Всего за 129.99 руб. Купить полную версию
Состояние профессионального сообщества оценивают и другие специалисты. Так, Даниил Бриман считает, что профессиональное сообщество в неформальном виде уже существует: «Лоббисты и специалисты в сфере GR общаются друг с другом в социальных сетях, на конференциях, на других общих мероприятиях. Подразделения или секции по GR есть в некоторых общественных организациях, например РАСО. Наверное, появление самостоятельной профессиональной организации лоббистов — дело времени».
Михаил Дворкович пессимистично оценивает ближайшие перспективы создания сообщества лоббистов и объясняет, почему он так думает: «Сообщество может быть там, где есть достаточное количество профессионалов. Большинство, кто считает себя профессионалом в этом деле, дилетанты. Я себя тоже в лоббизме профессионалом не считаю. Я недостаточно циничен, верю в идеалы. Поработав чиновником, отказавшись от нескольких взяток и откатов, я принял решение не брать и не давать взятки, как ключевое в жизни, и не изменяю ему. Есть огромное количество людей, которые хотят создать ассоциации, союзы джиарщиков, но к этому, на самом деле, никто не готов. Как только джиарщики заявят, что они есть в России, их тут же обзовут преступниками, проверят на предмет деятельности, посадят по одному либо будут чинить другие препятствия. Скорее, необходимо каждому по отдельности прилагать усилия, чтобы продвигать нормативную базу, касающуюся цивилизованного лоббизма. Когда появится площадка для обсуждения закона о лоббизме, можно встретиться и договориться о каком-то взаимодействии, но не о создании союза или сообщества».
Отчасти мнение Михаила Дворковича разделяет и Петр Орджоникидзе: «В России на сегодняшний день не очень много людей, которые занимаются лоббизмом и джиаром, чтобы сформировалось сообщество. Очень много среди лоббистов пройдох, с которыми я бы не хотел иметь ничего общего даже условно. Отраслевые организации и ассоциации, которые охватывают целую отрасль, на мой взгляд, стоят особняком. Но все же я считаю, что чем больше возможностей у коллег общаться и обмениваться мнениями, тем лучше для развития лоббистской „отрасли“.»
Создание ассоциации или сообщества лоббистов преследует как минимум две цели. Первая цель — выработка единого мнения отрасли по вопросам законодательного регулирования лоббистской деятельности, вторая — формирование культуры цивилизованного лоббизма и джиара в России.
Ценность создания сообщества лоббистов Олег Калинский видит в следующем: «Существует целый ряд инструментов и методов цивилизованного лоббизма и работы специалиста по GR. При этом многое зависит от остроты проблемы, ее срочности, степени влияния того или иного решения органов власти на твою компанию или отрасль. Некоторые вопросы решаются по телефону, некоторые — с помощью писем, некоторые — на встречах. Если речь идет о таком серьезном вопросе, как, например, изменение законодательства, то тогда, скорее всего, в продвижении своей позиции джиарщик выберет механизм формирования коалиции сторонников этих поправок для продвижения законопроекта. Формирование коалиции в этом случае увеличивает шансы на более пристальное изучение ваших предложений субъектами законодательной инициативы, поскольку вы уже отражаете точку зрения не только отдельно взятой компании, а отрасли или смежных отраслей».
Столь же рациональный подход демонстрирует Евгений Рошков. На его взгляд, закон о лоббизме и создание профессиональной ассоциации должны быть средством для достижения чего-то, а не самоцелью. «Критическая масса специалистов набрана, но этих специалистов с трудом хватает на обслуживание потребностей России на сегодня. Поэтому со временем должен произойти переизбыток кадров, когда более опытные и конкурентоспособные лоббисты сочтут правильным очищать и облагораживать рынок от неквалифицированных людей. Пройдет минимум пять лет, прежде чем сливки профессионального сообщества окончательно осознают, что им нужен механизм отсечения людей, вредящих профессии», — комментирует Евгений Рошков.
В свою очередь, Олег Румянцев, не говоря о создании коалиции лоббистов, подчеркивает важность саморегулирования сообщества лоббистов: «Лоббист должен воздерживаться от искушений, которые открываются в этой сфере. Циничные люди будут усмехаться. Их стало много во власти и около власти. В начале 1990-х годов мы по-другому выстраивали отношения между властью и обществом, но после 1993 года исполнительная власть стала бесконтрольной, и это мгновенно породило огромное количество примеров превышения власти и полномочий, нарушений закона — юридического и нравственного. Правила — не единственный регулятор нашей жизни. Высокая степень саморегулирования в сфере лоббизма очень важна, потому что участники отрасли могут взять на себя обязательства соблюдать некие важные принципы во взаимоотношениях с органами власти».
В целом можно считать, что профессиональная ассоциация станет той самой саморегулируемой организацией, которая взвалит на себя решение всех задач, которые в настоящее время лоббисты пытаются «освоить» по одному или мелкими группами.
Глава 12 Кому нужны взятки
Тема коррупции в лоббизме — скользкая, но обойти ее невозможно. В целом коррупция — это общая институциональная проблема, тесно связанная с культурой и являющаяся только верхушкой айсберга. При этом говорить о коррупции, связанной с лоббизмом, можно только до тех пор, пока не будут сформированы соответствующие законодательные ограничения лоббистской деятельности или пока страна не овладеет культурой цивилизованного лоббизма.
О том, как формируется институт лоббизма в России и за рубежом, академически рассуждает Алексей Борев: «На сегодняшний день во всем мире не более десятка стран, где лоббизм регулируется законодательно. При этом процедура обязательной регистрации лоббистов и предоставления отчетности установлена только в пяти странах: в США, Австралии, Канаде, Литве и Польше. Есть государства, где введена добровольная система регистрации, — это Германия и Венгрия. Добровольная система регистрации лоббистов также установлена на уровне надгосударственных институтов Евросоюза — с 1997 года она функционирует в Европарламенте, в Еврокомиссии она введена с 2008 года, и в данный момент идет подготовка к созданию единого реестра лоббистских организаций при Евросоюзе.
В других странах формирование института лоббизма идет по пути „саморегулирования“. Его суть заключается в создании альтернативных способов повышения уровня легитимности профессии. С этой целью лоббистское сообщество создает профессиональные ассоциации, учреждает кодексы поведения, предписывающие соблюдение этических правил в рамках взаимодействия с органами власти».
Михаил Соколов рассказывает, как обстоят дела с коррупцией в Украине: «Большинство чиновников берут взятки и решают вопросы, но есть те, кто это делает по-умному, придумывая, как использовать закон и остаться в его рамках. А есть те, кто делает вид, что законов, норм и правил не существует, когда формальная сторона дела просто игнорируется.
Квалификация аппарата в Украине невысокая, потому что на протяжении последних лет прошло несколько политических волн смены кадров. Поэтому иногда важно, чтобы на стороне лоббиста играл человек, который просто понимал, как система работает, куда, как и когда бумаги должны быть поданы, как написаны. По большому счету, такому человеку платят и помогают только за то, что ему государство фактически не платит, а он свою работу делает. Другие выстраивают свою карьеру, думая, что, оказав услугу в рамках закона, можно ожидать поддержки в других сферах жизни. Такой тип чиновников выбирает интеллектуальные усилия и правильную организацию работы. Система требует эффективных действий. И либо чиновники подстраиваются под нее, либо она их сжирает».
В нашей стране в сознании большинства лоббизм связан с коррупцией. Обычно лоббисты открыто сожалеют о существующем положении дел. К коррупции все они относятся одинаково: она мешает.
Олег Калинский так комментирует ситуацию с коррупцией: «В России направление GR еще не укоренилось, его история коротка. Сегодня оно динамично развивается. Понятие „лоббизм“ в России, к сожалению, до сих пор несет негативный оттенок, так как зачастую ассоциируется с коррупцией. Уйдет время на изменение восприятия в обществе нашей профессии».