Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
«Я удивился, что Марго назвала дочь Викторией. Мне бы хотелось, чтобы внучку звали Этери. Но, видимо, Виктория – это победа Марго. Победа над чем или над кем? Может быть, надо мной? Да нет, скорее всего, над мужиком, сделавшим этого ребенка… Она ничего о нем не говорит, никогда. Новорожденной я Викторию не видел, был в Австралии с концертами. Сейчас ей уже семь месяцев, это прелестное существо, черноглазое, смугленькое, улыбчивое. Увидела меня, заулыбалась, пошла на руки, схватила за нос, стала смеяться… Ужасно напоминает маленькую Марго, и я уже люблю ее. Дома ее зовут Тошкой, милое имя. Уверен, вырастет красавицей. Марго молодчина, сильная, смелая. Жаль, у нее нет мужа, хотя я, стыдно признаться, рад этому. У нее мало свободного времени, но она всегда находит час-другой, чтобы поговорить со мной, развеять какие-то сомнения и страхи. Я не так давно купил дачу, а она уже превратила ее в семейное гнездо… Здесь старомодно, уютно именно так, как я люблю, здесь пахнет Эличкиной стряпней, а что может быть вкуснее Эличкиной стряпни? Вот уж объездил за эти годы почти полмира, бывал в лучших ресторанах, даже у знаменитого „Максима“, но вкуснее Эличкиных яств нет ничего. Кстати, у Максима я был с Н. Не удержался, позвонил ей, когда был в Париже, решил проверить себя. Она пришла, очень элегантная, впрочем, у нее всегда была элегантная стать, дело не в тряпках, она не одевается в модных домах. Смотрел на нее, пытался вспомнить то сумасшествие свое, ту бурю чувств… Одни воспоминания… Она умна, образованна, как всегда иронична, говорить с ней удовольствие, но чувства остыли… У нее, вероятно, тоже… Глупо, что мы так ни разу и не переспали…»
Ни фига себе, подумала Тошка.
«… Я спросил ее, не жалеет ли она об этом. Она молча смерила меня насмешливым взглядом и ответила: – Саша, я ни за что не стала бы спать с мужем моей сестры. Ну а любить тебя никто не мог запретить мне. Я любила. И слава Богу, совесть моя чиста перед памятью Этери.
– Тогда почему же ты уехала во Францию, не осталась жить у нас?
– Потому что я хотела этого! Потому что мне было это интересно! Разве ты не заметил еще, не понял, что я всегда поступала так, как хотела?
– Ты лукавишь, Нуца, я знаю, ты хотела спать со мной… Но твои моральные принципы оказались выше нормального человеческого желания…
– Саша, я знаю одно – ты все-таки любил меня, любил много лет, а если бы я спала с тобой, твоих чувств хватило бы от силы на год. Поверь, платонические отношения подчас бывают куда лучше и красивее плотских, и уж точно долговечнее.
Она утешается этим, что ж, пусть. Да, я любил ее, много лет она была для меня, наверное, главной женщиной в жизни… Черт побери, в тот момент ее слова вызвали у меня только раздражение, а вот стал писать – и вдруг понял, она права! Она уже старая и всегда заботилась о душе… А я… Боюсь, что в мире ином друг друга мы не узнаем… Я погряз в грехах, а она… Но мне рано еще думать о душе, я еще мужчина, действующий мужчина… И это сейчас главное. Я не слишком верю в загробную жизнь. А она… пусть утешается своей чистой совестью, если нечего вспомнить на склоне лет».
Обалдеть! Ну и Нуцико… Как я люблю ее, она самая лучшая. Но я никогда, ни за какие коврижки, ни слова ей не скажу о том, что знаю… Хорошо, что я прочла эту тетрадку, а то думала бы, что моя Нуца крутила роман с дедом за спиной бабушки. А там была просто великая любовь. Как это романтично, как красиво и как несовременно, когда все трындят про секс… А для деда, похоже, секс – отправная точка. Вон он тут уже старый, а все равно – он мужчина и гори оно все синим пламенем…
Часть вторая Росчерком пера
– Чему ты радуешься, идиот? Девчонка посмеялась над тобой, а ты… Как маленький… Или уже в детство впал?
– Римма, ты не понимаешь… Это же кайф! Индейский головной убор, мечта детства, и никто не хотел надо мной издеваться…
– Да посмотри, на кого ты похож, старый дурак! Сними сейчас же эту гадость! Смотреть противно! Тебе скоро шестьдесят, а ты все в игрушки играешь! Ты же сам жил в Америке, и молодой еще был, почему ж не обзавелся, если такая мечта?
Лев Александрович снял с головы Тошкин подарок и задумчиво ответил:
– Да мне как-то не попалось на глаза, да и вообще не до того было. Я там достаточно хлебнул.
– Хватит, надоело!
– Послушай, если тебе все надоело, – стал медленно закипать Лев Александрович, – можем расстаться. Не проблема!
– Ага, щас! Тебе только того и надо, не дождетесь. А в твоем возрасте носить эти дурацкие перья по меньшей мере смешно. Но дело не в тебе, а в Тошке. Она невесть что о себе возомнила!
– У девочки хорошее чувство юмора! Только и всего.
– Она никогда не выйдет замуж!
– Почему? Она красотка.
– Умничает больно, мужчины таких не любят.
– Ну, может, найдется умный.
– Нет, не найдется, твоя сестрица вот тоже умная.
– И что? По-твоему, ее мужчины не любят?
– Лева, думаешь, этот ее муженек находка? Да он…
– Римма, ты хочешь поссориться? Непременно? Изволь. – Лев Александрович со всего маху стукнул кулаком по столу. – Замолчи сию минуту! – вдруг закричал он, – я не желаю слушать пакости о членах моей семьи! А не замолчишь, пожалеешь!
– Я-то замолчу, да вот другие…
– Заткнись!
Римма Павловна сочла за благо пожать плечами и удалиться.
Как я мог, как я мог жениться на этой идиотке? Хотя… как показывает доигрывание, она не такая уж идиотка… Идиот я. Но раз уж я попал в эту западню, надо постараться урвать хоть какую-то радость от жизни и заодно реабилитироваться.
Он сел в кресло, достал мобильник и позвонил.
– Марго, можно?
– Заходи, Танюша. Что-то живот не растет?
– Да ты что! Просто в этой хламидке не видно. Смотри!
– Правда, – улыбнулась Марго. – Ну, к делу. Как там Аля справляется? Тянет?
– Не то слово! Так лихо иногда соображает, я только диву даюсь, откуда что берется. Я ей позавчера поручила разобраться с «Пантерой». Там не очень сложная ситуация была, и я решила проверить Альку. Она так все разрулила, подошла с совершенно неожиданной стороны и уладила все ко всеобщему удовольствию.
– Правда?
– Мне зачем врать? Она супер-толковая в чем-то… И клиенты клюют на ее нетипичность для нашей профессии. Скромная такая, интеллигентная… Словом, твоя интуиция в очередной раз тебя не подвела. Думаю, скоро смогу спокойно на нее все оставить. И человечек она славный, мы подружились… Ей бы еще мужика хорошего найти…
– Оно конечно, но не сейчас, а то мозги не в ту сторону уплывут. Ты не в курсе, Левка там больше к ней не лезет?
– А разве лез? – сделала невинные глаза Таня.
– Да вроде он на нее запал, она тоже…
– Мне про это неизвестно.
– И слава богу.
– Да, Марго, Аля заподозрила, что… понимаешь, у нее глаз-то не замыленный…
– Что заподозрила?
– Что Леня ведет нечестную игру.
– Я же тебе говорила, что не доверяю ему. Ты вникла? Есть на чем его поймать?
– А как же!
– Ну!
– На днях Аля поехала по моему поручению и сказала, что случайно увидела Ленечку с девицей.
– Это не криминал, – улыбнулась Марго.
– Девица не простая, а из конкурирующей организации. Подозреваю, что заказ от «Жень-Шеня» мы потеряли из-за этой связи.
– Только подозреваешь?
– Пока да. Но работаю в этом направлении. Все-таки твоя интуиция – это чудо.
– Моя интуиция говорит мне, что Лёню в любом случае придется уволить. Но надо как-то так сделать, чтобы не нажить в его лице врага… Я подумаю над этим.
– Я тоже. Хотя он в бешенстве из-за появления Али. Рассчитывал, видимо, на мое место. Да, кстати, когда я вернусь после родов, что будет с Алей?
– Она будет твоим замом. В паре вы больше успеете.
– Супер! Я люблю тебя, Маргошка!
– Хватит сантиментов, давай займемся делами.
Лев Александрович сам себя не понимал, такого с ним прежде не было. Аля второй раз отложила встречу… Что-то лепетала, бормотала, ничего вразумительного. Он раздражался, злился, приходил в бешенство, решал, что больше не позвонит, но она снилась ему. Внезапно в голову пришло, что у нее мог завестись другой мужчина, молодой, сильный, и она не говорит ему об этом только из жалости. Подобные мысли были непереносимы, жизнь окрасилась в черные тона, и в результате он решил, что завтра утром – прошло две недели с первой попытки – он просто нагрянет к ней без звонка, с цветами и поглядит, что там такое… Правда, она может сегодня умчаться на дачу, все-таки там ее дочка… но если ее не окажется дома, мотану сразу на дачу и попробую поговорить с этой дурочкой. Глупый бизон, сам все испортил. А если застану у нее мужика? Что ж, значит, у меня появится цель – вернуть ее во что бы то ни стало.
А Аля и не думала ни о ком другом, просто на нее с каждым днем сваливалось все больше обязанностей, ей даже казалось иногда, что Таня нарочно загружает ее до изнеможения, чтобы некогда было и вспоминать о глупом бизоне. Ей так понравилось это его определение, оно свидетельствовало о прекрасном чувстве юмора, о самоиронии, и каждый раз, вспоминая о нем, она преисполнялась нежности, но уже дважды отложила встречу, так как по вечерам ей было уже не до любви. А сегодня надо, хоть кровь из носу, поехать на дачу. Она уже неделю не видела дочь. Конечно, Таська там присмотрена, сыта, ей не скучно, но родная мать есть родная мать. А с Левочкой все еще успеется. Глупый бизон… Бизон с виагрой, вдруг вспомнила она и рассмеялась. Бедный бизончик…