Всего за 69.9 руб. Купить полную версию
Маленькая бестия кубарем скатилась с кровати, схватила пульт и убавила звук.
– Не надо рыбы!
– Дай папе спокойно попить кофе…
– Пойду рисовать! – важно сказала Маруся.
– Отличная идея! – в один голос подхватили Андрей и Марго.
Маруся взяла со стола карандаши и убежала в свою комнату.
– Вот же чертенок неугомонный, – улыбнулся Гумилев, – завидую я ей! Прыгает, носится и никаких проблем.
– Может, поспишь часочек? – предложила Марго, забираясь на кровать и делая Андрею массаж шеи.
– Звучит соблазнительно… Но надо еще кое-что сделать…
– Это не может подождать?
Андрей обернулся к Марго, поймал ее руки и прижал к своей груди.
– Я смогу уснуть только когда мы будем в полной безопасности…
– И когда это будет?
– Когда мы вернемся в Москву.
Допрос Бунина оставил на душе неприятный осадок. Профессор явно что-то знал, но не торопился раскрывать карты. Возможно, он боялся Свиридова или был с ним заодно – в любом случае, последний разговор не внес в ситуацию ясность, а именно этого Андрею сейчас очень не хватало. Все, что Бунин рассказал про спрута, могло быть обманом, ведь если предмет нельзя проверить в действии, то как понять, что он именно такой, каким его представляют. Возможно, Бунин приврал насчет его сложности, а может быть, вообще изменил суть предмета. Возможно, с помощью спрута он убил Алферову, да, Андрей не верил в эту версию, но все же, все же…
Механизм замка щелкнул, и Гумилев оказался в маленькой каюте без иллюминатора, заполненной стеллажами и коробками. Бунин дремал, вытянувшись на коробках и подложив под голову свои туфли.
Андрей включил верхний свет. Профессор поморщился, повернул голову и посмотрел на вошедшего.
– Стучаться надо…
Андрей прикрыл за собой дверь и защелкнул замок.
– Если ты пришел задавать мне вопросы, то можешь идти обратно.
– Хочу поговорить наедине.
– Похоже ты ко мне неравнодушен, а, Гумилев?
– Не надоело выпендриваться?
– Чья бы корова…
– Мне кажется, ты в крайне хреновой ситуации, где каждое неверное слово может быть использовано против тебя, – спокойно разъяснил Андрей.
– Поэтому я и не собираюсь говорить… – лениво ответил Бунин, закидывая ногу на ногу и пялясь в потолок.
– Сядь-ка…
– Не вижу смысла.
– Сядь, я тебе сказал!– в голосе Андрея появились металлические нотки.
Бунин сел, скинул под ноги туфли и пригладил волосы.
– Только не надо тут мышцами играть, я не девка.
– Расскажи, что случилось.
– Я буду говорить только в присутствии своего адвоката.
– Бунин, не будь идиотом.
– А что, только тебе можно?
Андрей ничего не ответил. Он как будто задумался о чем-то, внимательно рассматривая стены каюты. Бунин вытащил из кармана мятую пачку сигарет и закурил.
– Что? Фигово дело? – с фальшивым сочувствием спросил он. – Все пошло не так, как ты планировал?
Андрей пропустил слова Бунина мимо ушей.
– Думал, ты тут рулишь процессом, а оказалось вот оно как. И эксперимент твой межпланетный никому не уперся. – Бунин выпустил струю дыма в сторону Гумилева. – Тебя использовали… Алферову жалко, конечно… Она, похоже, была в тебя влюблена…
– Мне кажется, ты выбрал довольно извращенный способ самоубийства… – наконец очнулся Андрей.
– А что ты со мной сделаешь?
– Выпущу проветриться и забуду забрать обратно.
– Мне уже страшно! – усмехнулся Бунин.
– Знаешь, что это? – Гумилев кивнул на полукруглую сферу, в стене.
– Детектор лжи?
– Именно!
Андрей подошел к полусфере и открыл находившуюся тут же в стене маленькую дверцу, размером с ладонь. За дверцей скрывалась кнопочная панель.
– Это аварийный люк… Отсюда идет прямой коридор в боковой отсек, а оттуда выход куда? Давай, ты же у нас догадливый…
– Думаешь, если меня не найдут, сможешь скрыть убийство? – в голосе Бунина появилось легкое смятение.
– Обувайся…
– Это бред…
– Возможно.
– Я не убивал ее.
– Очень может быть.
– Ты готов лишить человека жизни за то, чего он не делал?
– И даже испытать от этого удовольствие. Обувайся.
– Ничего я не буду…
– Без ботинок на снегу прохладно.
– Переживаешь, чтобы я не простудился?
– Мне нравится твое непрошибаемое чувство юмора! Надеюсь, белые медведи его тоже оценят.
– А если я никуда не пойду? Потащишь меня силой?
– На руках понесу.
– Тебя посадят.
– А тебя съедят.
Бунин опустил глаза и уперся взглядом в свои туфли. Потом, словно решившись на что-то, резко вскинул голову и посмотрел на Андрея.
– На станции человек с Морским Коньком. Если ты не найдешь его, убийства будут продолжаться.
– Что делает конек? – сразу перешел к делу Андрей.
– Разрушает. И ему совершенно все равно, что разрушать. Он с одинаковой легкостью превратит человека в фарш, а твою станцию – в груду металлолома.
– То есть, Алферову убили при помощи конька?
– Да! Как тебе еще объяснить?
– А как ты докажешь, что это сделал не ты?
– Да никак! Как я могу доказать? Но ты так же не можешь доказать, что я это сделал…
– Я не верю, что ты способен на убийство.
– Это так благородно с вашей стороны, Андрей Львович! Прямо не знаю, как вас благодарить за оказанную мне честь… – Бунин склонился в поклоне, картинно взмахнув в воздухе рукой.
– Но ты мог принимать какое-то другое участие, – продолжил свою мысль Андрей.
– Какое? Прийти к Алферовой за пять минут до убийства и засветить свою рожу в камере? Гумилев, ну ты же не тупой, как эти кретины с портретом Дзержинского в спальне!
– Я смотрю, ты их не любишь?
– А за что их любить? За то, что они собирают предметы и, ни хрена в них не разбираясь, прячут в сейф? Это между прочим, уникальная… самая уникальная из всех существующих на земле загадок! Возможно, связь с инопланетным разумом. Возможно, что-то еще не менее поразительное. Сплав, из которого сделаны предметы, обладает энергией, с которой не сравнится ни одно вещество, когда-либо обнаруженное на земле либо синтезированное искусственным образом!
Андрей понял, что задел больную тему Бунина. Это было ему на руку.
– Так значит, Свиридов тоже собирает предметы?
– Откуда мне знать? – резко пожал плечами профессор.
– Ты только что сам сказал об этом.
– Фамилия Свиридов ни разу не прозвучала.
– Но ты это имел в виду?
– Хочешь знать, есть ли у Свиридова предметы?
– Хочу.
– Ну так спроси его сам! – Бунин снова перешел на ернический тон.
Все-таки что-то их связывало… Он явно изменился, когда Андрей напомнил ему про генерала.
– У Свиридова может быть этот конек?
– Я же сказал…
– Бунин… Мне кажется, ты дал понять, что не любишь медведей.
– Да у тебя кишка тонка выкинуть меня к ним. Ты ведь положительный герой – у тебя вон молодая любовница, дочка, огромная корпорация, толпы голодных студентов, которых ты выкармливаешь…
Андрей устало вздохнул.
– Зачем ты приходил к Алферовой той ночью? – спросил он, захлопывая дверцу рядом с люком.
– Я уже могу вздохнуть с облегчением? – улыбнулся Бунин, кивая в сторону полусферы.
– Не пытайся перевести тему.
– Это было свидание.
– Не ври.
– Считаешь, что она не могла пригласить меня на свидание?
– Считаю, что ты был ей противен.
– А твоя жена находила меня привлекательным.
Андрей заставил себя не поддаваться на провокации.
– Перестань упоминать Еву, – как можно более спокойно сказал он.
– Все время о ней думаю… а ты?
– Это моя жена.
– Которая от тебя сбежала.
– Она пропала без вести.
– Она сбежала от тебя, так же, как и Марго…
– Что Марго? – не понял Андрей.
– Сбежит,– уверенно ответил Бунин.
– Зачем сбегать Марго?
– Придет время – узнаешь…
Андрей почувствовал удушье и приложил руку к груди.
– Что, поплохело?
– То есть, про Алферову ты говорить отказываешься?
– Я хотел предупредить ее об опасности.
– О какой опасности?
– О тебе. Видел, как ты начал крутиться вокруг нее и не хотел, чтобы она стала еще одной жертвой…
– Бунин, ты же псих…
– Верни мне спрута.
– Об этом не может быть и речи.
– Тогда убийства продолжатся.
Гумилев замолчал, о чем-то напряженно думая.
– Почему я должен тебе верить?
– Повторяю для тупых. У тебя на станции человек с мощнейшим оружием. Капитан убит и это только начало. У меня нет оружия, но я знаю, как его найти. Ты можешь высадить меня на землю, скормить медведям, сожрать сам – но это никак не изменит ситуацию. А теперь, если твои интеллектуальные способности не позволяют тебе самому сделать правильное логическое заключение, подсказка – единственный человек, который может хоть как-то тебе помочь, это я.
– Пять минут назад, ты отказывался мне помогать.
Бунин лег на коробки и лениво потянулся.
– Я передумал.
Андрей вышел в коридор и закрыл дверь на ключ. Судя по всему, Бунин говорил правду и даже больше того, чем Гумилев рассчитывал услышать. Ясности этот разговор не внес, наоборот, вопросов стало больше, но тем не менее Андрей испытывал удовлетворение от проведенной беседы. Теперь оставалось каким-то образом добыть спрута и уповать на то, что Бунин принесет хоть какую-то пользу.