Вадим Селин - Девочка-лето стр 8.

Мы плавали на лодке до поздней ночи. Изредка поглядывали на костерок, который горел на нашем пляже и служил маяком. Мы болтали ни о чем и обо всем сразу, шутили, смеялись, Марат пел песни, мне хотелось веселиться и вести себя открыто, не стесняясь, не сдерживая эмоции, дурачиться. Рядом с Маратом я чувствовала себя уютно. Вот только иногда мое настроение резко портилось – когда я вспоминала о завтрашнем дне.

На следующий день мы расстались.

Я вздрогнула и обнаружила, что стою не на пляже с горячим песком под ногами, а во дворе, окруженном однотипными панельными домами, в которых живут сотни, тысячи людей. Но эти дома кажутся однотипными только с первого взгляда. На самом деле один из них особенный. В нем живет Марат – парень, при одной мысли о котором я мгновенно переношусь в лето, в солнце, в шум отдыхающих на побережье Черного моря.

Надо же, я много раз была в этом городе, ходила по этим улицам вместе с бабушкой, но раньше я не знала, что где-то здесь живет Марат. Да и самого Марата не знала… Так странно. А теперь город приобрел для меня особое значение.

В кармане лежала жемчужина, бережно завернутая в платочек. Когда мы с Маратом увидимся, он положит жемчужину в раковину, и это будет символом нашей встречи. Нашей дружбы. Нашего единства.

Я стояла неподалеку от второго подъезда дома номер двадцать. Сейчас я войду в него, поднимусь на нужный этаж, позвоню в сороковую квартиру, и Марат откроет мне дверь. Или его родители. В общем, через несколько минут я увижу Марата.

Вдруг мне сделалось страшно. Коленки задрожали, сердце сильно заколотилось. Кровь молоточками стучала в висках. Перед глазами все расплывалось. Я не верила, не верила, что увижу Марата. Эти два месяца разлуки казались мне вечностью.

«Так, держи себя в руках, – подумала я. – Что мама советует делать в таких случаях? Десять глубоких вдохов».

Я закрыла глаза, сделала десять вдохов, и мне стало значительно легче. По крайней мере, коленки перестали дрожать.

И в этот момент кто-то толкнул меня в спину. От неожиданности я вскрикнула и подалась вперед. Я точно упала бы на землю, если бы передо мной не росло какое-то дерево и я не схватилась бы за его ствол.

«Маньяк!» – стрелой пронеслось в голове. Мама всегда запугивала меня маньяками. По ее мнению, маньяки обитают повсюду и они могут выскочить из-за любого поворота.

– Рита, фу! – услышала я мужской голос.

Возле меня сидела здоровенная рыжая овчарка без поводка и намордника, а к ней со всех ног мчался какой-то парень примерно моего возраста, может, чуть старше.

– Совсем уже? – возмутилась я, приходя в себя. – Собаку без намордника отпускаешь! И без поводка! А если бы она меня укусила?

– Ну не укусила же! – нагло заявил любитель собак и расплылся в улыбке.

По-видимому, он посчитал, что сердце мое растает и я вместо того, чтобы злиться, буду смущаться, запинаться и краснеть, вымаливая у него номер телефона. Но он имел дело со мной – а мне все эти улыбочки до лампочки.

– Что ты смеешься? – спросила я, надвигаясь на него. Собака, почувствовав, что хозяину угрожают, зарычала и оскалила крупные белые клыки. – А ну быстро убери свою дворняжку! Или я сейчас же пойду в милицию, заявление напишу, что ты выгуливаешь такую псину в общественном месте без намордника.

– Рита не кусается, – произнес парень излюбленную фразу всех собаководов.

Можно подумать, собаки дают им расписки, в которых обязуются никого не кусать, – с такой уверенностью хозяева убеждают в доброжелательности своих питомцев.

– Ага, Рита не кусается, а я не дерусь! Но в исключительных случаях… – Я многозначительно не закончила фразу и прищурилась.

Собаковод тут же попятился, схватил овчарку за ошейник и зашел с ней в подъезд.

– Сумасшедшая какая-то, – обронил он напоследок.

– Нет, ну вообще! Я еще и сумасшедшая! – изумилась я и крикнула: – Назвать овчарку Ритой мог только дурак!

«Все настроение испортил, – огорчилась я. На душе остался какой-то осадок. – Ну ничего, сейчас увижу Марата и забуду об этом хаме. Кстати, на всякий случай нужно купить специальный свисток против собак».

Едва я успела додумать эту мысль, как дверь в подъезд открылась.

Перед глазами мгновенно все поплыло… Земля под ногами качнулась…

Из подъезда вышел Марат. Это был он. Марат. Мой Марат.

Я впервые увидела его не в легких льняных штанах или шортах, не в рубашке с пальмами или боксерской майке, подчеркивающей его крепкие развитые плечи, а в ботинках, джинсах и красной куртке с белыми вставками. Его немного отросшие вьющиеся черные волосы, смуглая кожа – все это как нельзя лучше гармонировало с одеждой.

Раньше я думала, что при встрече с Маратом расплачусь, но плакать не хотелось. Меня переполняло счастье.

– Марат, – хотела воскликнуть я, но вместо крика почему-то получился хриплый шепот.

Я хотела броситься к нему и обнять, но вопреки моей воле ноги не сдвинулись с места. Я словно приросла к земле. И, наверное, это произошло совсем не случайно… (Мама строго сказала бы: «Никаких „наверное“!»)

Марат вышел из подъезда и остановился, придерживая дверь. Он стоял ко мне спиной. Я же находилась за деревьями.

Следом за ним вышла девушка с распущенными темными волосами. На ней были короткая куртка и длинная черная юбка, а на плече висела миниатюрная сумочка. Девушка выглядела просто потрясающе. Она была очень красивой и похожей на героиню какого-нибудь индийского фильма.

«Соседка, наверное», – уверенно решила я, но вдруг эта красотка привычным движением взяла Марата под руку.

У меня перед глазами потемнело. Перестало хватать воздуха.

Они медленным шагом побрели по двору. Эти двое смотрелись вместе очень гармонично. Марат загребал носками кроссовок желтые опавшие листья, а девушка эффектно встряхивала длинными волосами.

«Может, это не Марат?..» – с надеждой подумала я, хотя была больше чем уверена, что это он. Нет же у него брата-близнеца. По крайней мере, Марат ни разу о нем не говорил.

– Такой день хороший, хоть и пасмурный, – сказал Марат своей спутнице.

От его голоса у меня защемило сердце.

– Да, мне тоже нравится. Погода сегодня не противная, а какая-то задумчивая… – ответила девушка красивым мелодичным голосом.

– Может, ну эти занятия? Давай сходим в парк, прогуляемся, сфотографируемся на память. Сегодня тепло. Дождя нет, ветра тоже… Сходим, а? Мне с тобой весело. Ну пошли-и, – капризно попросил Марат и заглянул ей в глаза.

Она покачала головой:

– Нет, Маратик, мне на занятия надо, а то потом на экзаменах будут проблемы. Преподаватель основ медицины очень строгий… Да и анатомичка такая же. В парк завтра сходим, как раз выходной. Там лошадь, я хочу на ней покататься.

– Ладно, как тебе удобно.

– Маратик, а давай вечером сходим в клуб?

– В какой?

– Мне без разницы. Потанцевать хочется, повеселиться.

– Давай! Мне тоже не помешает кости размять. С нетерпением буду ждать вечера…

Они направлялись в сторону остановки. Прячась за деревьями и кустами, я следила за ними.

Прогулочным шагом они подошли к остановке.

На горизонте показалась маршрутка.

– Ну что, любимый, ты меня проводишь? – спросила девушка и игриво подняла левую бровь.

Марат покраснел и огляделся по сторонам. Затем склонился к своей спутнице и что-то шепнул ей на ухо.

– А что тут такого? – ответила она и махнула рукой, чтобы маршрутка остановилась.

– Ничего, – буркнул Марат, открывая дверь маршрутки. – Ладно, я тебя провожу. День сегодня свободный.

Они взобрались в салон, и машина тронулась.

Я была просто убита услышанным.

«Она сказала „любимый“! Они шли под руку! Этого не может быть. У меня галлюцинации!»

Недолго думая, я поймала такси и попросила водителя ехать за маршруткой, в которой сидели Марат и эта девица.

Я испытывала непередаваемые чувства. Внутри все кипело, бурлило, натягивалось и звенело. Я была просто в шоке. С каждой секундой до меня все больше и больше доходил смысл сказанного этой… длинноволосой.

Таксист прилежно следовал за маршруткой. Погоня была прямо как в детективе.

Я не понимала, зачем еду за Маратом, но знала, что ехать надо.

Маршрутка притормозила возле остановки, расположенной неподалеку от огромного здания мединститута. Я расплатилась с водителем, от волнения не понимая, какую сумму ему дала, и выскочила из машины. Сумма, наверное, вполне его устроила, так как он заулыбался и даже пожелал мне удачи.

Марат с девушкой, держась за руки, направлялись к институту. Незнакомка жалась к нему, время от времени что-то шептала ему на ухо, он смеялся… Они всем своим видом показывали, что им хорошо вместе.

Они остановились возле входа в здание. Там крутилось очень много студентов разных национальностей. Я спряталась за компанией арабов и оттуда наблюдала за Маратом и его спутницей.

Она что-то весело рассказывала моему другу, постоянно прижимаясь к нему. Каждое прикосновение было для меня как удар ножом в сердце.