Всего за 209.9 руб. Купить полную версию
Светящиеся кандалы по-прежнему держали меня мертвой хваткой, и все попытки избавиться от них лишь отдавались жгучей болью в запястьях. Вокруг в бессилии бушевало пламя, холодным равнодушием мерцали сполохи света, а я не могла сдержать слез от этой безысходности.
Вдруг кто-то позвал меня. Тихо-тихо. Не шепотом, а словно бы издалека. И это был явно не тот всезнающий свет, что беседовал здесь со мной. Поднявшись с колен, я вгляделась в пелену пламени. Там, с другой стороны действительно кто-то меня ждал.
— Помоги! Прошу тебя! — закричала я в отчаянии. — Помоги мне освободиться!
— Нет, — раздался в ответ знакомый голос, — здесь я не в силах тебе помочь. Никто не в силах. Ты сама дала согласие на эти узы, и только ты можешь от них избавиться.
— Но я не могу! Правда! У меня никак не получается!
Он больше ничего мне не сказал. И так едва различимый за стеной огня, силуэт начал исчезать.
Я едва не задохнулась от отчаяния.
— Руслан! Пожалуйста, не уходи, не оставляй меня здесь!
Но он не ответил, окончательно скрытый заполняющим все вокруг холодным светом. Погасло и пламя, не в силах противостоять этой превосходящей силе. Неподъемной тяжестью налились мои кандалы, еще больнее сдавив запястья. И как приговор прозвучало тихим шелестом со всех сторон:
— Ты никогда не освободишься… Никогда… Ни один смертный на это не способен…
Разбудил меня голос Руслана:
— Эй, спящая красавица, если еще не передумала составлять мне компанию, то давай просыпайся. Хранилище Совета ждет не дождется, когда мы туда наведаемся и малость его обчистим.
Я лениво потянулась.
— Что, уже пора?
Вставать совсем не хотелось. Даже ради бредовой затеи вылазки в Совет. Да и глаза упорно не открывались. Мол, давай мы притворимся, что еще спим. Но Руслан не отставал:
— Пора-пора. Ну или оставайся здесь, мне одному проще будет.
— Злой ты, Полянский. Нет бы, дать мне поспать еще с часок. — Я все-таки заставила себя высунуться из-под одеяла.
— У нас и так времени в обрез, можем опоздать. Выползай давай, жду тебя на кухне. Если поторопишься, то даже успеешь позавтракать.
— Да иду я уже, иду, — зевнула я, вставая. — И все равно ты злой.
Пока я пила кофе вприкуску с бутербродами, Руслан посвящал меня в суть предстоящей затеи.
План Полянского был прост и, как утверждал сам его создатель, гениален. Хранилище артефактов находилось в Эзерипле. Ничего конкретного я про этот мир не знала, только когда-то краем уха слышала от Наташи, что там очень жаркий климат и варварские обычаи. В Хранилище у Руслана был какой-то знакомый и вроде как его должник, в подробности Полянский вдаваться не захотел, как всегда секретничал. И этот самый знакомый поможет нам проникнуть в Хранилище, ну а дальше мы уже сами.
— Хранилище стерегут так, что никакому вору не пробраться. Так что единственный способ туда попасть — стать одним из стражей, — говорил мне Руслан. — Их там постоянно не хватает. Хранилище разрастается, а стражами отбирают лишь достойнейших.
— И ты, типа, намерен наняться туда стражником? — скептически уточнила я, наливая себе еще кофе. — Ты меня, конечно, извини, Полянский, но не дохловат ли ты для достойнейшего?
— Ты зря меня недооцениваешь. — Руслан, похоже, в своей «достойности» не сомневался вообще.
— Ну допустим, произойдет чудо, и тебя возьмут, — предположила я. — А я-то как?
— А ты со мной. Видишь ли, стражи никогда не покидают Хранилище, они там практически живут. А женщин в Эзерипле за людей вообще не считают, относятся типа как к мебели. Так что никого не удивит, что со мной будешь ты. В качестве личного имущества. Но если ты все-таки не передумала, учти, будешь кроткая и послушная. В чем я почему-то очень сомневаюсь.
— Раз надо, то буду молчать в тряпочку, насчет этого не волнуйся, — заверила я.
— И самое главное, Карин, — добавил Руслан очень серьезно, — никто там ни в коем случае не должен догадаться, кто мы. Если в Совете узнают, то нам точно хана. Раньше они только исподтишка нападали, но проникновение в Хранилище мгновенно приравняет нас к опаснейшим нарушителям мира и порядка. И тогда уж разводить интриги они не станут, смертельный приговор будет открытым.
Стало жутковато.
— Значит, постараемся не рассекретиться, — не слишком уверенно пробормотала я. — Когда отправляемся?
— Чем скорее, тем лучше. Переодеться только надо. Мы ведь должны сразу же смешаться с местными и не вызвать подозрений. Одежду я достал. Пойдем в спальню, все в шкафу.
Рассмотрев содержимое врученного мне свертка, я помрачнела еще больше. В серый дорожный плащ была завернута символическая одежда, которую и одеждой-то назвать сложно, скорее нижнее белье в виде коротенького мешковатого платьица. И все.
— Полянский, — я чуть зубами не заскрипела, — я что, по-твоему, похожа на эксгибициониста? Ничего получше достать не мог?
— Во-первых, в Эзерипле очень жарко, а во-вторых, женщины там одеваются именно так. Давай переодевайся и обувайся, хватит бухтеть. — Руслан достал следом из недр шкафа мягкие кожаные сапоги и подал мне.
— Я не вижу логики, — бурчала я. — А сапоги, значит, в жару самое то?
— Да они из кожи кого-то там, — задумчиво пробормотал Руслан, — в общем, не жаркие они.
Я буквально выпихнула его из комнаты, хотя он настойчиво предлагал свою «исключительно бескорыстную» помощь в переодевании, и закрыла дверь. Надела платьице, покосилась на себя в зеркало и гневно засопела. Разгуливать в таком полуголом виде меня явно не прельщало. По сравнения с этим облачением орбаганские наряды мне теперь казались верхом приличия и целомудрия. Сапоги и даже плащ ситуацию не исправили.
Руслан стукнул в дверь и, не дожидаясь приглашения, вошел. Неспешно окинул меня внимательным оценивающим взглядом. Уже от одного этого взгляда по коже мурашки вдруг забегали.
— Полянский, только без комментариев. — Я почувствовала мгновенно вспыхнувший румянец смущения. — И прекрати на меня так смотреть!
Руслан улыбнулся невиннейшей из своих улыбок, но глаза не отвел и продолжал нагло разглядывать. В отличие от меня, одет он был намного приличней. Брюки из какой-то мягкой ткани и что-то наподобие безрукавки. Единственное, на ногах тоже красовались сапоги.
— Карин, последний раз прошу, оставайся на Земле, — произнес он очень серьезно.
— Нет уж, — насупилась я. — Зря я, что ли, этот кошмар надевала. Давай уже, Полянский, телепортируй нас. Раньше отправимся, раньше вернемся.
— Чувствую, миссия будет не из легких, — демонстративно вздохнул Руслан, беря меня за руку.
— Почему? Опасаешься, что стражи тебе по кумполу настучат? — Я хмыкнула. — Не трусь, я тебя, если что, так и быть, защищу.
— Я не про стражей говорил, — насмешливо парировал Руслан. — А про тебя. Точнее, про твой внешний вид, который, чем дольше я на тебя смотрю, тем сильнее меня деморализует.
— Значит, не смотри, — буркнула я, смутившись окончательно.
Через мгновение нас окутало пламя, перенося в другой мир.
Когда Руслан говорил, что в Эзерипле жарко, я не думала, что настолько. Воздух буквально плавился над растрескавшейся землей. И виднеющийся в долине город, к которому мы с Русланом шли по пыльной дороге, больше походил на эфемерный мираж.
— Кошмар, — простонала я, — как люди вообще могут жить при такой температуре?..
Нещадно припекающее светило, казалось, за что-то люто ненавидело этот мир и прямо-таки мечтало его испепелить. Даже дышать тут было трудно.
— Согласен, после нашей сибирской погоды столь резкий скачок в жаркое лето — сильно круто, — Руслан все же оказался более стойким, чем я, — но ко всему можно привыкнуть. И я думаю, мы с тобой привыкнем.
— В каком смысле привыкнем? — Я нахмурилась. — Полянский, ты вообще сколько здесь торчать собрался?
— Точно не скажу, сам пока не знаю. Но ты ведь не надеешься, что все обойдется одним днем?
— Руслан, если нас не будет послезавтра в школе, мои мгновенно что-то заподозрят. Ритка поднимет тревогу, переполошит Паладинов, и объясняй им всем потом. И ладно Вадим, но Олег очень даже проницательный, может, о чем-нибудь и догадаться, — предупредила я. — Так что давай не будем растягивать удовольствие и утащим Путеводный луч в максимально сжатый срок.
— Посмотрим, — туманно ответил Руслан. — Мы уже подходим к городу, Карин, так что молчи и глаза не поднимай ни на кого.
— Не волнуйся, я сама кротость и смирение, — заверила я.
— А еще молчание и послушание, — с улыбкой напомнил он и очень серьезно добавил: — Карин, главное, ни на шаг от меня не отходи. Все-таки там очень опасно. Тем более для одинокой девушки.
— Ты хоть и противный, но, не переживай, в ближайшее время я, так и быть, от тебя никуда. — Я не сдержала ответной улыбки. — Еще надоесть успею. Хотя, наверное, я и так тебе уже надоесть успела до чертиков.
