Вот этим общественным и политическим организациям и многому другому и посвящена вторая часть книги, состоящая из материалов, заимствованных у В.А. Маевского. Это главы: «Прибытие русских беженцев и их размещение», «Русский храм и приход», «Памятник русской славы» – усыпальница русских воинов, погибших за свободу сербов, хорватов и словенцев на Солоникском фронте в Первую мировую войну на русском участке кладбища, там же, где была построена и копия разрушенной большевиками в Москве Иверской часовни.
Далее, в этом же отделе главы: «Русская библиотека и архивы», «Работа русских специалистов», «Враждебные выступления», имеются в виду оскорбительные для русских передачи по государственному радио «Сережа и Ниночка», «Русская печать в Белграде» и «Русские организации». Обе написаны интересно, но как-то поверхностно. Их, в какой-то степени, дополняют короткие заметки «Высшие военно-научные курсы. Военные организации» и «Общество ревнителей военных знаний».
Глава «Русские организации» начинается с упоминания НСНП, младороссов и небольшой группы «туркуловцев». Если НСНП имел свой центр в Белграде, то и у младороссов и «туркуловцев» центры были в Париже. Младороссам В.А. Маевский уделил более страницы, «туркуловцам» одну фразу о том, что среди них «подвизались главным образом полковник Е.Э. Месснер и Л.А. Сердаковский, а где-то, в конце статьи коротко упомянуто «Представительство Братства Русской правды – С.Н. Палеолог». В 1920-х годах БРП – Братство Русской Правды играло в истории эмиграции заметную роль, и наравне с боевиками генерала Кутепова, вело непримиримую борьбу с большевиками. Боевики делали вооруженные вылазки в СССР, а БРП – занималось также и антикоммунистической пропагандой, посылая в СССР людей и листовки, и имело подпольное радио в Латвии.
А.П. Кутепов был похищен в 1930 г., а БРП большевикам удалось развалить в 1932 г. засланными туда агентами. Конец БРП совпал с началом работы НТС. Большевики сразу почувствовали в НТС своего нового и опасного врага, и группа советских агентов безрезультатно пыталась захватить в НТС некоторые руководящие посты.
В конце отдела В.А. Маевский пишет о короле Александре, о Второй мировой войне, о признании Югославией Советского Союза, о русских в Белграде в годы немецкой оккупации и о приходе красных.
Третий отдел сборника «Образование и наука» посвящен статьям разных авторов о Русско-сербской гимназии, о русских студентах и о русских профессорах и ученых, объединенных в Русском научном институте.
В четвертом отделе «Литература и искусство» говорится об участии русских в сербских театре, опере и балете, о русских художественном и музыкальном обществах, и о литературных кружках. Об этих кружках написала Л. Алексеева, участвовавшая во всех трех. Интересно отметить, что каждый второй поэт был членом НСНП: и Ю. Герцог, и А. Неймирок, и В. Гальской, и К. Халафов.
В описании русских периодических изданий в Белграде, особое внимание уделено сатирическому журналу «Бух!!!». Целая 21 страница. Никто и ничто в сборнике не удостоилось такого внимания. И правильно. Там, что ни строчка, то про русских белградцев, а ведь книга так и названа – «Русский Белград».
«Бух!!!» был главным сатирическим журналом эмиграции. С 1930 г. по 1936 г. вышло 30 номеров. С 1933 г. он даже выходил параллельным изданием в Париже. Это удивительно, так как многое в «Бухе!!!» было понятно только русским в Югославии. Например, в «Задачах для любителей математики» говорилось: «Некто продает неизвестное количество чужих колец, орденов, крестов и мехов, взымая 10% с суммы, передаваемой им собственнику проданного» <…> «Спрашивается, в какой срок эмигранты преподнесут ему звание филантропа?» Имелся в виду хозяин комиссионного магазина и общественный деятель, Григорий Миткевич, по прозвищу «Гриша филантроп». Но «задача» была остроумной и не обязательно было знать, к кому она относится.
Стишки про младороссов были понятны не только белградцам, но и всем русским:
Имелся в виду младоросский лозунг «Царь и советы», призывавший эмиграцию не бороться с советской властью, а только думать о восстановлении монархии.
В последнем отделе В.А. Тесемников очень тепло вспоминает о встречах в 1970-х годах с потомками белой эмиграции, оставшихся в коммунистической Югославии после второго исхода в 1950-х годах.
«В толпе их, эмигрантов первой волны, можно было сразу узнать. Их выдавал не только возраст, но и неторопливые, несуетные, исполненные собственного достоинства движения, какая-то особенная, уважительная манера общения. Но что особенно поражало, так это их русский язык, скорее литературный, чем разговорный (в нашем понимании), никаких скороговорок, никаких слов-паразитов».
«Русские имена в названиях улиц Белграда», всего одна страница, но на ней перечислено 41 имя. Сведения взяты из туристического путеводителя 2005 г. Автор статьи не указан, но справедливо отметил: «История не только называет, но и стирает названия. Так ушли в прошлое имена Ленина и генерала Махина, нет больше на карте Белграда бульваров Октябрьской революции и Красной армии». Добавлю от себя, что нет и Сталинградской улицы, которая после разрыва Тито с СССР была переименована в Македонскую. На этой улице была редакция старейшей сербской газеты «Политика», основанной братьями Рибникарами, и называвшаяся до 1941 г. улицей братьев Рибникаров. До 1941 г. в Белграде, по моим сведениям, было всего две улицы с русскими названиями: царя Николая и генерала Раевского.
Улицы генерала Раевского нет в именном регистре и потому скажу о нем несколько слов. У Льва Толстого в «Анне Карениной» он выведен под фамилией Вронского и о нем сказано, что он отправился добровольцем на Балканы. Русский полковник-артиллерист Раевский был произведен сербами в генералы и погиб в боях за свободу Сербии. На месте гибели его родные построили храм-усыпальницу.
В коммунистическое время улица царя Николая была, вероятно, переименована, но улица Раевского переименована не была.
Последняя глава сборника – составленный В.И. Косиком «Именной регистр русских эмигрантов, упоминаемых в книге». В.И. Косик пишет о епископе Гермогене (Максимове), возглавившем в 1942 г., ради спасения жизней православных сербов, автокефальную Хорватскую православную церковь: «имеются сведения, что русская церковная община в Сараеве первой признала ХПЦ». ХПЦ была неканоничной церковью, и у меня есть доказательства, что о. Алексей Крыжко, настоятель русского прихода в Сараеве, несмотря на давление со стороны властей, не признавал ХПЦ и не поминал во время богослужений имя гонителя православия Анту Павелича, возглавлявшего в годы войны хорватское марионеточное правительство.
Тем не менее, указанный регистр, так же, как и вся книга, является ценным справочником для историков русской эмиграции и русских в Югославии.
В ноябре в Москве в Библиотеке-фонде Русского Зарубежья имени А.И. Солженицына состоялся III международный кинофестиваль фильмов Русского Зарубежья организуемый энтузиазмом кинорежиссёра и продюсера Сергея Зайцева и его верных сподвижников.
В этот раз, как извещал читателя «Посев» в 10-м номере, на фестивале, на ряду со всеми другими картинами демонстрировался и «наш» фильм «Редлих – люди с той стороны». Возможно один из немногих произведений, сделанных в России про историю видных деятелей НТС без обычного советского или постсоветского ажиотажа. Роман Николаевич Редлих – главный герой фильма, многие годы был одним из самых видных членов НТС и Русского Зарубежья, и тем интересней был показ фильма с приездом его сына и тоже, по наследству, члена и редколлегии «Посева» и Совета НТС – Андрея Романовича Редлиха. Увы, Людмила Глебовна Редлих (Скуратова) – главное действующее лицо фильма, находится слишком в преклонном возрасте, и на подобные встречи с публикой уже сил не находит.
Фильм снят был за год до смерти Романа Николаевича, во Франкфурте режиссёром и продюсером Григорием Амнуэль, не раз в своём творчестве с разных сторон обращавшегося к проблемам и историям обширной русской эмиграции разных лет послереволюционной трагедии 1917 года. Фильм построен очень просто, плавные, истинно интелегентные монологи Романа Николаевича и Людмилы Глебовны, а также Андрея Романовича о судьбе своей семьи. Увы, достаточно типичной для Русского Зарубежья в Германии. Об истории любимой страны, разумеется, России, о религиозных и философских, а порой и политических размышлениях, ведущихся на «русских кухнях» в любой семье и в любом городе, и всё это сопровождается фотографиями и документами прошедшей эпохи ХХ века. Эпохи страданий, потерь, переломов, но и громадной любви к людям, к Вере, к своей Родине. Да, фильм смонтирован просто, без изысков, да, некоторые факты скорее обобщающие, чем конкретные по отношению к тому или иному человеку, но в том и ценность – это рассказ не о себе любимом, а обо всём поколении. И, наверное, самое главное – это, правда с той стороны, которая и сегодня в ХХI веке оказывается взрывающей и проламывающей стену «советского знания».
Это уже четвёртый показ фильма в России. Был диплом кинофестиваля правозащитных фильмов «Сталкер», но главное, это не призы, а разговор, который всегда происходит после просмотра. В этот раз, благодаря устроителям фестиваля к разговору приглашали и дата показа, 8 ноября (жаль, что не 7.11.) и время показа (фильм в малом зале демонстрировался последним, но не поздно, в 16.00 часов), и у желающих было время на разговор. Нужно отметить, что желающих набралось столько, что некоторые вынуждены были слушать, именно слушать, а не смотреть фильм, из коридора, прильнув к открытым дверям, даже член жюри кинофестиваля смотрел фильм, стоя в дверном проёме.