Всего за 209.9 руб. Купить полную версию
В своей наивности
она горячо откликалась на расточительные шалости Дайверов, не догадываясь,
что все это далеко не так просто и не так невинно, каккажется,чтовсе
это тщательно отобрано на ярмарке жизни с упором не наколичество,ана
качество;итакже,какивсепрочее-простотавобращении,
доброжелательностьидетскаябезмятежность,предпочтение,отдаваемое
простейшим человеческим добродетелям, - составляет часть кабальнойсделки
с богами и добыто в борьбе, какую она и вообразить себе не могла.Дайверы
в ту пору стояли на самой вершине внешней эволюции целого класса -оттого
рядом с ними большинство людей казалось неуклюжими, топорнымисуществами,
но уже были налицо качественные изменения, которых не замечала и немогла
заметить Розмэри.
Вместе со всеми Розмэри пила херес и грызла сухое печенье.ДикДайвер
смотрел на нее холодными синими глазами; потом его сильные и ласковые губы
разжались, и он сказал:
- А вы и в самом деле похожи на нечто вцвету-давноужеятаких
девушек не встречал.
Час спустя Розмэри безутешно рыдала у матери на груди.
- Я люблю его, мама. Я влюблена в него без памяти - никогда недумала,
что со мной может случиться такое. А он женат, и жена у него замечательная
- ну что мне делать? Ох, если б ты знала, как я его люблю!
- Хотелось бы мне его увидеть.
- Мы к ним приглашены в пятницу на обед.
- Если ты влюблена, тынеплакатьдолжна,арадоваться.Улыбаться
должна.
Розмэри подняла голову,взмахнуларесницами,стряхиваяслезы,-и
улыбнулась. Мать всегда имела на нее большое влияние.
5
Розмэри поехала в Монте-Карловдурномнастроении-насколькоэто
вообще было для неевозможно.Крутойинеровныйподъемпривелеек
Ла-Тюрби, старой Гомоновской студии, теперьперестраивавшейсязаново;и
пока она, послав Эрлу Брэди свою карточку, дожидалась у решетчатыхворот,
ей почудилось, что она в Голливуде. За воротами громоздился пестрыйхлам,
оставшийся от какой-тоужеснятойкартины,-кусокулицыиндийского
селения, большой кит из папье-маше,чудовищнаяяблонясяблоками,как
баскетбольные мячи, которая здесь, впрочем, казаласьпростоэкзотическим
деревом вроде амаранта, мимозы,пробковогодубаиликарликовойсосны.
Дальше стояли два павильона для съемок, похожие на большие сараи, имежду
ними кафе-закусочная; и везде были человеческие лица,густонакрашенные,
изнуренные ожиданием и напрасной надеждой.
Минут через десять кворотамприбежалмолодойчеловексшевелюрой
канареечного цвета.
- Прошу вас, мисс Хойт. Мистер Брэди на съемочной площадке, ноонвас
сейчас же примет. Извините, что вам пришлось ждать, - вы неповерите,до
чегоназойливыэтифранцуженки,простоуженезнаешь,какотних
обороняться...
Молодойчеловек-по-видимому,администраторстудии-отворил
незаметную дверьвглухойстенеодногоизпавильонов,иРозмэрис
неожиданной радостью узнавания шагнула занимвполутьму.