- Каверзные вопросы.
- С заранее спланированными ответами.
- Ну… - он щелкнул пальцами, мол, и так все понятно. - В общем, поползли по Московии провокационные слухи, что он острова в океане скупает.
- И что, не скупает? - заинтересовался я,
- Скупает. Вот и разъясняет, почему.
Ассистентка нажала кнопку. Взмах волшебника, Властелина иной реальности. Фантом на экране при-. шел в движение. Привидение, отголосок прошлого.
Морда у Абрам Борисовича Путанина была беспокойная. Возникало ощущение, что в нем жил дремлющий вулкан, но иногда он вскипал, искрился и жарил вовсю. Говорил олигарх сбивчиво - его мысли опережали речь.
- Зачем вам остров? - осведомился Борюсик, сидевший спиной к видеокамере.
- Для фонда "Милосердие", - пробарабанил олигарх.
- А вы при чем ? - нагловато, якобы обличая, а вместе с тем подыгрывая, напирал Борюсик.
- Организуем там богадельню. Дом для престарелых. Уже первые приехали. Да, точно… Я никогда не нарушал закон.
Дальше пошли кадры этого самого острова. Солнце, море, пальмы.
- Спасибо Абрам Борисовичу. Обогрел. Заботой окружил, - прошамкала древняя старушенция.
Потом благодарил олигарха мордатый, явно не пенсионного возраста, верзила. Потом еще двое мужичков.
- Кормят хорошо, - говорил один. - Почти не порят, пока не провинимся. Вот только не высыпаемся. Работать многовато приходится…
- Это выкинуть! - подскочил на месте Борюсик, и его ассистентка тут же пробежала пальцами по клавишам, прогоняя назад изображение.
- Он что, крепостных туда завез? - удивился я.
- Это как назвать… Говорят же - фонд "Милосердие".
- Барин добрый, - хмыкнул я. Минут через двадцать материал закончили монтировать.
- Пошли, покурим, - предложил Борюсик. Мы нашли место, где не толпился народ. Присели в черные, из кожзаменителя кресла.
- Уф, теперь можно и передохнуть, - он потянулся за пачкой сигарет, презрительно улыбнулся, посмотрев на "не курить", и щелкнул спичками - зажигалок не признавал. - Ну как оно?
- Оно ничего, - ответил я. - Жизнь течет.
- Ну да. Все течет. Все изменяется.
- Тоже цитаты стал копить?
- Да нет. Куда нам… Ты по делу?
- Хочу на "Стриптиз души" попасть, - признался я.
- К педику?
- К Михаилу Зубовину.
- Чего он тебе? Ты во всемирный гей-клуб "Голубые паруса" решил вступить?
Тут он запнулся, когда я ласково так посмотрел на него, Он поежил плечами.
- Признаю, фигню-с спорол-с, - он обнажил в кривой улыбке желтые, нечищенные зубы. - У педика в последнее время одни неприятности.
- Какие?
- Его месяца два назад похищали.
- Как? - удивился я.
- Люди видели, как его затолкали в машину.
- Что за люди?
- Да слушок прошел, - Борюсик стряхнул на пол пепел.
- Он без охраны ходит?
- У него был охранник.
- Припоминаю, - будто бы задумавшись, произнес я, - Он потом написал статью в газету о том, что Зубовин предлагал ему интимконтакт со словами: "Молодые, сильные ребята - это наше достояние!"
- Точно, Сбежал от него телохранитель, И после этого Миша испытывал к охранникам неприязнь.
- И что?
- На следующий день после того, как его в машину усадили, он не появился. Еще день - программа записываться должна, а его нет. Ну, с ним это бывало - с какими-нибудь братьями по голубым кровям загулял. Но чтобы так деньги мимо пролетали… И вдруг он объявился.
- И что?
- Странный. Какой-то не такой.
- В чем?
- Румяный, держится путем… Одна передача, другая - провал. Нет того былого порыва. Нет энергии. Ничего нет…
- И?…
- Рейтинги рушиться начали. Поклонницы из фанклуба перевешались. Штуки три-четыре. Они в прошлые времена как чего - в слезы, а сегодня - так сразу в петлю.
- Понятно, - кивнул я.
- И потом, как объявился, вскоре у него охрана появилась.
- Что за охрана? - заинтересовался я. - Частное бюро?
- Дуболомы. Наглые. Полностью отвязанные. На таких никаких денег не хватит. Такие во для кого, - он поднял глаза наверх. - Такую охрану шиш наймешь.
- Мне нужно попасть на "Стриптиз души".
- Как? Пригласительный сделать?
- Когда запись?
- Не знаю, - Борюсик пожал плечами.
- Узнай. И свистни, - велел я.
- Как?
- Через пейджер.
- Буде сделано, - Борюсик затушил сигарету о свой каблук и умелым броском послал окурок в кадку с чахлой пальмой.
Значит, Михаил Зубовин пропадал на два дня. Об этом в материалах, представленных мне, не было ни слова. Или Кухенбаден ведет свою игру. Или вся мощь их агентуры ушла на то, чтобы вычислить место обитания Аккуратиста.
И эти быки… Что бы это значило. Я согласен с Кухенбаденом. Действительно, тут попахивает той милой чертовщинкой, которая делает нашу жизнь такой веселой и такой жутковатой. Здесь запах огромных афер, огромных денег.
Как пишут фаны? Михаил Зубовин уже не тот?..
- Мишка, Мишка, где твоя улыбка? - пропел я слова шлягера пятидесятых годов.
Глава четвертая
Не так легко лежать на дне. Человеку, как и подводной лодке, лежащей на грунте, нужно производить меньше шума, иначе тут же нащупают сонарами вражеские миноносцы, шарахнут по тебе глубинной бомбой - и амба, кранты, сушите весла.
Учитывая характер Банкира, можно представить, что его шестерки из подмосковной преступной группировки, которые то ли ему держат крышу, то ли он им держит крышу, рыскают по городу в поисках меня. Правда, в ту мою квартиру, около которой они меня чуть не подстрелили, проникнуть они не пытались и тем самым сберегли себе кучу здоровья и нервов,
Между тем работа не ждала, Нужно было вплотную браться за выполнение заказа Кухенбадена, а на досуге наконец решить, что делать с Банкиром. Легче всего, конечно, устроить ему небольшие похороны, скажем, в результате скоропостижной смерти от инфаркта миокарда - у меня есть способ сделать это, и ни одна охрана ему не поможет, потому что я знал, как это сделать, приложив минимум времени и усилий. Но меня с детства учили бережно относиться даже к зловредной флоре и фауне.
Я сидел на диване и смотрел телевизор. Не то что я люблю его смотреть. Но в этом кривом зеркале интересно наблюдать, как общество погружается в какую-то темную пучину. Через него я пытаюсь уловить извращенную логику происходящих вокруг событий. Через хаос понять хаос.
По третьей программе показывали передачу "Про то самое". Ее вела мулатка Хатаманга - помесь китаянки с негром, при некоторой примеси ирокезской крови. От этого адского коктейля получилось чудовище. Родители ее, африканские политэмигранты, жили в России, она же несколько лет назад умотала в Штаты. Выдернули ее оттуда, когда нужно было чем-то необыкновенным и экзотичным огорошить потихоньку привыкающего ко всему телезрителя. И в какой-то мере это удалось.
"Наша мартышечка" - ласково называли ее телевизионщики.
В письмах же телезрители именовали ее то распоясавшейся обезьяной, то мастурбирующей мартышкой, но чаще секс-символом и очаровательной шоколадкой, и умной, и обворожительной, и даже, сейчас упадете, мудрой!
"Мартышка" проходила в досье как близкая связь (только не интимная, тут родство духовное) Михаила Зубовина. Он, якобы, и прилетел в США, где та жила без смысла и без толку, и предложил ей "тряхнуть порнухой по телеящику". Она согласилась. Так появился шедевр отечественного телевещания, после которого уже ничего не страшно…
Передача только начала осваивать дневной прямой эфир со звонками телезрителей, и Хатаманга умудрялась стыдливо тупить круглые навыкате очи и осуждающе качать головой, когда звонки были особо неприличными.
- А теперь звонок телезрителей, - произнесла она. - Слушаю,
- Ой, я действительно дозвонилась, - послышался девичий голос.
- Действительно дозвонились.
- Лина, семнадцать лет. Скажите, можно ли забеременеть от собаки?
- Нет, разный набор хромосом. Так что дерзайте…
Все, пора работать. Я выключил телевизор и уселся за компьютер. Пробежал пальцами по клавиатуре. Извлек из лазерного диска, который мне передал Кухенбаден, запись "Стриптиза души" месячной давности - ее делали как раз перед тем, как кумир публики исчез на два дня.
На ток-шоу Михаил Зубовин пригласил нервного молодого человека, который поведал под ухмылки зала историю, как его дядя оставил наследство в пятьдесят тысяч баксов проститутке с Тверской, которую прихватывал пару раз для досуга - в свои девяносто он был еще о-го-го! И теперь озлобленные родственники пытаются с ней судиться.
- Ну да, мой дядя самых честных правил, как говорил Байрон, - обнажил лошадиные желтые клыки Михаил Зубовин.
- Вы хоть знаете, кто такой Байрон? - неожиданно сорвался обделенный родственник, которому осточертело это ток-шоу.
- Ну конечно, я знаю, кто такой великий французский поэт Байрон, - поучительно произнес Михаил Зубовин.
- Что же это такое? - воскликнул молодой человек. - Вы что делаете с классиками, скажите?
- Господи, - всплеснул руками Михаил Зубовин, - Классики? Ну кому нужны эти трухлявые столпы? Эти замшелые булыжники, которыми вымощена мировая культура? Мы вместе со "Стриптизом души" глядим в завтрашний день.
По его честному лицу было видно, что он говорит искренне и откровенно. От всей души.
- Это вырезать, - обернулся телеведущий к режиссеру передачи.
Наверняка вырезали. Я ведь просматривал рабочий материал…
Внизу ухнуло так, что дом тряхнуло. Потом раздался чей-то протяжный визг.