Всего за 209.9 руб. Купить полную версию
Жители осетинских сел рассказали следствию, что грузинские военнослужащие расстреливали дома мирных жителей из орудий, убивали людей, пытавшихся укрыться от огня...
Жительница с. Ног-Кау, 1937 г. р.
В ночь с 7 на 8 августа 2008 года я находилась дома вместе со своим супругом и дочерью (...). (...) в указанный день около 23 часов наше село и г. Цхинвал были подвергнуты массированному обстрелу из крупнокалиберной артиллерии. Обстрел велся с грузинской стороны из с. Никози (...). Около 10 часов 8 августа 2008 года я вышла из подвала во двор домовладения и услышала за забором гул танков. Я подумала, что это российские танки, и подошла к забору посмотреть. В этот момент я услышала грузинскую речь. (...) Я понимаю по-грузински и смогла понять, о чем они говорят. Грузинские солдаты насмешливо говорили, что заберут самых красивых женщин с собой, а остальных убьют. Они нецензурно выражались в адрес президента Южной Осетии и В.В. Путина.
После этого, обойдя свой дом с другой стороны, я незаметно для грузин вышла со двора и направилась к соседям, чтобы предупредить их об опасности. Вместе со мной пошли мой муж и дочь. То есть в нашем доме никого не осталось. Отойдя от своего двора на 100 метров, я увидела, что на улицу вышел наш сосед (...), я думаю, он тоже хотел посмотреть на приехавших. (Сосед) был одет в гражданскую одежду, оружия у него не было. Увидев его, грузинские солдаты направили на (соседа) танковую пушку и выстрелили в (соседа), он взорвался, и от него не осталось ни частицы. После этого я увидела, что грузинские солдаты направили танковую пушку на наш дом и выстрелили в него. От взрыва наш дом обрушился. В это же время я увидела, что по дороге идет незнакомая мне женщина. Увидев танки, она стала уходить от них. Увидев женщину, кто-то из грузинских солдат стал стрелять по ней из автомата и убил.
Я, муж и дочь бежали по улице и кричали соседям о том, что надо спасаться (...). В этот момент по селу стали стрелять из с. Никози крупнокалиберными снарядами, в связи с чем нам пришлось спрятаться в подвале дома соседей (...).
Жительница с. Дмениси, 1942 г. р.
Мы с мужем вышли из подвала, чтобы добраться до места дислокации российских миротворцев, расположенного в километре от села. На улицах села шли бои между ополчением Южной Осетии и вооруженными силами Грузии. Какой-либо военной техники на улицах села я не видела. Видела только грузинских военных в зеленой камуфляжной форме, вооруженных автоматами и пулеметами. Они вели огонь как по ополченцам, так и по мирным гражданам, детям, женщинам, старикам, пытавшимся выйти из села, поджигали дома с находившимися в них жителями. Я лично видела, как были подожжены несколько соседних домовладений вместе с жителями, а также на моих глазах были убиты 9 жителей нашего села и 5 ранены, которых я знаю по именам, но фамилий их не помню. Всех подробностей происходившего не помню, события тех дней вспоминаю смутно отдельными эпизодами, поскольку находилась в состоянии шока от увиденного и пыталась, не попав под огонь грузинских военных, добраться до безопасного места.
Сколько времени занял путь до базы российских миротворцев, я также не помню. По прибытии туда российские службы нас эвакуировали в г. Владикавказ, откуда мы были переправлены в Ростовскую область (...).
Жительница с. Верхнее Дмениси, 1939 г. р.
7 августа 2008 года в дневное время по нашему селу нанесли удар грузинские войска. Ударили из пушек, гранатометов, «Града». Я со всей семьей, а также соседи спрятались от бомбежки в подвал нашего дома. Пробыли в подвале всю ночь, так как все это время грузинские войска наносили удары по нашему селу. Утром 8 августа 2008 года (...) мы покинули подвал. Когда мы вышли из подвала в дом, увидели, что двери и окна в доме были выбиты. Все имущество, которое (прежде) находилось в доме, было уничтожено и выброшено на улицу. Когда мы вышли из дома, мы увидели, что на улицах села находятся грузинские солдаты. Они вели огонь по всем жителям села, которые попадали в их поле зрения. Мы решили уходить из села в лес. Пока мы все вместе продвигались по селу (...), нас подвергли несколько раз обстрелу грузинские военные. На наших глазах грузинские солдаты убили троих жителей села (...). До 9 августа 2008 года мы прятались от грузинских солдат в лесу, где нас подобрали ополченцы и на автобусах переправили в пансионат «Алагир» в Республике Северная Осетия – Алания (...).
Жительница с. Ходи, 1962 г. р.
Около 4 часов 8 августа 2008 года я услышала звуки выстрелов, (...) взяла внуков и убежала в лес, где находилась около 4 дней. Из леса я видела, что уже в дневное время в наше село приехали танки и солдаты Грузии. До этого они обстреливали село из тяжелого артиллерийского оружия и с самолетов. Когда они пришли, они стали убивать, т. е. расстреливать жителей села. Я сама видела, как солдаты расстреляли моих двоюродных братьев (...) и (...). Они были без оружия и никакого сопротивления не оказывали. В результате обстрела села мой дом был полностью разрушен.
В целом характер действий грузинских войск в отношении мирного населения в селах определялся тем, что там, в отличие от г. Цхинвала, югоосетинская сторона, как правило, не располагала достаточными военными силами для организации защиты населения, а иногда и для его эвакуации.
В Цхинвале характер действий грузинских военнослужащих был таким же, однако их действия были ограничены сначала отпором со стороны ополченцев, а затем и силами Российской армии.
Жительница г. Цхинвала, 1973 г. р.
В ночь с 7 на 8 августа 2008 года, примерно в 23 часа 35 минут, в тот момент, когда я вместе со своей семьей находилась дома, начался сильный обстрел города. Обстрел проводился из крупнокалиберного оружия со стороны Республики Грузия. Первые снаряды разорвались недалеко от моего дома в воинской части, где дислоцируются миротворческие силы Республики Южная Осетия и Российской Федерации. После этого я и члены моей семьи сразу спустились в подвал в целях сохранить свою жизнь и здоровье. Обстрел велся беспрерывно в течение 16 (шестнадцати) часов и закончился примерно в 15 часов 8 августа 2008 года. После того как обстрел закончился, мы вышли из подвала на улицу и увидели, что все дома, расположенные поблизости, находятся в разрушенном состоянии и охвачены огнем (...).
Житель г. Цхинвала, 1970 г. р.
Всю ночь продолжался обстрел (...). Под утро на наш дом с самолета была сброшена бомба, из-за которой наш дом сразу загорелся. Все, кто находился в подвале, сразу выбежали (...). Одна женщина из нашего дома (...) заживо сгорела в нашем доме, не успев из него выйти. (...) нас (....) отвезли к школе № 6 г. Цхинвал, где мы устроились в подвале. В данном подвале находилось около 300 человек, среди которых было много раненых. (...) когда я находился в подвале школы № 6, ее постоянно обстреливали из ракетных установок и на нее сбрасывали бомбы. Днем к школе подъехало два грузинских танка, и они стали стрелять по маленькому окну, которое имелось в подвале. (...) они знали, что там находится только мирное население. Затем к нашей школе подоспели осетинские ополченцы, и они подожгли один из танков, а второй сразу развернулся и поехал в сторону Привокзального района г. Цхинвала. В подвале школы № 6 я находился три дня, и постоянно туда доставляли гражданских людей, которые остались без крова и убежища.
(...) Солдаты (грузинские), которых я видел, были какие-то возбужденные и постоянно смеялись, было похоже, что они получают удовольствие от того, что убивают мирное население. (...) Практически каждый танк, который проезжал мимо нас, стрелял по школе из своих пушек и пулеметов. Сзади танков двигались несколько бронетранспортеров, на которых сидела пехота.
Все солдаты направили свои автоматы и орудия по сторонам и стреляли во всех, кого увидят, не смотря на то, был ли это ребенок или женщина, также они стреляли по стеклам жилых домов. Многие из грузинских солдат, стреляя в мирных жителей, смеялись и высказывали в их адрес нецензурные издевательские слова, говорили, чтобы осетины выходили из убежищ и сразились с ними. Затем, спустя несколько дней, наш город под свой контроль взяли российские войска, и у нас появилась возможность выйти из подвала. (...) Также мне стало известно, что мой двоюродный брат (...) 8 августа 2008 года по ул. Сталина пытался укрыться от обстрела и убегал к одному из домов, его догнал грузинский танк и в упор расстрелял из своего пулемета. Агрессия грузинских войск была направлена только на мирных жителей Южной Осетии, так как они бомбили нашу республику минометами и ракетными установками «Град», били по жилым домам (...).
Когда я осмотрел свой дом, то понял, что от квартиры и самого дома ничего не осталось, моя квартира была вся разрушена и сожжена после попадания бомб, которые сбрасывали грузинские солдаты.
