Всего за 189.9 руб. Купить полную версию
Жаль, спросить у него уже не выйдет.
– И насколько успешны были эти исследования? – поинтересовалась я.
Грехэм готов был поставить собственную голову на то, что Морган добился успеха. И именно поэтому покончил с собой. Верить или нет – это уже другой вопрос. Гораздо важней, какую версию выдаст мне декан Флин.
Пожилой мужчина беспомощно развел руками и посмотрел на меня как-то странно, словно бы с опаской. Вот только какую угрозу я могла представлять? Непонятно… Жаль, со мной не заявился Холт. Напарник куда лучше меня умел подбирать нужные вопросы. Да и задавал их так, что деваться было попросту некуда.
– Это знал только сам Морган, – раздосадованно вздохнул декан Флин. Очевидно, его не слишком-то устраивало, что любимый ученик не делился с ним результатами собственных научных изысканий. – Он никого не посвящал в то, чем занимался.
Странно даже. Почему он ничем не делился с коллегами? Тем более с собственным учителем? К чему такая секретность? Или ученый просто чего-то или кого-то боялся?
И как вообще Флин, некромаг-практик, насколько я поняла, мог стать научным руководителем того, кто предпочел в итоге работать с этим… «мертвым духом»? Или научную степень Морган получил в другой области, не той, которой занялся впоследствии?
А самое главное… Самое главное, какого черта тогда эльфийка продолжала таскаться в университет, если все равно никто уже не мог продолжить исследования Моргана?
– А Иллис Лилэн? Она же, насколько мне известно, была кем-то вроде ассистента профессора Моргана, – продолжила расспрашивать главу факультета некромагии.
Мужчина снисходительно хмыкнул.
– И ее тоже.
– Но как же? – не могла поверить в услышанное я.
Но декан только кивнул, подтверждая правдивость собственных слов.
– Мисс Лилэн обычно делала только то, что ей говорили. Объяснений она часто не получала. Мой ученик умел напускать тумана, когда хотел.
Из сказанного я сделала только два вывода: профессору Моргану впору было работать в разведке, и декан Флин прикладывал массу усилий к тому, чтобы докопаться до правды. Но то ли не докопался, то ли просто не желал мне это рассказывать.
– То есть, по сути, никто ничего не знает о разработках? – уточнила я, уже заранее предвидя ответ.
– Нет.
На этом я решила пока и закончить. Просто не знала, какие вопросы можно задать… Он совершенно точно знал что-то еще, этот декан Флин. Не мог не знать, иначе бы не получил такой должности. Нечисто… Что-то на факультете некромагии точно было нечисто.
Кого бы мне развести здесь на откровенность? Секретаршу декана, может быть? Или снова навестить мисс Уинтер на кафедре мертвого духа? А может, и вовсе найти Уилла Грехэма? Вариантов вроде бы и много… но все, кроме секретаря Флина, были уже битыми картами. Хотелось чего-нибудь свежего…
В приемной главы факультета некромагии сидела представительная дама лет пятидесяти в тонких очочках и тяжелых перстнях на пальцах. Она меньше всего походила на среднестатистического секретаря женского пола. Скорее уж на строгую учительницу.
Когда я влетала в кабинет декана, то не имела сомнительного счастья как следует рассмотреть ее. Теперь вот рассмотрела.
– Вы чего-то хотели, мэм? – тоном зомби-привратника осведомилась она, на секунду отрываясь от бумаг.
Можно было предположить, будто я отвлекаю ее от дел государственной важности, никак не меньше.
– Я бы хотела поговорить с вами о мисс Иллис Лилэн, – произнесла я, наблюдая за реакцией женщины.
Та только вздохнула и закатила глаза, словно бы эта тема уже успела ее очень сильно утомить.
– Милочка… – протянула секретарь.
Я нахмурилась и резко заявила:
– Инспектор Джексон! Расследование особо тяжких преступлений!
Не сказала бы, чтоб мое место работы произвело на женщину хоть какое-то впечатление.
– Миссис Рэйчел Стаутон, секретарь декана Флина, – с ленцой в голосе откликнулась женщина. – И ничего нового об этой… особе я вам точно не смогу рассказать. Эта вертихвостка постоянно слонялась здесь. Мешала работать. Отвлекала студентов и преподавателей. Потом начались несчастья!
И почему-то же все женщины реагировали на одно упоминание об убитой эльфийке настолько… негативно. С явной ненавистью. И для Мелани Уинтер, и для Рэйчел Стаутон, казалось, все зло сконцентрировалось именно в целительнице.
Я только красноречиво фыркнула.
– Мне почему-то кажется, что на вашем факультете несчастий и без мисс Лилэн было больше чем достаточно.
Женщина посмотрела на меня с откровенным вызовом и заявила:
– Я не намерена терпеть подобный тон. И вообще, прошу больше ко мне без ордера не подходить.
Кажется, каким-то непостижимым образом я унаследовала ту ненависть, которая обычно выпадала на долю Иллис Лилэн. Да уж…
Попытки заговорить снова ни к чему не привели. Меня упорно игнорировали, построив баррикады из бумаг. Нет, я понимала, что работы у секретаря декана много, но явно не настолько.
Словом, мне пришлось покладисто убраться. Миссис Стаутон – свидетель. Вытрясти из нее сведения силой не получится, даже если очень сильно хочется. Незаконно…
В коридоре, недалеко от деканата, я заметила висящие на стене фото. Должно быть, краса и гордость некромагии. Еще совсем молодые студенты, уже вполне себе зрелые люди, скорее всего, преподаватели, и практикующие мастера смерти, добившиеся признании. Рядом с этой своеобразной стеной почета возились трое молодых людей.
– Какого черта фотографии профессора Моргана нет? – возмущался один из них, самый высокий. – Вы что, издеваетесь надо мной?!
Двое провинившихся понурились, и один из студентов принялся оправдываться:
– Ну, ты же знаешь, он не очень любил при жизни фотографироваться. А теперь его уже точно не попросишь попозировать! Да и вообще, это дурная примета – вешать изображение покойника!
Да уж, с фотографиями профессора Моргана и правда была беда, раз уж даже в отказной материал не положили.
– Примета? Да что ты несешь! Фото дочки декана висит, и никто вроде не талдычит о приметах! А Лизу и при жизни все считали той еще… дурной приметой. Но ничего. Повесили. Или ты думаешь, что она сделал для факультета больше Моргана?
Я специально подошла к стене почета, чтоб посмотреть, какой же из себя была при жизни эта Лиза Флин. Просто стало любопытно, кого Моргану сватал его научный руководитель.
Люди и пара нелюдей, изображенных на фотографиях, не показались мне какими-то… необычными. Ничто не выделяло бы их из толпы, ни красота, ни уродство. Несколько лиц я как будто раньше уже видела: гном и две девушки, пухленькая блондинка и худая брюнетка с брезгливо поджатыми губами. Но и тут ничего необычного. Нивлдинас – не самый большой город в мире, я вполне могла встречать учащихся и преподавателей факультета некромагии на улицах и даже не понять, чем они занимаются. В конце концов, на них ведь не написано.
Пожав плечами, я пошла прочь, оставив трех студентов разбираться с их проблемами. Правда, я мысленно сделала пометку прийти сюда еще, чтобы все-таки узнать, как же на самом деле выглядел при жизни профессор Морган.
Когда я вышла наружу, дождь все еще не пошел. Зато город затянуло туманом. Нивлдинас снова показывал жителям свой характер. Паршивый, очень паршивый характер. В этой непроглядной мгле постоянно что-то виделось, мерещилось, слышались какие-то шорохи, голоса… Мерзость, словом.
Пожалуй, туманные дни в нашем городе были порой хуже иных ночей. Ведь если солнца не видно, то его как будто бы и нет. Верно?
Стало еще больше не по себе, поэтому я махнула рукой на траты и поймала такси, чтоб добраться до участка как можно быстрей. Торчать на улице в ожидании автобуса или трамвая всегда приходилось долго, а метро в изрезанном каналами Нивлдинасе попросту не было.
– Куда? В полицию? – удивился пожилой водитель, когда я сообщила ему, куда следует ехать.
– У меня что-то с дикцией? – нахмурилась я.
Я и так была тем еще мизантропом, а уже после беседы с секретарем Флина и вовсе обозлилась на весь белый свет.
Таксист явно почувствовал мое настроение и больше заговаривать со мной не пытался.
Машина ехала не слишком-то быстро. Меня так и подмывало попросить ускориться, но честь и долг полицейского не давали толкать водителя на правонарушение.
Туман все сгущался и сгущался, выглядело это так, словно кто-то разлил вокруг молоко.
Туристы плохо представляли, как вообще можно жить в подобном месте… Я порой сама этого не понимала, если уж быть до конца честной. Но Нивлдинас крепко держал. Отсюда редко уезжали.
Такси выехало на мост Святого Витта, водитель немного прибавил газу.
И внезапно я увидела ее.
Мертвую женщину. Ту, которая пыталась убить меня прошлой ночью. Она возникла практически перед капотом машины.
Я закричала. Водитель тоже завопил. Ему вряд ли удалось как следует разглядеть лицо призрака. Скорее всего, он даже не понял, что дорогу машине заступила уже и без того мертвая, потому что резко дернул руль вправо, пытаясь уйти от столкновения.