Затем, обернувшись, пригласительно качнул головой в сторону Игоря и Сергея:
— Пойдемте, купе находится в другом вагоне.
* * *Оставшись один, Сергей закрыл глаза, настраиваясь. Глубоко вздохнул и зажал уши руками, чтоб отгородиться от голосов за дверью. Время, казалось, замедлилось — для Скрипки сейчас ничего не существовало кроме темноты и тишины. Только он и пустота… Еще раз вздохнув, Сергей сделал шаг, замер и резко открыл глаза — тьма будто стала еще чернее. И в этой черноте завозились, завертелись едва видимые для глаза тени. Миг… и вот кто-то склонился над сумкой Кляйна и резкими движениями начал вспарывать ее. Незнакомец был одет во что-то темное — черный свитер и такого же цвета штаны. Возился он недолго. Быстро вытащив из саквояжа деньги, хромая, покинул купе.
Скрипка тряхнул головой, отгоняя видение, вдохнул-выдохнул пару раз и вышел в коридор. Михаил Петрович вопросительно заглянул ему в лицо, но ничего по нему не прочитал. Стало ясно, что Яковлев едва сдерживается, чтоб не выразить свое «фе» этому, невесть что о себе возомнившему шарлатану. Но Игорь его опередил.
— Ты что-то увидел?
— Да. Ищите хромого мужчину среднего возраста, в темных одеждах.
Михаил Петрович покачал головой и, сложив руки на груди, скептически выдал:
— А вы, чисто из интереса, прикиньте, сколько людей в этом поезде. Не смешите меня, уважаемый. Искать вашего хромого — все равно что иголку в стогу сена. Долго и муторно. Да и сомневаюсь я, что мы кого-то найдем…
Скрипка лишь пожал плечами и как можно равнодушнее ответил:
— Все, что мне удалось узнать, я вам рассказал. Это ваше право — верить или нет.
Тяжело вздохнув, Валуйский потер переносицу и устало произнес:
— Михаил Петрович, что вам стоит проверить информацию моего коллеги?
— Может, правда попробуем? — предложил Вознюк, который в этот момент появился из тамбура.
Яковлев думал еще пару секунд и, наконец, важно сказал:
— Возвращайтесь на свои места. Как только мы подтвердим вашу информацию… или не подтвердим, сразу вам сообщим.
Скрипка усмехнулся, отошел в сторону, пропуская Вознюка, и ехидно уточнил:
— И до этого лучше никуда не отлучаться, да?
— Крайне желательно.
До купе Сергей и Игорь шли в молчании. Как только оказались на месте, Скрипка сразу же завалился на кровать, не обращая внимания на хмурые взгляды Валуйского. Пролежав несколько минут, он, наконец, сел и проворчал:
— Знаешь, как я не люблю, когда моим словам не доверяют?
— Знаю, но все же не забывай — ты на государственной службе. И от твоего поведения зависит то, как к нашему отделу будет относиться общественность.
Сергей хмыкнул и, оправив рукава рубашки, вновь пожал плечами.
— Какая разница, все наши дела засекречены.
— Большая… — Валуйский покачал головой и полез в свой саквояж. — Есть хочешь?
— Можно и поесть, все равно сон нам перебили. Что у тебя там?
— Бутеры. Держи! Небось, сам не потрудился что-нибудь прихватить.
— Зачем? Есть же вагон-ресторан.
Игорь усмехнулся и скосил глаза на Скрипку.
— Так миллионер, что ли? Что ж тогда не поделишься?
— Да брось ты… Кстати, почему жилетку до сих пор не снимешь? Жарко же.
— Кто б говорил… Почему в галстуке до сих пор ходишь? Не на приеме же.
Они переглянулись и вдруг громко расхохотались, избавляясь от того напряжения, которое возникло после оскорбительных обвинений взбалмошного Кляйна. В этот момент в дверь постучались. Скрипка соскочил на пол, а Валуйский, настороженно замерев с бутербродами в руках, тихо сказал:
— Вознюк с Яковлевым? Что-то они быстро…
На пороге и правда стояли полицейские. Михаил Петрович с порога объявил:
— Мы пришли выразить вам… благодарность.
Скрипка усмехнулся и, сложив руки на груди, наклонил голову.
— Значит, я оказался прав?
Кивнув, Яковлев вновь нахмурился.
— Не знаю, как у вас это получилось, но да, описанного вами мужчину мы нашли в соседнем вагоне, а при обыске обнаружили у него украденные деньги. Сначала он отпирался, затем сказал, будто нашел их в тамбуре. Мы его задержали и на следующей остановке сдадим в отдел милиции. Так что…
Игорь оттолкнул Сергея в сторону и весело произнес:
— Есть хотите? Чайку с бутерами?
— Ну, это можно… Анку надо позвать — она все организует. И даже что-то получше чая, — подмигнул коллегами Яковлев. — Вознюк, сгоняй. Одна нога здесь, другая там!
Парень тут же исчез. Валуйский одобрительно кивнул и слегка толкнул Скрипку в плечо. Экстрасенс не ожидал этого и, потеряв равновесие, сел на свою койку. Игорь еще шире улыбнулся Яковлеву и произнес:
— Присаживайтесь, коллега.
Глава 4
Солнце по-летнему слепило глаза, будто в Казани забыли про осень. Красное кирпичное здание, настоящий памятник архитектуры, казалось, тонуло в солнечном свете. Если бы не вывеска «Вокзал», то можно было подумать, что это музей. Да и остальные сооружения по соседству поражали взгляд своей вычурностью — например, здание пригородного вокзала, украшенное мозаикой с национальными мотивами и символическими изображениями Солнца и Луны. Сергей застыл, любуясь открывшимся перед ним видом. Особенно его внимания привлек флюгер с каким-то символом. Экстрасенс так увлекся его изучением, что даже не услышал, как его настойчиво зовет Валуйский.
— Эй, ты куда пропал? Увидел что-то? — спросил Игорь со смыслом.
Сергей покачал головой.
— Увидел, но не так, как ты подразумеваешь.
Игорь переспросил:
— Что ты имеешь виду? Просто увидел?
— Нет, не просто, — Скрипка тихо засмеялся и указал на флюгер, который слегка подрагивал под порывами ветра. — С детства их обожаю, у меня целая коллекция.
— Флюгеров?! И где они у тебя хранятся?
— Да нет, не флюгеров, а фотографий с ними.
— А-а-а, — Игорь мельком глянул на предмет восхищения Скрипки и, тряхнув головой, продолжил: — Ладно, пошли, по дороге расскажешь. Надо еще устроиться в гостиницу, желательно до обеда — Лена скинула координаты, а затем посетить ближайшие РОВД. Чем быстрее начнем, тем быстрее закончим. Знаешь такую поговорку?
Тут Сергей резко отскочил в сторону: прямо на него неслась весьма крупная женщина с такими же огромными, как части ее тела, сумками. За ней едва поспевал мальчик лет десяти. Он испуганно озирался по сторонам и пытался лавировать, стараясь ни с кем не столкнуться. Незнакомка зло прошипела в сторону Сергея:
— Смотри, куда прешь!
Скрипка вздрогнул от ее хриплого, словно прокуренного голоса, покачал головой и, ничего не ответив, ускорил шаг. Да и что он мог сказать? Нагрубить? Ну уж нет. Отец воспитал его так, что он даже не мог представить, как это — ругаться с женщиной.
— Скрипка, шевелись быстрей! Такси нас долго ждать не будет!
Перекинув сумку из одной руки в другую, экстрасенс оглянулся. Он так углубился в свои мысли, что даже не заметил, как оказался на улице перед входом на вокзал. Игорь ждал его около старой «Ауди». Рядом с ним стоял грузный мужчина, видимо, водитель. И когда успел договориться?
Скрипка ускорил шаг, и уже спустя несколько минут трясся в дребезжащей машине. Валуйский, разместившись на переднем сиденье, закидал таксиста вопросами о городе, о погоде. Сергей же устало созерцал в окно заметно похорошевший со времени его последнего визита город. Из динамиков неслось завывание какой-то юной «звезды». Скрипка не заметил, как заснул.
Разбудил его Игорь, дернул за плечо и сказал, что пора выходить. Скрипка вылез и удивленно застыл, разглядывая здание, построенное в том же архитектурном стиле, что и вокзал. Бежевые, коричневые тона радовали глаз, а кованая вывеска «Шаляпин» невольно вызвала улыбку. Сергей обернулся к напарнику и вопросительно приподнял бровь.
— Мест не было?
Тот задорно рассмеялся, а затем, слегка задыхаясь от смеха, сказал:
— И как ты догадался? По словам Марченко, нам крупно повезло. Могу поспорить, что она сейчас себе места не находит от зависти. Ладно, забирай сумку и пойдем.
— Смотрю, у тебя настроение улучшилось.
— Ты бы знал, как мне приятно иногда утереть нос нашей путешественнице.
И с довольным смешком Валуйский отворил тяжелую дверь отеля.
* * *Зеленый ковер, зеленые шторы… Валуйский вспомнил вагон-ресторан и хмыкнул: и когда этот цвет перестанет его преследовать? Он с интересом выглянул в окно. За спиной раздался приглушенный топот. Сергей, осматривая комнату, невесело усмехался.
— Знаешь, я думал, «эконом» в этом отеле будет намного лучше, чем в обычных гостиницах, но ошибся. Досадно… Кстати, ты прямо сейчас по отделениям прогуляешься?
Валуйский оторвался от окна и удивленно переспросил:
— Я? Один? А ты, что, куда-то собрался?