– То есть «Толстый Мэг»…
– Лежит на дне пропасти.
– Жаль. – Гильдер испытующе посмотрел на Гарика, словно предполагал, что комби лжёт. – За «Мэга» я отвалил бы тебе кучу радиотабл.
– Знаю.
– У тебя его нет?
– Знал бы, что спросишь – сиганул бы в пропасть вслед за анархом.
– Здесь все такие шутники?
– Разумеется, – не моргнув глазом подтвердил Визирь. – Поэтому Котёл и называют Весёлым. Патроны возьмёшь?
– Обязательно. Но в следующий раз не поленись слазить в пропасть – можно здорово заработать.
– Обязательно.
В действительности Гарик не понимал людей, мечтающих заполучить в свои руки главное и самое известное оружие бойцов синдиката «Анархия».
Сверхтяжёлый револьвер «Толстый Мэг» стрелял особыми патронами невероятной разрушительной силы – каждая «Хиросима» содержала микроскопический ядерный заряд, – и был известен случай, когда пара хорошо подготовленных анархов уничтожила танковый батальон соборников. Однако «Толстые» обладали удивительно надёжной системой распознавания «свой-чужой», настраивались на хозяина по широчайшему спектру показателей и бодренько взрывались в руках незарегистрированных пользователей.
Тем не менее за револьверами охотились, не оставляя надежд когда-нибудь взломать уникальную защиту анархистов.
Визирь закрыл рюкзак, но даже не обозначил желания подняться на ноги. Медленно потягивал чай и весело смотрел на Ганимаха оригинальным глазом. Второй, электронный, тоже пытался изобразить чувства, но получалось так себе.
– Сейчас ты выложишь на стол главную карту, – хмыкнул гильдер, заваривая второй чайник. – Говори, после «Хиросим» я готов к любому предложению.
– Три индивидуальных защитных комплекта «Вакуум», – медленно и потому необычайно веско произнёс комби. – Довоенные, в неповреждённой заводской упаковке. Класс защиты – «ААА», а ты наверняка знаешь, что даже дотовцы обходятся «АА».
– Картриджи запасные есть? – Ганимах без всякого стеснения облизнул губы: в данных обстоятельствах глупо «держать лицо», делая вид, что речь идёт о безделице.
– По два в комплекте.
– Где? – Торговец сглотнул и театрально оглядел комби. – Ты рассовал их по карманам?
– «Вакуумы» в надёжном месте. Если договоримся, принесу все три кейса через двадцать минут.
– Конечно, договоримся! – Ганимах потрепал разведчика по плечу. – Ты только что стал богаче на триста радиотабл.
– Предлагаешь триста за комплект? – Гарик рассчитывал на меньшее.
– Предлагаю триста всего, – без тени смущения ответил торговец. – За весь твой хабар.
Визирь улыбнулся и облокотился на рюкзак, готовясь к долгой и увлекательной процедуре заключения сделки.
В итоге за всё получилось тысяча триста, даже больше, чем надеялся выдавить из гильдера Визирь. То ли у торговца были на примете клиенты на весь предложенный комби товар, то ли на него помутнение нашло, но факт оставался фактом: заплатил Ганимах щедро, и теперь в заначке разведчика лежала совершенно неприличная сумма. В двух заначках, если быть до конца точным. Большую часть сбережений комби прятал в горах, но изрядная куча радиотабл – теперь примерно треть – оказалась на руках, что в Зандре, и уж тем более в аттракционе, категорически не приветствовалось, однако комби уже придумал, как ею распорядиться…
– Извините, вы – Визирь?
На счастье нежданного гостя, точнее – нежданных гостей, поскольку рядом с седым мужчиной средних лет стояла грязнушка с одутловатым лицом, – Гарик уже закончил с горячим и теперь ковырялся в яблочном пироге, запивая его невкусным кофе. Комби не любил сладкое, но всегда заказывал пирог перед походом – на удачу. И во время десерта охотно соглашался поболтать.
– Кто спрашивает?
– Позволите присесть?
Визирю понравилось, как говорит седой: вежливо, но спокойно, с чувством собственного достоинства, и он решил, что даст ему шанс высказаться. Но не сразу.
– Зачем вам присаживаться?
– Вы знаете Танцора? – вопросом на вопрос ответил седой. – Этот комби работает в области Жжёной Пыли…
– Ты – доктор Тредер?
– Совершенно верно.
– Танцор писал, что ты придёшь. – Гарик ткнул вилкой в пирог.
– Теперь я могу присесть?
– Рабыня? – Разведчик, не глядя, кивнул на девушку.
– Воспитанница. – Седой решил не ждать приглашения и молча опустился за столик. Девушка осталась стоять за его спиной. Она играла в ниточку: наматывала её на палец, что-то шептала, разматывала и начинала заново.
– Зачем взял дурную?
– Мы не выбираем тех, о ком заботимся.
Именно так и написал в своем письме Танцор: старый, глупый дед, тратящий силы на никчёмную девчонку. Дурак, потому что Зандр такого не одобряет.
Надо помочь.
Не бесплатно, конечно, но помочь надо, потому что у седого, как написал Танцор, «такие обстоятельства, в которых никому из нас лучше не оказываться». А Танцор подобными словами не разбрасывается, и если он написал, что у парня, пережившего Время Света и всё, что было потом, случилась катастрофа, значит, так оно и есть.
– Танцор написал, что тебе нужно в Безнадёгу.
– Верно.
И тут крылась вторая странность происходящего. Первая заключалась в том, что угрюмый Танцор вообще замолвил словечко за никому не известного старика со спятившей спутницей. Вторая – в том, куда они направлялись.
– Мне ведь не нужно рассказывать, что Безнадёга – самый дерьмовый аттракцион Зандра? – негромко спросил комби, вилкой разламывая напополам последний кусочек пирога.
– Я много слышал о месте, в которое собираюсь, – усмехнулся в ответ седой.
В принципе, можно было заканчивать: ритуальное предупреждение сделано, ответ получен. Однако странные обстоятельства заставили Визиря продолжить:
– Не имеет значения, сколько аттракционов ты видел до сих пор – Безнадёга не похожа ни на один. Её построили обезумевшие от злобы и ненависти палачи. Там логово папаш, работорговцев, но убивать людей им нравится больше, чем торговать ими. Обитатели Безнадёги настолько плохи, что даже падальщики называют их подонками.
– Мне туда надо, – коротко ответил Тредер.
И по его тону стало понятно, что решение принято и никакая сила его не изменит.
Комби кивнул, показывая, что понял и принял слова собеседника, доел последний кусочек пирога, отодвинул тарелку, вытер рот тыльной стороной ладони, указал на киберпротез собеседника и осведомился:
– Сможешь идти по горам?
– Да.
– Устройство тебе плохо подходит.
– Я привык. – Седой погладил киберпротез. – Давно с ним хожу.
– А твоя воспитанница горы потянет?
– Да.
– Точно?
– Я знаю правила Зандра, – выдержав паузу, ответил мужчина. – Если она станет обузой, ты её бросишь.
Всё верно – только так.
Гарик снова кивнул и продолжил:
– Ты понимаешь, что в Безнадёге тебя убьют?
– Ты выжил, – ровно произнёс Тредер. Он ждал этого вопроса.
– В Безнадёгу ходят только два комби, поэтому Шериф приказал нас не трогать. Мы ему нужны.
– Скажешь за меня Шерифу, – хмыкнул седой. – И меня не убьют. Сразу.
Он не просто решил идти – он продумал маршрут до последнего шага. Он знал, кто и как ему поможет, кто проведёт, кто поддержит. Он знал реалии Зандра так же хорошо, как Визирь, и оставалось выяснить, не забыл ли он о том, что в Зандре принято платить за услуги.
– То есть я должен провести тебя с девчонкой до Безнадёги и обратно и сказать за тебя?
– Всё верно, – серьёзно подтвердил Тредер.
– И?
– Двадцать радиотабл?
Визирь вежливо улыбнулся.
– За деньги ты не пойдешь, – понял седой.
– Ты – первый в истории человек, после меня и Пепе, который добровольно собрался в Безнадёгу, – объяснил разведчик. – Ты просишь сказать за тебя Шерифу, но не хочешь говорить, зачем собрался в этот проклятый аттракцион…
– А ты спроси, – предложил Хаким.
– А ты не скажешь.
– Ты хорошо разбираешься в людях. – Седой рассмеялся. Хмыкнул пару раз, но в данных обстоятельствах это прозвучало заливистым хохотом.
– Ты тоже, – в тон Тредеру ответил комби. – И потому наверняка подготовил достойную плату.
Не просто достойную, а именно то, что могло заинтересовать именно Визиря.
– Слышал о Зоне Вонючих Вихрей?
– Разумеется, – со всем возможным спокойствием подтвердил Гарик, однако внутри у него всё сжалось от предвкушения.
– Сколько комби погибло, пытаясь её описать?
– Их смерть не доказана, – хрипло произнёс разведчик. – Поэтому мы говорим «исчезли».
– Семь, – сам ответил на свой вопрос Тредер. – Трое одиночек и две пары. – Пауза. – У меня есть Атлас Двузубой Мэри. Как я понимаю, ей единственной удалось выйти из Вонючки.