Локхарт Эмили - Это моя вина стр 13.

Он не знал никого из друзей Фрэнки по дискуссионному клубу или второкурсников, с которыми она общалась. Он не интересовался ее семьей. Мэттью ожидал, что Фрэнки станет частью его жизни, но не пытался войти в ее жизнь.

Многие девушки не замечают, что оказались в такой ситуации. Они так сосредотачиваются на своих парнях, что забывают о том, что у них вообще была какая-то жизнь до этого романа, и не переживают из-за того, что их парню она не интересна.

Фрэнки заметила – но не была уверена, что ей не все равно.

Она никогда не ощущала особой привязанности к ребятам, с которыми она дружила на первом курсе. Да, она была привязана к Триш, но Триш не интересовало ничего, кроме Арти. Фрэнки обожала не только Мэттью, но и его мир.

Не из-за денег.

Не из-за популярности.

Дорогая одежда и высокий социальный статус ничего не значили для нее. Но деньги и популярность делали жизнь Дина, Альфы и Каллума невероятно легкой. Им не нужно было ни на кого производить впечатление, а потому они были свободны от тревог и стремления постоянно чего-то добиваться за счет соревнований в учебе и оценки одежды других. Они не боялись нарушать правила, поскольку последствия им не грозили. Они были свободны. Они могли валять дурака. Они были в безопасности.

Фрэнки и Мэттью встречались всего две недели, когда он впервые бросил ее из-за Альфы. Они пошли пройтись после ужина и направлялись к пруду, желая побыть в красивом месте, как многие пары, которые только начинают встречаться, когда у Мэттью зазвонил телефон.

Вместо того чтобы сбросить звонок, как он делал первые две недели их отношений, он открыл телефон.

– Привет, пес, – произнес он, а потом несколько минут слушал. До Фрэнки доносился хриплый тенор Альфы.

– Мне надо идти, – сказал Мэттью, нажимая «отбой» и целуя Фрэнки в щеку. Три раза, чтобы показать, что он все еще без ума от нее. – Мы собрались готовиться к алгебре. Я совсем забыл.

И он ушел.

Фрэнки осталась стоять у пруда в сумерках в полном одиночестве. Во второй и третий раз все было точно так же. Альфа звонил и требовал – и Мэттью исчезал. Каждый раз Фрэнки не могла попросить его не ходить: подготовка к урокам, совещание редакции школьной газеты, сбор средств для футбольной команды. Но звонил всегда Альфа, и Фрэнки понимала, что это значит.

Он метил свою территорию.

Мэттью.

Еще чаще Альфа и остальные приходили к Мэттью – так часто, что Фрэнки иногда казалось, что она встречается со всеми разом. Они с Мэттью сидели в библиотеке или шли вдвоем в столовую, стая окружала их. Они смеялись, толкались, вели себя громко и весело. Тристан подхватывал и кружил Фрэнки (он был здоровенным парнем, греб последним на восьмерке в тяжелом классе), а Каллум расспрашивал ее о девушках со второго курса, которые ему нравились. Или Альфа протискивался между ней и Мэттью и обнимал их обоих. Тяжесть его руки на талии заставляла Фрэнки чувствовать себя неловко. Все, что они обсуждали с Мэттью, исчезало в тени того, о чем хотел поговорить Альфа.

Однажды Мэттью, Альфа и Стив – по дороге с футбольного матча – заметили Фрэнки, которая шла в бассейн к Триш. Они присоединились к ней и решили искупаться прямо в шортах от футбольной формы. Они толкали друг друга на глубину и прыгали в бассейн с доски.

Триш двадцать минут поплавала с Фрэнки и ушла в душ. Фрэнки выбралась с мелкой стороны бассейна и ушла нырять с ребятами на глубину. Она была не против их присутствия. Ни тогда, ни когда бы то ни было.

Да, ей хотелось побыть наедине с Мэттью, но ей нравилось, как мир вспыхивал новыми красками при появлении ребят. Ей нравилось, как они препирались друг с другом, дразнили друг друга, громко переговаривались. Как идеальная семья. При их появлении Мэттью чаще брал ее за руку. Или касался ее ноги под столом, чтобы она знала, он еще думает о ней. А остальные мешали сок с содовой, проверяли, как кто помнит даты по истории, рисовали всякие глупости в тетрадках или вместо учебы складывали самолетики – и Фрэнки была частью всего этого. Почти.

Забытое положительное

Как формируется личность? Как человек становится самим собой? Какие факторы – история его детства, культура, образование, религия, экономическое положение, сексуальная ориентация, раса, повседневное окружение – что в этом всем приводит его к принятию решений, за которые остальные будут его ненавидеть?

Наша хроника представляет собой попытку понять основные моменты, определившие характер Фрэнки Ландау-Бэнкс. Что заставило ее совершить все эти поступки: те, что она впоследствии будет вспоминать со странной смесью гордости и сожаления?

Разум Фрэнки подстегнули рассказы мисс Дженссон о паноптикуме, ее летнее знакомство с Альфой, отказ матери отпустить ее в город на джерсийском побережье, радость, с которой Мэттью спас ее после падения с велосипеда, и ее злость на Дина, который сделал вид, что не помнит ее. Все это повлияло на то, что произошло потом. И вот еще один факт:

Как вы помните, Фрэнки читала «Кодекс чести Вустеров» Пелама Вудхауса[12]. Она оставила книгу на полу библиотеки в ночь, когда получила приглашение на вечеринку на поле для гольфа, но на следующий день вернулась за ней. По ряду причин эту книгу нельзя сбрасывать со счетов – она повлияла на дальнейшие поступки Фрэнки.

Во-первых, молодые люди в этом и многих других романах Вудхауса – Фрэнки прочитала некоторые из них – входят в клуб «Трутней». «Трутни» – это британский мужской клуб, его члены – веселые молодые ребята с толстыми кошельками и переизбытком свободного времени. В отличие от других клубов, о которых говорится в настоящей хронике, у «трутней» есть свое здание с бассейном, рестораном и множеством гостиных, где можно покурить, выпить или обменяться парой историй.

Берти Вустер, Гасси Финк-Ноттл, Китекэт Поттер-Перебрайт и другие герои Вудхауса вынесли свою дружбу из школы-интерната. Они основывают свои этические и финансовые решения (Посоветовать ему сделать ставку? Одолжить ему денег? Попросить его об одолжении?) на том, были ли они приятелями в школе.

«Трутни» всегда готовы повеселиться. Они воруют шлемы полицейских, делают ставки на школьных забегах в мешках, роняют друг друга в бассейн в одежде. И хотя им по большей части вряд ли хватит ума стать в будущем членами парламента или редакторами газет, и многие из них время от времени остаются без гроша в кармане – все они, в первую очередь, старые школьные товарищи.

Во-вторых, мистер Вудхаус стилист такого потрясающего масштаба, что некоторые его фразы едва не заставили Фрэнки запрыгать по комнате от радости. До того, как в одно скучное летнее утро на верхней полке книжного шкафа Рут обнаружилось «Что-нибудь эдакое»[13], Фрэнки читала в основном детективы в бумажной обложке, которые брала на крутящихся полках в библиотеке недалеко от дома, и рассказы Дороти Паркер. Блестящий слог Вудхауса проник в ее мозг, как червь в свежий початок кукурузы.

«В его голосе слышалась некоторая ирония, было ясно, что пусть он и не совершенно раздосадован, полностью досадованным его тоже нельзя назвать».

Фрэнки прочитала эту строчку, которую так любят повторять поклонники Вудхауса (хотя тогда она этого не знала), и в голове у нее закрутились шестеренки.

– Подойди, поцелуй меня, – сказала она Мэттью. Это был воскресный день, и они сидели над учебниками в общем зале в библиотеке. Фрэнки уже сделала все, что планировала, и читала Вудхауса, чтобы составить Мэттью компанию.

Он встал из-за стола, подошел к дивану, на котором она сидела, и поцеловал ее в губы. Кроме них в библиотеке никого не было.

– М-м-м-м, – прошептала она. – Теперь я досадована.

– Что?

– Досадована. До этого я была раздосадована.

– Почему?

– Идет дождь, заняться кроме учебы нечем, автомат с закусками сломался. Так что я была раздосадована.

– А теперь ты…

– Досадована.

Она ожидала, что Мэттью улыбнется, услышав новое слово, но он слегка коснулся ее подбородка и сказал:

– Я думаю, это слово значит не то, что ты думаешь.

– Что?

Фрэнки и не думала, что это настоящее слово. Она думала, что это… то, что она позже назовет «отсутствующим положительным».

Приставки «не-», «раз-», «без-» и прочие делают слова отрицательными, да? Может быть, я пропустила какие-то грамматические тонкости, но в общем все так. Ты берешь положительное слово вроде «ограниченный», и добавляешь «не», чтобы получить отрицательное – «неограниченный».

Возможный. Невозможный.

Нормальный. Ненормальный.

Если взять отрицательное слово или выражение – например, «неутомимый», – положительный вариант которого практически никогда не используется, то это может показаться забавным. Или претенциозным. Или и тем, и другим, что не всегда плохо. В любом случае вы возвращаете к жизни забытое слово. Забытое положительное от слова «неутомимый» – «утомимый», то есть способный устать. Забытое положительное от «неповторимый» – повторимый – хотя так никто не говорит.