Всего за 69.9 руб. Купить полную версию
Мао почему-то заулыбался. Эйзентрегер откинулся в кресле и поднял к глазам бокал, в котором уже почти ничего не осталось.
– Разумеется, можете, господин Чен, – сказал он надменно. – Теперь вы имеете право знать.
Прозвучало это довольно зловеще, и Чен подумал, что при неблагоприятном повороте разговора имеет хороший шанс покинуть «Империал Плаза» в пластиковом мешке.
– У моей корпорации много имен, – продолжал, между тем, Эйзентрегер. – Возможно, некоторые из них вы даже встречали в сводках биржевых новостей. Но у нее есть еще одно имя, которое известно только избранным. И поскольку вы, господин Чен, отныне входите в их число, я скажу вам его. Четвертый Рейх.
Глава пятая Код доступа
Июль 2009 года, Арктика. Северный Ледовитый океан. Борт станции «Земля-2»
В рубке было тихо. Андрей в легком оцепенении стоял рядом с телом Надежды не в силах оторвать взгляд от ее лица. На самом деле, видел он совершенно другое. Он видел ее прозрачные сияющие глаза, легкую улыбку, аккуратное ушко и непослушную прядку, выбившуюся из строгой тугой прически. Вспоминал, как она удивленно приподнимала брови, если слышала вопрос «не по уставу», ее привычку крутить пуговицу на кителе, если она о чем-то глубоко задумывалась, ее голос – тихий, ровный, спокойный. Он так и не увидел, как она смеется. Не смог рассмешить ее настолько, чтобы она, хоть на секунду, вышла из своего образа. Не увидел такой, какой ее видели близкие. Где-нибудь на даче под Питером, в легком ситцевом платье и шлепках на босу ногу, с распущенными волосами, с миской черешни, красивую, веселую, без умолку болтающую со своей любимой сестрой. Андрей представил, какой она была в школе, с белыми бантами и длинной косой, и как мальчишки дергали ее за эту косу, чтобы хоть как-то обратить на себя внимание, а она даже не смотрела в их сторону; представлял строгой студенткой военно-морского училища в окружении юных раздолбаев. Девочка, в которую влюблялись все, но влюблялась ли она когда-нибудь?
В рубку зашел Свиридов.
– Мне доложили, – с порога объяснил он и подошел к телу. – Знакомая картина.
– Знаете что это? – Андрей пришел в себя и включился в беседу.
– Ничего хорошего, – ответил Свиридов не вдаваясь в подробности,– еще жертвы есть?
Только сейчас до Андрея дошло, что он не подумал. Он не подумал, что нападение могло быть не единичным. Возможно, это был какой-то заговор, теракт, что угодно.
– Прекрасно, – с возмущением проворчал генерал. – Поздняк.
К генералу сразу подошел его помощник.
– Осмотрите всю станцию. Где, что, какие повреждения. Кто где находится и… у нас есть возможность посмотреть, кто где находился в момент убийства? – обратился он уже к Андрею.
– Сейчас проверяем.
– Что вы тут делали все это время?
Андрей посмотрел на часы. С момента, как они с Ковалевым обнаружили тело Алферовой прошло четыре минуты.
– Как дети! – генерал здорово рассердился. – Тело, надеюсь, не трогали?
Андрей отрицательно мотнул головой. Что с ним? Как баба. Где собранность, где логика, где действия? Впал в какие-то глупые фантазии…
– Входы и выходы заблокировали?
– Нет.
– Теперь бессмысленно.
– Так что мне делать?
– Кто знает о том, что произошло?
Андрей осмотрелся. В рубке кроме него был только Ковалев. Он сидел в кресле, обхватив голову руками и ушел в себя настолько глубоко, что ничего не видел и не слышал.
– Видели только мы, но толчок от остановки двигателя почувствовали, видимо, все.
– Эти товарищи в кают-компании не заметили бы даже ядерного взрыва, – с брезгливостью бросил генерал. – А остальные спали.
– В рубке были только мы, – повторил Гумилев.
– Включите полное освещение, я хочу осмотреть тело. И уведите куда-нибудь вашего друга – лишние люди мне здесь не нужны. Мне нужен полный доступ ко всей информации, если он у вас есть, – закончил генерал, глядя на развороченный пульт управления.
Андрей кивнул, толкнул Ковалева, и они направились к выходу. Сначала Гумилев решил навестить Марго.
– Возвращайтесь, вы мне понадобитесь, – хмуро бросил Свиридов,– и захватите какой-нибудь мешок.
Андрей шел к своей каюте и думал. Думал о том, почему первым делом он проверил Марусю и даже не «заглянул» к Марго. Почему он не бросился к ней? Он достал свой коммуникатор и послал вызов на видеоняню, установленную в комнате дочки – успокоился, что вот она, спит, но никак не связался с любимой? «Предметы бывают разные» – крутились в голове слова Кирсана. – «А вдруг она умеет убивать, а ты не знаешь и спокойно живешь с ней рядом?». Думал ли он о том, что Марго может быть причастна к убийству Алферовой? Думал? Есть вещи, в которых сложно признаться. «Конечно, не думал», – успокаивал себя Гумилев, – «Тогда чего ты боялся увидеть», – спрашивал тот же голос. И не давая ответ на этот вопрос, Андрей, тем не менее, знал что.
Он стоял перед дверью, прислушиваясь и не решаясь войти. Она либо спит, либо… Андрей осторожно приоткрыл дверь. Он увидел кровать, которую, видимо, еще не расстилали. Мебель, съехавшую в один угол – последствия резкого торможения, рассыпавшиеся фрукты. Марго стояла спиной к нему и смотрела в окно. Андрей направился к ней. Даже услышав его шаги, она не обернулась. Это было странно, обычно Марго, которая очень страдала от своего чуткого слуха, замечала его приближение сразу. Сколько раз он пытался тайком приблизиться к ней и никогда у него это не получалось. Едва сделав первый шаг по мягкому ворсистому ковру, абсолютно, казалось бы, бесшумный, он сразу обнаруживал себя – девушка оборачивалась и улыбалась. «Крадешься?». Сейчас же она никак не отреагировала, даже когда он встал за ее спиной и положил ей руки на плечи. Может все еще дуется?
– Марго?
Он ощутил, как ее тело задрожало. Андрею стало нехорошо. Что-то было не так. Все было не так.
– Что случилось?
Марго ничего не отвечала. Тогда он резко развернул ее к себе лицом, но она тут же опустила его и уткнулась в плечо, словно пряча глаза. Андрей растерянно огляделся. Теперь он заметил кофточку, валяющуюся тут же на полу. Она вся была испачкана кровью.
– Марго! – Андрей встряхнул девушку.
Марго подняла к нему лицо. Пустой отрешенный взгляд.
– Ты пьяна?!
Она была не просто пьяна. Она была абсолютно никакая. Приехали! Марго, которая позволяла себе пару глотков вина по праздникам, обмякла и повисла на руках Андрея. Он отнес ее на кровать и аккуратно положил поверх покрывала.
– Зачем ты напилась?
Марго пьяно застонала.
– Откуда кровь, Марго?
Стало страшно. В голове рисовалась ужасная картина. Ревность, обида, злость. Это она убила Алферову. Напилась, после его ухода и решила разобраться с соперницей. Она не контролировала себя. И у нее есть предмет, который может превратить человека в бесформенную груду костей и мяса!
– Я люблю тебя… – еле слышно прошепатал Марго.
– Я тоже тебя люблю, только расскажи мне…
– Ты всегда будешь меня любить? – Марго попыталась сесть. Ее глаза с трудом фокусировались на Андрее, – даже если узнаешь про меня что-то ужасное?
Самые страшные опасения подтверждались. Андрей собрал все силы, чтобы не поддаться панике, а повод запаниковать был очень веский.
– Марго, откуда кровь?
– Я упала.
Марго закатала рукав свитера и показала руку, кое-как перетянутую бинтом.
– Обо что ты так порезалась?
– Столик…
Только сейчас Андрей заметил, что маленький стеклянный столик был разбит. Все это с трудом укладывалось в голове и никак не хотело вытеснять страшное подозрение, но пока версия Марго подтверждалась.
Андрей встал с кровати и направился в ванную комнату. Раковина была заляпана кровью, и пол, и даже отпечаток пальцев на стене. Значит, не она? Значит, он с такой легкостью заподозрил любимую девушку в убийстве? Но что-то все равно было не так, не давало расслабиться и окончательно поверить.
В конце концов, он ничего не знал про Марго. Конечно же, она рассказывала о своей прошлой жизни, о том, что происходило с ней до знакомства с Андреем, но это все могло быть просто легендой. В тот момент, когда они стали жить вместе, начальник службы безопасности Санич предложил Андрею проверить прошлое девушки. Почему-то Андрею тогда это показалось неэтичным, подлым… Девушка так нравилась его маленькой дочке, да и ему… Ну не могла она быть замешана ни в какой фигне. Слишком чистая, слишком честная. Начальник службы безопасности думал по-другому, но это входило в его обязанности – он вообще всех подозревал. Особенно тех, кто появлялся ниоткуда. И особенно женщин. Видимо зная, что это самое слабое место Андрея, который, как любой нормальный мужчина, легко западал на красавиц. Андрей же успокаивал себя тем, что, в первую очередь западает на умниц, а умницы подлыми быть не могут. «Умная баба страшнее войны», – не соглашался с ним Санич. В глубине души, Андрей понимал, что начальник прав, но все же полагался на свою интуицию сильнее, чем на любую службу безопасности.