Всего за 149 руб. Купить полную версию
Маша присела на кровать, где лежали ее рисунки животных. Саша рисовала куда лучше, даже конкурс в школе выиграла, но заниматься в художественной школе, куда ее потом приглашали, отказалась. Маша взялась писать рассказ, вышел глупый и наивный, а сестра за месяц написала детскую сказку, которую через полгода напечатали в одном толстом журнале. Больше Саша писать ничего не стала, а просто заявила всем: «Я и это могу». Она много чего могла, даже победить в районной олимпиаде по физике, не открывая по предмету за все годы учебника. Она говорила: «Я стану победительницей» — и становилась. Учителя частенько звонили домой, просили родителей уговорить одаренную дочку присмотреться к их предметам, но насильно навязать ей что-то было невозможно. Все ее достижения являлись очередным напоминанием, что она особенная. Для души у нее был Маркус, все остальное ее не интересовало, даже друзья меркли в сравнении с любовью к попугаю.
В дверь послышался стук, Маша не успела даже ответить, как просунулась голова Саши.
— Не выходи, ко мне сейчас придут!
— А долго будут?
— Долго!
— Не беспокойся, я не выйду.
Когда сестра захлопнула дверь, она выгребла из коробочки на столе деньги и пошла в прихожую.
— Куда ты? — крикнула из кухни мама.
— Пойду погуляю.
— Снова в приют поедешь?!
Маша кивнула.
— Там котенок в третьем подъезде…
— Солнце мое, но всех котят не спасти, как ты не понимаешь!
— Всех — нет, но кого-то ведь можно. Он, бедняжка, мерзнет там, ему не прокормиться самому… нужно помочь.
— Машуля, сложно тебе в жизни будет, ой как сложно, — мама поправила ей шарф и чмокнула в лоб. — Ну, иди… Деньги-то на проезд есть?
— А я пешком.
— Экономишь?! Что за котенок, большой уже?
— Большеват, — пробормотала Маша.
Мама тяжело вздохнула.
— Снова за деньги пристраивать будешь!
— Мама, но ведь приюты переполнены, бесплатно только маленьких берут.
— Переполнены они, а как за деньги, так места появляются, знаю я, как они переполнены!
— Я пойду.
Мама махнула рукой.
— Иди, только допоздна не задерживайся!
Черныш ждал ее прихода с нетерпением и был разочарован, когда она не принесла ему ничего поесть. Уже не маленький котенок, но еще и не взрослый кот, он выглядел больным и несчастным. Она несколько дней капала ему в глаза капли, которые посоветовала продавщица в зоомагазине, чтобы не гноились, но малышу не помогло. Один глаз совсем закрылся. Маша взяла котенка на руки и прикрыла курткой.
— Не бойся, сейчас пойдем в твое новое жилье. Там тебе будет хорошо.
Котенок вовсе не боялся, он доверчиво прильнул к ней и уснул. Приют находился от дома в полчасе ходьбы, и когда Маша переступила порог уже знакомой приемной, она походила на снеговика. За окном небольшой комнатки, прикрытым старенькими занавесками, буйствовал снегопад.
— Машенька, — подняла глаза от тетрадки Людмила Константиновна, — что-то случилось? Нашла семью для щенка, которого неделю назад принесла?
— Нет, — Маша стянула рукавицы, расстегнула куртку и вынула спящего Черныша.
— Миленькая, — застонала женщина, приглаживая седые волосы, выбившиеся из пучка, — я же тебе говорила, что мест нету.
— А я заплачу, — воскликнула Маша, — у меня есть! — Она полезла в карман и вытащила двести рублей. — Людмила Константиновна, этому малышу очень плохо, он и умереть может, посмотрите только на него!
— Машуля, я вижу… вижу, но взять не могу. Прости, детка, приходи недельки через две… не раньше.
Обратно Маша шла совсем не так бодро, как в приют. Еще недавно ее окрыляла надежда пристроить это обделенное судьбой существо, а теперь она не знала, как вернуть несчастного котенка назад — в холод.
Домой возвращаться не хотелось, она расчистила на скамейке в небольшом парке снег и присела. Черныш мирно спал в куртке, а ей хотелось забрать его домой — поссориться с обманщицей-сестрой, уговорить родителей, высказать, что думает об их безразличии к тем, кому в жизни не повезло, у кого нет дома…
Она услышала скрип снега под чьими-то ногами, но подняла голову, лишь когда кто-то крикнул: «Привет!»
В двух шагах от нее стоял тот самый мальчик, который как-то заносил сестре часы.
— Вы ошиблись, — пробормотала она, — я не Саша.
Парень улыбнулся.
— А я знаю, догадался. — Он подошел, стряхнул перчаткой снег и, прежде чем присесть, спросил: — Можно?
Она кивнула.
— Чего сидишь тут одна?
— Да так…
— Не скучно?
— Н-е-е-т, — неуверенно протянула она.
— Холодно, почему домой не идешь?
— Не хочется, — соврала Маша.
Не могла же она сказать, что родная сестра ее ненавидит, и с ней случится настоящий припадок, если ее крутые друзья увидят уродину-оборванку сестру. Под курткой проснулся и зашевелился Черныш.
— Ой, кто там у тебя?
— Котенок.
— Правда?! — изумился Миша. — Выгуливаешь, что ли?
— Нет, — она невесело улыбнулась. — У него нет дома, я ходила в приют, думала, возьмут за деньги, а мест нет, отказали.
— Понятно… А где ты взяла его?
— В одном подъезде, там было еще два, но их давно забрали, а этот никому не понравился.
— Покажи, а?
Она расстегнула куртку, откуда высунулся любопытный носик.
Миша наклонился, недолго рассматривал, потом негромко заметил:
— А ничего, хорошенький.
— Спасибо, — прошептала Маша, такая похвала была сродни комплименту для нее.
Парень внимательно посмотрел на девочку, пожал плечами:
— Не за что.
Они посидели в молчании, и Миша неожиданно предложил:
— Пойдем кофе попьем? Тут недалеко кафе.
— Не могу.
— Почему?
— У меня только двести рублей, нужно купить Чернышу поесть, а там еще две собаки ждут… — Маша потупилась. — В кафе все очень дорого.
Миша поднялся.
— Пойдем, тут холодно, я куплю тебе.
Она покачала головой.
— Я не могу брать у тебя деньги.
— А я и не предлагаю брать, просто куплю тебе чаю или кофе, и ты составишь мне компанию.
— Это как-то неправильно.
Он засмеялся.
— Все так делают.
— А я нет.
Миша задумчиво посмотрел на шевеление у нее под курткой.
— У меня никогда не было котенка.
Она встрепенулась.
— А ты хотел бы?
— Не знаю, — он широко улыбнулся, — я понятия не имею, что нужно с ним делать.
— Я могу тебе рассказать, — с надеждой вскочила Маша.
Он кивнул на светящуюся за деревьями вывеску «Кафе».
— Ну так пойдем, не на морозе же рассказывать!
Она все еще колебалась, и он прибавил:
— Негоже морозить моего котенка!
Маша покорно пошла за ним, засыпая вопросами:
— А родители не будут против? Они не выгонят котенка? Они вообще любят котов?
Миша с улыбкой отвечал:
— Нет, против они не будут и выгнать не выгонят. И знаешь, я даже не помню, любят ли они котов. Мои родители давно умерли, а бабушке коты наверняка нравятся, она вообще у меня любит животных.
— Значит, ты живешь с бабушкой… — Маша грустно посмотрела на него. — Мне жаль, что я спросила про родителей.
— А чего тут жалеть, — он поморщился, — я и не помню их почти.
Они вошли в уютное кафе и устроились в мягких креслах за столиком в углу.
К ним тут же подошла девушка с блокнотиком.
— Что будете заказывать?
Маша затрясла головой.
— Я ничего не буду, ты только себе заказывай.
— Горячий шоколад, пожалуйста… два, — заказал он, — и два эклера.
— Я не буду, — прошептала она, когда девушка ушла.
— Так чем котенка нужно кормить? — спросил Миша.
Маша оживилась.
— Все то, что сами едите, ему можно давать, а еще…
Он слушал ее с еле заметной улыбкой, а она говорила и говорила как заведенная — рассказала все, что знала сама. Когда, с жуткой задержкой, им принесли шоколад с эклерами, Миша со смешком произнес:
— Ты ходячая энциклопедия про кошек.
— Я очень люблю животных.
— У тебя, наверно, дома целый зоопарк, — он придвинул ей чашку с горячим шоколадом.
— У меня нет животных, — призналась она, — только у Саши есть попугай.
— А у тебя? — вскинул брови Миша, так и не донеся эклер до рта.
— У меня нет, у Саши аллергия на кошек и собак.
— Аллергия?! А на попугаев?
— На попугаев нет.
— Ерунда, если есть на кошек и собак, значит, и на попугаев тоже. Или она сдавала анализы и аллергия подтвердилась?
— Нет, не сдавала, мама пыталась ее заставить, но она не захотела.
— А ты не можешь ее уговорить?
— Мы не очень-то дружим.
— Близняшки не дружат, обалдеть! — Миша откусил эклер и от удовольствия прикрыл глаза. — Вкусно, попробуй!
— Ты лучше сам ешь, — смущенно отвернулась Маша.
— Ты мне такое одолжение сделала, что ж я тебя шоколадом с эклером угостить не могу?!
