все уже позади.
Мейсон вел машину, постоянно посматривая в зеркальце заднего обзора.
- Вы сказали полиции, что провели весь день с Аделой Винтерс?
- Да.
- Вы подписали это свое показание?
- Да.
- Вы давали показание под присягой.
- Да, я принимала присягу.
- Я не из полиции, я ваш адвокат, и мне вы должны говорить правду. Вы действительно были с ней целый день?
- Да.
- Вплоть до минуты?
- Ну, практически…
- Меня интересуют факты, - жестко сказал Мейсон.
- Ну, было несколько таких моментов, например, в отеле, когда она пошла в туалет.
- Расставались ли вы с ней хоть ненадолго до того, как отправились в отель?
- Да, но… какое это имеет значение?
- Один Бог знает, почему я трачу на вас время, - вздохнул Мейсон. - Неужели из вас нужно вытаскивать правду клещами? Прошу мне точно рассказать, что произошло.
- Конечно, это ничего не меняет, но когда мы вышли из квартиры и спустились в холл, то остановились у телефона-автомата, чтобы позвонить. Через минуту тетка Адела вдруг вспомнила, что оставила что-то в квартире, и решила подняться наверх, чтобы забрать.
- Что это было?
- Она сказала мне об этом уже в отеле. Это был ее револьвер. Сказала, что положила его в ящик комода, а потом достала и по рассеянности оставила на комоде, а должна была спрятать в сумку и… ну, просто забыла. Тетка Адела, естественно, не хотела его там оставлять. Поэтому я подождала внизу, в холле, а она взяла ключ и быстро вернулась в квартиру. Конечно, после того как она заявила вам, что никогда не имела револьвера, я не знаю, что и думать.
- Как получилось, что вы не сказали об этом в полиции?
- Разве это не очевидно? Когда мы вернулись и увидели Хайнса с пулей в голове, тетка Адела решила, что единственным выходом является все рассказать вам. А вы велели уведомить полицию. А потом тетка Адела пришла к выводу, что не стоит осложнять положение, рассказывая о том, что она забыла что-то в квартире.
- Она сказала вам, что эта забытая вещь - револьвер?
- Не тогда. Она сказала мне об этом только в отеле.
- Сколько было времени, когда она вернулась наверх?
- Около двух. Может, десять минут третьего. Я посмотрела на часы, когда выходила из лифта: без пяти два. В холле мы были десять-пятнадцать минут.
- Это очень важно. Где вы находились? - спросил Мейсон.
- Когда тетка Адела пошла наверх? - переспросила девушка.
- Да.
- В холле.
- Вы уверены?
- Да.
- Не снаружи, где вас могли видеть наблюдатели?
- Нет. Я ждала внутри, в холле, и читала объявления о скачках.
- Как долго миссис Винтерс отсутствовала?
О, совсем недолго.
- Вы могли бы сказать точнее?
- Пять минут, от силы шесть.
- Но подъем на лифте, заход в квартиру и спуск вниз не могли занять у нее столько времени.
- Очевидно, все-таки заняли. Ведь она не могла больше никуда пойти. А почему вы задаете мне эти вопросы?
- У Аделы Винтерс был револьвер и именно из него убит Хайнс.
- Вы в этом уверены? - растерянно спросила девушка.
- Вполне. Полиция еще не давала официальную информацию, но они нашли револьвер миссис Винтерс.
- Где?
- Там, где видели, как она прятала оружие, - в мусорном бачке в отеле "Лоренцо".
- И пуля была выпущена именно из этого револьвера? Но это же совершенно невозможно!
- Револьвер был заряжен патронами старого образца, которые легко опознать, - пуля в черепе Хайнса была именно того типа, что и остальные в найденном револьвере.
- Но это совершенно невероятно!
- Хорошо, - вздохнул адвокат. - Посмотрим, что скажет на этот счет сама миссис Винтерс. Вы поверили ей, когда она заявила, что у нее никогда не было оружия, что все это блеф?
- Нет, не поверила. Это особенность тетки Аделы. Иногда к тому, что она говорит, требуется относиться скептически. Это вовсе не значит, что она обманывает сознательно, - это трудно объяснить. Видите ли, долгие годы она была домашней сиделкой и часто ухаживала за безнадежно больными людьми. Там она научилась лгать - убеждая их в том, что они обязательно выздоровеют. А когда занималась каким-нибудь нервнобольным, то лгала, потому что не хотела, чтобы пациент огорчался. Говорила вещи, которые помогали пациенту чувствовать себя лучше. Если бы вы посмотрели на тетку Аделу с этой стороны, то все бы поняли.
- Иначе говоря, она - лгунья.
- Ну, если хотите, то можете называть это так. Она старается избежать трудностей, обходя факты.
- И вы уверены, что она лгала, когда говорила, что у нее не было оружия?
- Мне всегда казалось, что у нее было оружие.
- А если предположить, что она лгала, говоря о том, что произошло в квартире?
- Нет, это совсем не похоже на нее. Не могли бы вы поговорить с теткой Аделой еще раз?
- Опасаюсь, что полиция поджидала ее у квартиры.
- Мы могли бы поехать туда и проверить.
- Бесполезная трата бензина, но проверить необходимо, - согласился Мейсон. - Показывайте дорогу. Самым главным мне сейчас кажется объяснение вашего положения.
- Что вы хотите сказать?
- Вы заявили полиции, что были с теткой Аделой все время. А раз Роберт Хайнс убит из ее оружия, то вы должны были присутствовать при выстреле - и, таким образом, попадаете в неплохую заваруху. Полиция ожидает вас у квартиры. Вы будете обвинены в соучастии. Я хотел бы вас из этого вытащить. Потом посмотрим, что можно будет сделать для тетки Аделы.
- Но сначала проверим, у себя ли она?
- Да, - ответил Мейсон.
- И каким образом?
- Подъедем поближе и пошлем Кору на разведку.
- Хорошо, - сказала Ева. - Езжайте прямо по этой улице.
Мейсон с двумя девушками подъехал к дому, в котором жила Адела Винтерс. Это был обычный четырехэтажный дом, в получасе езды трамваем от центра города.
Небольшая толпа зевак рассказала обо всем, едва Кора Фельтон успела вылезти из машины и смешаться с ними, чтобы выяснить, что произошло. Через пять минут девушка снова была в машине.
- Ее арестовали? - спросил Мейсон.
Кора кивнула головой.
- Ее взяли в тот момент, когда она входила в квартиру. Забросали градом вопросов, и тетка Адела совершенно растерялась. Полицейские показали ей револьвер и спросили, чей он. Она призналась, что ее. Это все, что знают люди у дома. Полицейские посадили тетку Аделу в машину и уехали.
- Хорошо, - сказал Мейсон и повернулся к Еве: - Я намереваюсь вести рискованную игру. Устрою вас сегодня где-нибудь, где вы будете недоступны для полиции, а завтра я буду вести переговоры с окружным прокурором.
- А почему я не могу сказать сегодня полиции то, что только что рассказала вам? - спросила Ева.
Мейсон покачал головой.
- Я должен получить от полиции заверения, что вас не тронут. И мне будет трудно торговаться, если мне нечего будет предложить им.
Глава 9
Гарри Гуллинг, которого считали серым кардиналом в ведомстве окружного прокурора, редко появлялся в суде. Лишь изредка можно было найти в газетах его имя. Но посвященные знали, что Гамильтон Бергер полагается на Гуллинга в случаях, когда нужно принять важное решение. Те, кто ориентировался в скрытых пружинах прокуратуры, никогда не обращались с делами к Бергеру, предварительно не обсудив вопрос с Гуллингом и не обеспечив себе его поддержку.
В девять сорок пять Мейсона пригласили в кабинет Гуллинга. Они пожали друг другу руки, и адвокат сел напротив хозяина кабинета. Гуллинг был высоким, худым мужчиной, великолепно умевшим держать людей в трепете неподвижным взглядом холодных глаз.
- Я являюсь представителем Евы Мартелл, особы, которая жила в квартире Хелен Ридли с женщиной по имени Адела Винтерс, - начал Мейсон. - Мне известно, что вы задержали миссис Винтерс по обвинению в убийстве.
Гарри Гуллинг не пошевелился, его голубые глаза под неподвижными веками были ледяными. Он молчал, ожидая от адвоката продолжения.
- Думаю, - сказал Мейсон, - моя клиентка может быть каким-нибудь образом полезной вам в этом деле.
- Каким?
- Не исключено, что ее показания могут вам пригодиться.
- Для чего?
- Предположим, что, продумав все происшедшее вчера, она вспомнила, что не была с Аделой Винтерс все время. Я предполагаю, что вам уже известны материалы дела.