Вадим Селин - Морская амазонка стр 4.

— Я в бабушку пошла, — сказала я. — У нее тоже волосы кудрявые. Но вот удивительно — она говорит, что до переходного возраста ее волосы были прямыми, а лет в тринадцать вдруг стали кучерявиться. Наверное, какой-то гормональный сбой произошел или что-то в этом роде. Не знаю. У меня же они такие с детства.

— Интересно, — отозвалась девушка.

— Да… Вот если бы еще волосы были темными — вообще была бы на африканку похожа. А то светлые… Да еще и на солнце постоянно выгорают.

— Не переживайте, вы и так очень эффектная. Светлые косички очень пойдут под вашу смуглую кожу, — произнесла собеседница. И вдруг я почувствовала, что ее руки замерли над моими волосами.

— Что-то не так? — насторожилась я.

— Слушай, а дружить давай? — неожиданно предложила мне студентка. — Я тут три буду месяца, мы найдем о чем разговаривать. У меня здесь нет знакомых кроме тех, с кем приехала. А хочется с кем-то местным общаться. Меня зовут Фулата. А тебя как?

— Полина, — несколько потрясенно улыбнулась я, не веря в то, что пришла делать косички, а нашла подругу.

— Раз мы теперь подруги, то я сделаю тебе косички не за плату, — вдохновенно произнесла Фулата.

— Спасибо, но не надо, — мне стало неудобно. — Ты трудилась…

— Прекрати. Если ты кудрявая, то уметь должна заплетать косички. Я научу тебя потом. Сложного тут нет ничего. А потом я буду тебе корректировать их, когда будут отрастать волосы.

— Даже и не знаю, что ответить, — растерялась я.

— А отвечать не надо ничего, — сказала Фулата и протянула мне зеркало. — Смотри.

— Что, уже все? — поразилась я.

За разговорами я даже не заметила, как пролетело время. И заплетала Фулата косички так нежно, что я думала, будто она еще и не приступала к работе. Никогда не забуду, как однажды папа провожал меня в детский садик и заплел мне косы. Так заплел, что у меня потом кожа головы неделю болела, а воспитатели, увидев мои кособокие и непропорциональные косы, ужаснулись. Анекдот про девочку, которая вечно улыбалась из-за сильно стянутых волос, — это про меня.

— Да, все, — кивнула Фулата.

Дрожащими от волнения руками я взяла зеркало и посмотрела в него. Клянусь — сначала я не поверила, что эта девушка удивительной красоты — я. В следующее мгновение до меня дошло, что зеркало отражает не кого-то, а именно меня. Я недоверчиво подергала косы. Они не оторвались. Значит, настоящие. Неужели моя мечта сбылась?

Я вскочила со стула и восторженно завопила на всю улицу:

— Люди, все сюда!! Здесь плетут самые лучшие косички в мире!

Фулата говорит, потом отбоя от клиентов не было…

Косички необыкновенно мне шли. Они придали моей внешности какую-то изюминку, загадку, эпатаж. А потом выяснилось, что мы с Фулатой чем-то похожи внешне. Иногда так бывает — подруги или друзья, муж и жена похожи друг на друга. Вот и мы похожи с Фулатой. Эта схожесть еще больше скрепила нашу дружбу. Да и подружились мы с ней немного странно — просто так, ни с того ни с сего. Значит, бывает.

Пожалуй, лето, когда в нашем городе открылись палатки, было самым необычным и ярким в моей жизни. Я приобрела много новых друзей, впечатлений, узнала массу интересного. Фулата познакомила меня со своими коллегами не только по работе, но и по учебе. Меня очень поразила деликатность моих новых знакомых — при мне они никогда не разговаривали между собой на своем языке. Они были очень чуткими и понимали, что общаться при человеке на недоступном ему языке — нетактично.

Поистине новую страницу в моей жизни открыли косички. Если бы кто знал, как я жалею, что прожила столько лет с обычной прической! Косички сделали меня совершенно другой. И внешне, и внутренне. Я стала новым человеком. Если можно так сказать, добавила к своей внешности штрих, которого не хватало и который я искала всю жизнь. Казалось бы, косички — какая мелочь, ан нет! Когда человек полностью, а не частично, нравится самому себе, мир вокруг него тоже меняется в лучшую сторону. Я была счастлива.

Все прошлое лето мы активно дружили с Фулатой. Я никогда не думала, что может быть такой всепонимающий и такой хороший друг. Фулата говорит, что тоже очень рада нашей дружбе.

Мы пролили море слез, когда Фулате нужно было возвращаться на учебу. Но не прервали наше общение. Сейчас почти у каждого есть мобильный телефон, и мы с Фулатой постоянно то обменивались SMS-сообщениями, то перезванивались. Кроме того, связывались друг с другом по электронной почте. Вообще как будто и не расставались вовсе. Не представляю, как раньше люди жили без мобильников и Интернета… Ждать письмо по обыкновенной почте так долго! Правда, в письмах по почте есть что-то настоящее. Знать, что человек специально покупал конверт, подписывал его, писал на бумаге письмо, заклеивал конверт и бросал его в почтовый ящик — очень приятно и трогательно. Но… e-mail всего за несколько секунд доходит в любую точку нашей планеты, а SMS и того быстрее. Лично для меня скорость побеждает все. К тому же, на обычной почте письма довольно часто теряются… Обидно, когда письмо не приходит. Другое дело электронная почта. Войдешь в папку с копиями отправленных писем, заново его отправишь, если вдруг не дошло, — и проблема решена.

Вот так мы и стали общаться с Фулатой, и так моя жизнь преобразилась.

— Привет! — воскликнула я, подскакивая к Фулате. Она ловко, годами отработанными движениями, заплетала волосы на голове какого-то парня.

С остальными девчонками я тоже поздоровалась.

— Кого сегодня спасла? — широко улыбнулась Фулата, обнажив ослепительно белые зубы.

— Бабульку одну, парня и девочку, — отчиталась я и посмотрела на обрабатываемого парня. — Тебе очень идет! — искренно сказала я. Косички действительно очень ему шли. Они идут не каждому. На некоторых смотрятся просто нелепо.

— Спасибо, — ошалело отозвался клиент и покраснел.

Странное дело: давно заметила — люди краснеют, когда я говорю, что они хорошо выглядят. Говорю я это всегда, как только такая мысль появляется в моей голове. А почему бы и не сказать? И я высказалась, и человеку приятно.

— Куда сегодня пойдем? — обратилась я уже к Фулате.

Вопреки моему предположению Фулата не сказала, что устала и хочет отдохнуть. Наоборот, она как-то загадочно посмотрела на меня и вздохнула:

— Куда-нибудь, где можно поговорить.

— А есть о чем? — заинтересовалась я.

— Есть… — снова вздохнула Фулата.

Ее грустный вид мне не понравился. Я подошла к ней ближе и шепнула на ухо:

— У тебя какие-то проблемы?

Подруга указала взглядом на клиента, мол, давай не будем при нем разговаривать, и ответила:

— Потом. Все потом. Ты иди пока домой, переоденься. Или так пойдешь?

— В купальнике? — удивилась я. — Ты еще долго тут будешь?

— По крайней мере, полчаса. Ко мне еще девушка одна записалась.

— Тогда я пока сбегаю домой, переоденусь и приду сюда.

— Давай.

По пути я все гадала, что такое стряслось у Фулаты, почему она грустная и какая-то загадочная. Может, клиентов стало мало? Хотя, нет. Если бы их было мало, они не по записи приходили бы, а в любое время. Что тогда? Проблемы в институте? Тоже отпадает — какие проблемы на каникулах?

Домой я прибежала взволнованная. Мое состояние заметила мама.

— Доча, у тебя все в порядке? — спросила она.

Мама сидела на веранде и пила душистый чай с пышками, смазанными горным медом.

— Да. А что? — удивилась я, откусив от пышки большой кусок.

— Лицо у тебя… какое-то. С работой проблемы?

— Нет, все в порядке.

Я вошла в дом, закрылась в своей комнате и принарядилась для выхода «в люди»: развязала хвост, в который были собраны косы (на работе с ними не очень удобно, приходится скреплять косички резинкой), сложила бандану в виде ленты и повязала ее, закрывая лоб, вместо купальника надела спортивные штаны и легкий топик. Обулась в сланцы через палец. Очень люблю свободную, не стесняющую движения одежду.

И уже когда почти вышла из комнаты, мой взгляд остановился на картине, что висела на стене. С первого взгляда эта картина очень странная. Рисунок выполнен на обычном альбомном листе. На нем нет четко выраженной темы, и вообще никакой темы нет — несколько мазков желтым, несколько мазков красным, синим и зеленым. Когда люди видят эту работу, удивляются — зачем я повесила на стену детскую мазню? Но когда узнают все про эту картину, приходят в восторг. А дело в том, что она нарисована не человеком, а… дельфином. Да-да, именно дельфином.

Два года назад в нашем городе открылся дельфинарий. Его я посетила одной из первых. В конце выступления дельфинам давали в зубы кисточку с разными красками, и они притрагивались ею к бумаге. Затем картину выставили на аукцион. Я не была бы собой, если бы не купила ее. Я посчитала, что в картине, нарисованной дельфином, есть что-то таинственное и магическое. Может, я себе внушила, а может, это правда, но после того как я повесила этот шедевр у себя в комнате, я почувствовала, что мне начала помогать некая неведомая сила, когда я спасаю тонущих. Меня словно окутывает электрическое поле, отталкивающее воду от моего тела, и с невероятной скоростью несет к находящимся в беде людям. Такое вот чувство.