Лично я так до конца и не мог поверить, что эта свадьба возможна. Ну не стыковались у меня Настя с Егором. Никак.
Мои сложные умозаключения мало кого волновали. Точнее — никого. Свадебная подготовка шла полным ходом. У Насти подруга Катя Медкова — режиссер народных театров. А к тому времени Сашка Локтев из педагогов тоже в режиссеры подался. Чего-то они там вдвоем написали. Меня не интересовали их приготовления. Я вообще рассчитывал на то, что мы с Аней придем в ЗАГС, поздравим и смоемся.
Не тут-то было!
Настя потребовала, чтоб все мы непременно собрались у нее дома. Она с каждого слово взяла. Подчинились.
Жить с творческим человеком подчас невыносимо, он весь устремлен к определенной цели. Но вдвойне невыносимее, если такой цели нет.
Девичник, молодечник
Обычай устраивать перед свадьбой мальчишник и девичник сохранился и в наши дни. Правда, современные мальчишники и уж тем более девичники весьма сильно отличаются от старинных обрядов, предшествовавших свадьбам. Разумеется, ни о каком мужском стриптизе на «девичнике» или «навечерии брака» и речи быть не могло.
Накануне венчания невеста наряжалась в лучшее платье и в окружении подруг прощалась со своей семьей, прежней жизнью, девичьей свободой.
Невеста причитала, плакала, а то и «вопила» вместе с «вопленицей» — приглашенной женщиной, профессионально исполнявшей плачи. Все плакали, причитали, а заодно занимались рукоделием, чтоб время зря не терять. В те времена, знаете ли, не принято было девушке без дела сидеть, даже накануне собственной свадьбы.
Подружки, напевая обрядовые песни, расплетали невесте косу и совершали ее символическое обрезание. Потом «девичью косу» продавали жениху. Обычно продавцом выступал кто-то из младших братьев невесты.
До самого венчания невеста ходила с распущенными волосами. Волосы ей убирали, только когда наряжали в свадебное платье.
После расплетания косы невесту вели в баню, специально подготовленную для такого случая. Девушку парили вениками, присланными женихом. Мытье сопровождалось пением и всевозможными обрядовыми действами. Приглашали к невесте знахарку, «колдунью», она с приговорами собирала невестин пот в склянку, а во время свадьбы девушка должна была незаметно подлить его в питье своего жениха, чтоб крепче привязать к себе. В Архангельской губернии во время обрядовой бани существовал обычай умывания наговоренным пивом. «Как ты чисто злато-серебро, чисто и прилично; как на тебя, злато-серебро, всяк зарится, заглядывается, стар и млад, женатый и холостой, старые старухи и молодые молодицы, и красивые девицы, и молодые молодцы, так бы на тебя, рабу (имя невесты), зарились бы и заглядывались все, казалась бы им златом-серебром, глядели бы, и смотрели бы, и очей с тебя не спускали».
В тот же день, накануне венчания, коробейники, в роли которых выступали родственники невесты, отвозили в дом жениха приданое и постели невесты. Невесту благословляли, а приданое окропляли святой водой, после чего укладывали на воз таким образом, чтобы казалось как можно объемнее.
Воз с приданым провозили через всю деревню, чтобы продемонстрировать богатство невесты.
Встречала подводу с приданым мать жениха (или его старшая замужняя сестра), которой вручался особый подарок — отрез материи на платье. Чтобы получить приданое, жениху необходимо было заплатить выкуп. Сначала брат невесты, который занимался продажей приданого, требовал непомерно огромную сумму, но в конце концов стороны сговаривались на полтине или рубле.
Настя тоже устроила у себя девичник. Аня была у нее исключительно по причине чтения свадебного сценария. Его обсуждали до поздней ночи. Жена переживала из-за того, что беременная Настя слишком эмоционально реагирует на предстоящую свадьбу. А Настя, в свою очередь, тормошила подруг и настаивала на том, чтоб все прошло точно по плану, «как в старину». Разумные доводы невеста пропускала мимо ушей. Жена вернулась измученная.
— Ну, я не знаю, что с этим делать, — повторяла она.
— Расслабься, — беспечно пообещал я, — как-нибудь…
* * *Мальчишник назывался «молодечником» или «жениховыми посиделками». Друзья и родственники совместно с женихом ели, пили, веселились, опять-таки ничего непристойного, все в рамках приличий. Никаких девок легкого поведения и прочего стриптиза. Никто не напивался, поскольку накануне венчания — ни-ни!
Жених и гости развлекались по-своему, они снаряжали в дом невесты особых посланцев с «жениховым подареньем», включавшим в себя головной убор, пару сапог и ларец (или простой узелок) с румянами, мылом, зеркальцем, гребешком и кольцами.
Были и подарки с намеком: ножницы, иголки, нитки, к которым прилагались лакомства и розга. Посылая такой символический дар, жених сообщал невесте, что если она будет прилежно работать, то молодую жену станут баловать и кормить сладостями; в противном случае ее ждут розги.
Да, чтоб вы не думали о женихе плохо: накануне венчания он тоже мылся в бане, но он просто мылся, чтоб быть чистым. Без всякого причитания и наговоров.
Современный мальчишник не представляет собой ничего интересного. Жених с друзьями чаще всего лихорадочно напиваются, словно стараются наверстать упущенное за годы холостой жизни и набраться впрок, а то мало ли… вдруг жена больше не разрешит…
Когда женился мой друг Денис, я поехал к нему накануне и остался ночевать. Я вас разочарую, наверно, но мы поболтали, попили чайку и завалились спать.
У Егора тоже был мальчишник, но я на него не пошел.
А теперь, пожалуй, я расскажу о самом дне бракосочетания Егора и Насти.
Ах эта свадьба
В назначенный день пришли мы к Настиному подъезду, а там… Переминались с ноги на ногу жених со товарищи.
— Чего стоим, кого ждем? — бодро спросил я, пожимая руки присутствовавшим.
Из подъезда выскочила какая-то девица, замахала руками. Аня ушла с ней.
— Вообще-то время уже. — Я показал на часы.
Егор нервно передернул плечами.
— Сейчас должен быть выкуп невесты, — сказал он.
Я шумно вздохнул.
— Ну, пойдем выкупать…
— А ты знаешь как? — обрадовался Егор.
— Чего там знать-то, — буркнул я в ответ и кивнул свидетелю: — Айда!
У лифта стояли перепуганные девицы, увидев нас, они нервно захихикали.
— Выкуп! — сказала одна из них.
— Вам деньгами или натурой? — строго спросил я и нажал кнопку вызова лифта. Снова захихикали. Лифт спустился, я толкнул вперед свидетеля и Егора, вошел сам, еще Санька поместился.
— Народ, вы на следующем, — крикнул остальным.
У квартиры стояла Катя — та самая, режиссерша, с таким суровым лицом, даже я оробел.
— Нельзя! — Она встала спиной к двери и закрыла ее собой.
— Катя, время! — напомнил я.
— Не готова еще!
— Смотри, в ЗАГСе нас ждать не будут. Там очередь.
Катя нахмурилась, хотя куда уж больше. Заговорила быстро:
— Там куча бабок, все толкутся и советы дают, Настя еще не одета и вообще…
— Понятно. — Видимо, сценарий не сработал. Будем импровизировать. Я аккуратно отстранил ее и открыл дверь. — За мной!
Егор, надо отдать ему должное, перестал трусить и шагнул следом, его свидетель тоже приободрился. Саньке вообще все нравилось, но он излишне суетился, а в таких случаях суетиться нельзя, надо, чтоб кто-то быстро взял бразды правления в свои руки. Так как больше было некому, пришлось мне.
Квартира оказалась набита народом. Все галдели, перебивали друг друга и не сразу заметили жениха. Я вежливо растолкал чьих-то тетушек и дядей, Катя метнулась передо мной и скрылась за дверью дальней комнаты. Оттуда донесся возмущенный возглас. Наперерез нам выскочила какая-то бабуся, загомонила, я ее быстренько успокоил, отвел в сторону и шепнул на ухо: «Опаздываем в ЗАГС!» Она схватилась за голову и куда-то убежала, вместо нее прибежала мама Насти с безумными глазами. По-моему, она вообще ничего не понимала. «Спокойно», — сказал я, отодвинул ее и прошел прямо к закрытой двери. Стукнул:
— Девушки, поторопитесь!
Дверь распахнулась, я увидел жену, она покрутила пальцем у виска и прошептала: «Дурдом!»
— Выводи невесту, — приказал я, — а то придется замуж выходить уже с ребенком.
— А вы меня уже выкупили? — донесся хриплый Настин голос. — Катя, девочки, спросите же у них, они меня выкупили?
— А как же! — рявкнул я.
— Ой, это Сережа, что ли? Сережа, там дружки должны частушки петь, они пели?
Я закатил глаза. Егор выглядывал из-за моего плеча. Санька запел что-то совсем упрощенное, без мата. Дружки подтянули нестройно. Видимо, выучили заранее. Родственники, заполнявшие квартиру, сгрудились в коридоре, не протолкнуться.